Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

19.08.2005 | Арт

Номадическое шоу

Сегодня начинается биеннале современного искусства в селе Ширяево

Номады – народы-кочевники. Соответственно, шоу под названием «Любовь между Европой и Азией», будет походом сквозь произведения искусства, оставленные после набега художников на мирное село Ширяево, в котором Репин собирал натурный материал для своих «Бурлаков». Пока жители села тянут лямку повседневного выживания, гости 4-ой Ширяевской биеннале смогут увидеть все варианты работы с искусством в полевых условиях: хулиганство, шаманство и даже серьезные исследования. Каждый раз художники выбирают тему биеннале, которая и определяет путь их размышлений. В прошлый раз – художники ели, в этот – займутся любовью, причем каждый раз территория для этого занятия определяется широко – между Европой и Азией.

Набег художников-кочевников из Самары, Штутгарта, Москвы и Парижа курируют Роман и Нелля Коржовы, руководители Самарского Сентра Современного Искусства.

Анатолий Осмоловский выкрасит выжженную солнцем траву в яркий зеленый цвет. Получится дикая азиатская природа, подчиненная европейской культуре ухоженности и порядка. Искусственно освеженная перед приездом важных гостей трава напоминает не только старый армейский анекдот, но и реальный случай: перед  визитом Путина в Ширяево за одну ночь к музею Репина была проложена асфальтовая дорога. Любовь к начальству – сильная штука.

Символом любви для ереванского художника Вазген Рахлавуни-Тадевосян являются трубы. На развалинах старинного дома, выложенного из белого камня, он начертил схемы труб-коммуникаций между Европой и Азией. Художник говорит, что труба всегда чем-то наполнена, но содержание ее загадочно: там может циркулировать нефть или газ, а может быть, просто воздух. Впечатляет странное сочетание экзотических руин и, коров, лежащих в их тени, с абсолютно европейской графикой на стенах.

Александр Соколов под влиянием ширяевской природы решил вернуться к рисованию с натуры, но подошел к этому не без постмодернисткой иронии. Он делает наброски с натуры на цинке сухой иглой и затем ставит на них подпись Репина. Оттиски с гравюр будут выставлены в музее Репина как недавно обретенное наследие великого художника. Это не обман, а шутка. Как эксперимент тоже любопытно: в тех же обстоятельствах - пейзажах, с архаичной техникой рисования, будет ли хоть немного похож результат?

Кроме путевых зарисовок и попутного преображения окружающей среды, художники-кочевники покажут  несколько перфомансов.

Питер Хаури и Эльке Хаммельштайн смогут явить настоящее чудо, наглядно доказав, что любви никогда не бывает слишком много. Сидя в лодке, они вдвоем будут вычерпывать воду из Волги, наливая ее в свою лодку до тех пор, пока она не переполнится до краев и вода не польется  обратно в реку. Но лодка не утонет благодяря постоянной циркуляции любви и тайного технического приспособления для материализации чуда.

Отказывается от каких-либо тайн Ирис Хелльригель, художница из Германии.Она организует  аналог берлинского Love Parade. По главной улице Ширяево пройдут художники в провокационных костюмах, играя музыку на бутылках и жестяных банках. Они будут петь песни о толерантности, уважении и даже любви к секс-меньшинствам. Знают ли жители поселка о существовании однополой любви, неизвестно. Даже если их и не удастся в чем-то убедить, участники парада будут довольны.











Рекомендованные материалы


Стенгазета
12.06.2020
Арт

После смерти

Весь мир становится как будто большой мастерской, где каждый художник творит, вдохновляясь тем, что появляется сейчас или уже было создано. В работе Егора Федорычева «Дичь» на старом рекламном баннере в верхней части нанесены краской образы картин эпохи Возрождения, которые медленно стекают вниз по нижней части работы.

Стенгазета
10.06.2020
Арт / Кино

Кейт в слезах и в губной помаде

Ядерное оружие эпизода – Кейт Бланшетт. Благодаря угловатым микродвижениям, характерному задыхающемуся смеху и акценту Бланшетт добивается ошеломительного сходства с Абрамович. Она показывает больше десятка перформансов-аллюзий, в которых угадываются в том числе работы Ива Кляйна, Йозефа Бойса и, кажется, даже Олега Кулика