Авторы
Нешкольная история

Рисунок Лизы Ольшанской . Рубрику ведет Ирина Щербакова - руководитель молодежных и образовательных программ Мемориала: Больше шести лет назад «Мемориал» вместе с еще несколькими организациями объявили первый всероссийский конкурс исследовательских работ для старшеклассников «Человек в истории. Россия – ХХ век». Мы стремились стимулировать подростков заняться близкой историей, историей того, что их окружает. Сквозная тема конкурса – судьба человека, судьба семьи на фоне двадцатого столетия, и это прежде всего постоянные перемещения и скитания – по своей, но гораздо чаще по чужой воле – по российским пространствам. Примечательно, как распределяются темы по карте страны. У каждого региона свои болевые точки и своя культурная память. У коренных питерцев – часто возникает тема блокады. В республике Коми большая часть населения – потомки ссыльных или бывших заключенных, в их памяти важнейшее место занимает история ГУЛАГа. Юг России – две доминирующие темы: голод и расказачивание. Из Бурятии идут работы – об уничтожении буддийских храмов и об их восстановлении. Из Калмыкии – о депортации калмыцкого народа. На примере конкурсных работ можно проследить, как переплетается общая национальная память с памятью региональной. Но сквозная тема – это история крестьянской России, и число таких работ не уменьшается. В 2005 году главной темой конкурса стала тема «Человек и война. Цена победы». Более 1,5 тысяч работ, пришедших на шестой конкурс, показывают картину Отечественной войны глазами нынешних 15-18-летних. Они – последнее поколение, у которого еще есть возможность соприкоснуться с живыми носителями коммуникативной памяти. Большая часть участников конкурса – школьники из небольших российских городков, поселков, деревень. Их деды и прадеды – те самые рядовые, из которых сложились миллионные цифры военных потерь. Большинство историй, записанных ребятами, рассказывают о жизни в тылу, в оккупации, об эвакуации, о бегстве, о разбомбленных эшелонах, о потопленных баржах. Это истории пленных и угнанных в Германию; это крайне тяжелая правда о партизанском движении, рассказать которую не берутся сегодня и взрослые историки; это картины непосильного, фактически принудительного труда и постоянных репрессий в тылу – то есть все то, что жило в народной памяти, хотя и вытеснялось из официальной памяти вплоть до 90-х годов. В Стенгазете мы будем публиковать лучшие конкурсные работы и прежних лет, и нынешнего года. Все они печатаются с большими сокращениями. Подробнее о конкурсе можно прочесть тут. Подготовка текстов - Виктория Календарова

Стенгазета

Две родины Людвига Пшибло. Часть 2

Он часто вспоминал Польшу и родной язык. Он мог забыться и говорить по-польски, а потом спохватывался и продолжал по-русски. На улице жил поляк, так он ходил к нему специально поговорить на родном языке. Только вот страх никогда не покидал его. Боялся наказания непонятно за что и на старой, и на новой родине.

Стенгазета

Две родины Людвига Пшибло. Часть 1

Родины у него было две: Польша и Советский Союз. «Свой-чужой» – он был в этих двух государствах. Наверное, незавидная судьба была у Людвига Иосифовича Пшибло. Мы решили рассказать о его жизни, чтобы «оживить» историю, чтобы увидеть за словом «народ» живого человека.

Стенгазета

«Исторический слом, прошедший через семьи». Часть 2

Готовились долго и, наконец, решились на свой невероятный побег. Обходя возможные посты, ползли между кочек по мокрому болоту. Тася вспоминала потом, что тогда даже и не знали, кого боялись больше, медведя или человека с оружием в руках. Гибель грозила в обоих случаях.

Стенгазета

«Исторический слом, прошедший через семьи». Часть 1

День этот запомнился на всю жизнь: местные активисты из бедноты, с ними милиционер из райцентра, ввалились утром в избу и грубо, даже с радостью, объявили домочадцам о грядущих переменах. Разрешили собрать узлы и взять в дорогу лошадь с повозкой… и всё.

Стенгазета

«За что я отбывала свой невинный срок?» Часть 2

Я уверена, что узнать историю репрессий своей семьи и рассказать о ней было необходимо прежде всего для меня самой, для памяти о моих родных, для того, чтобы ничего подобного не случилось в будущей жизни. «Письмо» бабы Лизы заканчивается такими словами: «За что меня так строго наказали, нашлись люди осудить? За что я отбывала свой невинный срок?»

Стенгазета

«За что я отбывала свой невинный срок?» Часть 1

Известие о судьбе мужа и отца семья Вавиловых получила в марте 1943 года. Известие страшное, в которое невозможно было поверить: сообщалось, что рядовой Павел Михайлович Вавилов был осужден и расстрелян как изменник Родины. Если и был в чем-то виноват Павел Михайлович, так он уже за это был страшно наказан. Но все круги страданий предстояло пройти и его родным.

больше материалов
Рейтинг@Mail.ru