"Кому-то это дом, поднятый из руин, понравился, и на них донесли, что здесь окопались кулаки, приехали забирать мужчин ночью. Мама рассказывала, что все спали просто на полу. Было лето. Выгнали нас, женщин, отталкивали от мужчин, не дали им ничего передать, никакой одежды, ни смены нижнего белья, ни еды – ничего. Только повторялось: кулаки, кулаки! Через два дня нас выгнали из дома".
Израильский современный танец очень знаменит, и, надо сказать, что сегодня он воспринимается как самое актуальное из всех перформативных искусств в стране, язык которого позволяет художникам размышлять о болезненных темах сегодняшнего дня, о себе и об обществе. Для израильтян существенно, что этот язык телесный, но вместе с тем он обладает напряженной интеллектуальностью.
68-й год — это год рождения… Нет, не так, не рождения. Правильнее сказать «инициации», инициации целого поколения. И не какого-то там вообще поколения, а вполне определенного. То есть моего.
Я вообще заметил, что асфальтоукладчики похожи везде, во всех странах, где мне приходилось бывать. Такое ощущение, что они родились от одной мамы, демонстрируя очевидное генетические признаки.
Отмерено этой церкви всего 32 года. Ведь с приходом революции вера в Бога стала преследоваться. Однако истребить память о церковных традициях и обычаях советской власти так и не удалось. И пусть церковь разрушена, и восстановить ее уже никогда не получится, но память о ней всё жива.
Гоетия - средневековый ритуал призыва нечисти, однако история начинается совсем не с неё. Демоны в комиксе появляются в середине истории, когда Ян предлагает главе семейства разобраться с его житейскими проблемами единственным доступным профессиональному убийце способом.
Так что получается, что речь все время идет о возвращении в какие-то несуществующие царства-государства, в давно распавшиеся семьи и давно разрушенные дома. Или, как поется в известной детской переделке известной песни, «на палубу вышел, а палубы нет, а палуба в трюм провалилась».