Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

21.11.2011 | Арт

Город, милый город

Художественная коллекция UniCredit в ЦСИ «Винзавод»

В рамках Года Россия—Италия в центре современного искусства «Винзавод» проходит выставка «Люди и город. Лучшее из художественной коллекции UniCredit», на которой представлено почти 200 произведений со всего мира, созданных в период с 1910-х годов по сегодняшний день. Зритель может не задумываться о коммерческой составляющей и просто наслаждаться познавательным проектом, объединившим классиков и современников, одной из лучших экспозиций сезона.

Слово «лучшее» в подзаголовке в самом деле рекламная уловка. Нет, специально для Москвы в Италии, Германии, Австрии и Турции выбирали качественные вещи разных времен и стилей — от импрессионизма и экспрессионизма до видеоарта и инсталляций.

Но, во-первых, вся коллекция насчитывает около 60 тыс. произведений, разбросанных в тысяче офисов банков по всей Европе и даже хранящихся в постоянных и временных музейных экспозициях, и две сотни — это слишком мало для the best of the best. Во-вторых, собрание начинается с архаики Месопотамии и Египта, включает в себя готическую живопись и декоративное искусство Ренессанса, картины XV–XVIII веков.

И вряд ли скульптура богини-волчицы Мут или «Психея, покинутая Амуром» Доссо Досси хуже коллажей Александра Родченко или фотографий Анри Картье-Брессона — они просто логически несопоставимы. Так что надо уточнить: выставка на «Винзаводе» — это представительный срез искусства XX–XXI веков из собрания финансовой группы.

В-третьих, это срез тематический. Куратор проекта «Люди и город» Вальтер Гваданьини, президент комиссии UniCredit по искусствоведению, выбрал очень специальный и одновременно безмерно широкий фокус взгляда при отборе — его заинтересовала проблема урбанизма как центрального феномена минувшего и нашего столетий и как она вольно или невольно отражалась и отражается в творчестве художников.

У Гваданьини получилось настоящее авторское высказывание, на которое пока решаются совсем немногие из наших кураторов и которое может смутить отечественного зрителя, например, буквальным соседством метафизического пустынного городского пейзажа Джорджо де Кирико и эскизов-коллажей Христо (Христо Явачева), упаковывающего дома, мосты, аллеи и соборы. Но куратор составлял экспозицию не по хронологии или по неожиданным эстетическо-идеологическим сближениям авторов разных эпох (тоже ход!). Все представленные работы для него — это как бы иллюстрации к главам его виртуальной книги, путеводителю по некоему собирательному городу.

Выставка (кстати, отметим безупречный дизайн и свет экспозиции, тем более за это отвечали наши соотечественники Станислав Осокин и Михаил Покрасс из агентства «Тема») построена как своеобразное путешествие, предпринятое с целью увидеть, почувствовать и понять место, в котором ты очутился впервые и, может быть, случайно.

Первый раздел так и именуется — «Прибытие», хотя вернее было бы назвать его «Прилет». По мысли куратора, авиарейсы тоже симптом урбанизации, поскольку мы теперь не передвигаемся, а перелетаем из одного мегаполиса в другой. Тут виды городов с птичьего полета (причем высококлассные — сложно уличить фотографов Вольфганга Тильманса или Оливо Барбьери в желании сделать туристический снимок на память), схемы рейсов и даже карта Милана (карта тоже своего рода вид с воздуха), сделанная Давидом Реймондо из хлеба.

Далее следует самый объемный раздел «Топография». Тут условный герой-путешественник просто ориентируется на местности, переходя от общего к частному, от туристических панорам к конкретным деталям, но пока боясь вступить в непосредственный контакт с аборигенами.

Все пейзажи здесь живописные или фотографические, начиная с Оскара Кокошки и Джорджо Моранди (им ассистирует наш Леонид Зусман с «Городским пейзажем с мостом» 1926 года из собрания российского отделения корпорации) и кончая Джеймсом Касебере, спустившимся в подземный водопровод в Болонье, — все пейзажи абсолютно безжизненны, безлюдны.

Зато эта пустота с лихвой окупается в главе «Жизнь улиц», посвященной людям в городе. Правда, под улицей тут понимается и театр (неожиданный примитивистский холст 1914 года сначала футуриста, а затем классика абстрактного искусства Альберто Маньелли), и пляж (знаменитый Массими Витали), и даже нью-йоркская биржа (еще более знаменитый Андреас Гурски).

Затем наш вояжер уже так освоился на новом месте, что допущен в частные пространства. Им посвящен раздел «Дом, милый дом», довольно скромный (посторонних просят не засиживаться), но в самом деле приятный без сладости.

Тут не может не радовать присутствие «Белых окон» (инсталляции из лайт-боксов с граффити) нашего соотечественника Александра Бродского, работу которого банк купил в прошлом году.

В финальном разделе «Воображаемый город» (турист устал, прилег в гостинице, и вот снятся ему голубые города, у которых названия нет, хотя особого оптимизма в этом специально выстроенном посреди зала темном отсеке не чувствуешь) тоже есть «наш».

Молодая московская звезда, художник, куратор, теоретик Стас Шурипа в бумажной инсталляции «Покинутые», посвященной умирающим «хрущобам», показывает, к чему могут привести мечты о всеобщем урбанистическом счастье.

Хотя финал у выставки вполне счастливый. На коллаже отца английского поп-арта Питера Блейка старый Лондон заполонили бабочки. Именно бабочки, а не хичкоковские птицы. Это знак того, что путешествие закончилось, пора садиться в самолет и улетать. В свой реальный, а не воображаемый город, выстроенный силами 56 художников XX века.



Источник: "Московские новости", 09 ноября 2011 года,








Рекомендованные материалы


Стенгазета
14.11.2019
Арт

Экслибрис или мем?

В работах, сделанных непрофессиональными художниками находим прямые отсылки к современной культуре. Если к работам с котами добавить смешную фразу, экслибрисы превратятся в «кошачьи» мемы. А обилие женских образов говорят об интересе авторов к проблемам феминизма или восприятию женского тела.

Стенгазета
05.11.2019
Арт

Семь способов не потеряться во Владивостоке

Во Владивосток на несколько недель приезжали художники со всех стран мира, которые исследовали город со всех доступных им ракурсов — одни работали на сопках, другие забирались в бомбоубежища или отправлялись к морю, попутно расплетая собственные личные истории.