ПРОСТО ТАК КОЛОНКИ ЖИЗНЬ ИСКУССТВО РАЗГОВОРЫ PRE-PRINT СПЕЦПРОЕКТЫ СТУДИЯ ФОТОГАЛЕРЕЯ ИГРЫ

    О ТОМ, ЧТО ПРОИСХОДИТ WWW.STENGAZETA.NET СЕГОДНЯ 29 МАЯ 2017 года

Анимация / Арт

Летающие мыши против исключения

В рамках Большого фестиваля мультфильмов галерея «На Солянке» показывает «Колыбельные мира»

Текст: Диана Мачулина

Федерико Гарсия Лорка в своей лекции «Колыбельные песни» рекомендовал для ознакомления со страной, по которой путешествуешь, не утомлять себя древними соборами, мертвыми камнями и красивыми видами. Гораздо важнее, считал он, послушать колыбельные песни и попробовать местные сладости.

На выставке, посвященной анимационному циклу «Колыбельные мира», которая открылась в галерее «На Солянке», и правда, с помощью детской песни отправляешься в путешествие по всему миру. К экспозиции эскизов, где есть и маленькие карандашные раскадровки, и большие живописные работы, добавлены десять мультфильмов на большом экране, каждый -- колыбельная из какой-нибудь страны, предваренная заставкой -- детским разговором про географию и историю, обычаи и характеры местных жителей.

Тема, начатая в заставке-обсуждении, откликается в самой колыбельной. «Че и Фидель сделали революцию, чтобы все могли танцевать и веселиться, но и до революции все кубинцы танцевали и веселились». Беззаботная кубинка-кормилица дремлет, качаясь в кресле-качалке, а ребенок не спит -- он на веранде, балансирует на арбузе, как «девочка на шаре», и в конце концов падает с арбуза, обрушивая коробки сигар.

История и характеры познаются интуитивно. «Хлеб, который у них как бумага» -- дети увидят трогательную сказку про армянский лаваш, конечно, не зная о том, что этот хлеб умеет воскресать -- после того, как лаваш засохнет, его можно намочить, и он опять станет съедобным. Тем более малыши не знают о том, как спасшиеся от геноцида армяне бежали, оборачивая себя под одеждой этим хлебом, и питались им в бегах, увлажняя своим потом и слезами. Но в мелодии и картинах о хлебе скрывается глубокая печаль. Мама печет лаваш, похожий на лунный диск с кратерами, и раздает всем соседям, чтобы они в него, как в конверт, завернули самое дорогое. Старушка заворачивает свое персиковое дерево, сосед с пышными усами -- велосипед, а молодая невеста -- жениха. Сама мама накрывает сына тем же вышитым полотенцем, которым накрывала хлеб, -- чтобы он не стал черствым.

И так в каждом фильме: рассказываются вещи сложные, но доступным языком. Собственно, и не языком даже; язык слишком часто создает барьеры. Здесь же носитель информации -- мелодия и картинка, а они понятны повсеместно -- так же, как, скажем, материнство. При этом интернациональность проекта не подразумевает безликого рисунка современного Диснея -- стиль у каждого мультфильма не похож на другие, вдохновлен той культурой, которой принадлежит песня.

Русская напоминает работы художников «строгого стиля», японская -- гравюры Хирошиге. В мексиканской -- монументальность Сикейроса и Ривейры в характерах персонажей встречается с фольклорными веселыми скелетиками, получается детская версия неоконченного фильма Эйзенштейна «Да здравствует Мексика!». В истории про мышь, которая полетела в небо, увидела, как просторна земля, и вернулась в тесные норы, чтобы рассказать остальным, норы напоминают хитросплетения национального орнамента индейцев хопи. Эвенкийская история про то, как семь лет и семь зим женщина ждала, пока большая медведица подарит ей ребенка, нарисована в сыпучей технике тонкими линиями коричневым по белому, как резьба по кости. Она такая же протяженная, как заснеженная пустыня и семь долгих лет.

Все эти истории живы, ибо нарисованы вручную, а не в компьютере. Выставочное пространство заполнено эскизами и набросками, и это лишь малая часть того, что сделали художники для создания 60 серий «Колыбельных мира», которые уже почти готовы. Проект шесть лет назад придумала художник-аниматор Лиза Скворцова, поддержал продюсер Арсен Готлиб, потом позвали других художников. К разнообразию мировых культур прибавились особенности стилей разных авторов, хотя общее впечатление очень цельное -- рисунок немного наивный, с юмором и нежностью.

Попадаются смешные картинки, где у героев тело разлетелось на отдельные части -- голова, руки, ноги и платье отдельно. Это технический момент, секрет процесса -- такой персонаж-конструктор нужен для техники «перекладки», чтобы, передвигая отдельные части тела, изобразить движения. В том же зале на двух компьютерах несколько мультфильмов разложены на кадры, так что можно самому увидеть, как строится движение. А на эскизах можно рассмотреть в деталях, как возникает ощущение снега или солнца, как рождается под карандашом милый бульдог-конькобежец, отметить то, что в толчее на Монмартре (французская колыбельная) пропустил -- картину «Авиньонские девицы» Пикассо. Только в ней девицы заменены на лягушек, которых французы вообще очень любят.

Все недавние выставки арткритики сопоставляют с хитом биеннале, кураторским проектом Жан-Юбера Мартена «Против исключения». Хотя «Колыбельные мира» не имеет никакого отношения ни к биеннале, ни к «современному искусству», а представлены «Большим фестивалем мультфильмов», очень хочется два проекта сравнить. Мартен решил познакомить российскую публику с культурой экзотических стран, но знакомство так и не состоялось. Странная живопись африканцев, австралийские демоны в полосочку и с зубами, подобные коврам картины с орнаментом воспринимались в качестве «диковины» -- ничего толком узнать и почувствовать о жизни людей, которые это сделали, не удавалось. И даже русские художники оказались в странном качестве -- эдакого северного негра при дворе европейской культуры, очередного сувенира, только не в перьях и бусах, а в мехах. Как Дмитрий Цветков со своей инсталляцией. Или в ряду оптических обманок работа Дмитрия Гутова (хотя он-то как раз никого обманывать не хочет, напротив, все время декларирует поиски истины).

«Колыбельные мира», по сути, посвящены тому же -- многообразию культур, ни одна из которых не должна быть исключена из картины мира. И сюжет «Против исключения» этот проект проводит дальше, чем биеннальский, -- он втягивает в круг серьезных культурологических вопросов детей, тогда как обычно маленьких от таких «сложностей» отстраняют. Но иначе нельзя -- только с малолетства можно научиться воспринимать человека с другого континента как существо родное, а не как «чудо-юдо», способное вызвать лишь удивление и насмешки. Летающие мыши индейцев хопи и веселые скелетики мексиканцев борются за толерантность весьма эффективно. Но мультфильмы еще и отлично работают по прямому назначению -- могут убаюкать ребенка, а взрослого излечат от бессонницы.

Галерея "На Солянке"
Кубинская колыбельная

"Колыбельные мира"

Галерея "На Солянке"


Эскиз


Эскиз


Эскиз


Армянская колыбельная


Эвенкийская колыбельная


Французская колыбельная


Колыбельная индейцев хопи


Японская колыбельная


Мексиканская колыбельная



ЕЩЕ НА ЭТУ ТЕМУ:





А ЧТО ДУМАЕТЕ ВЫ?

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Current day month ye@r *



версия для печати...

Читать Диана Мачулина через RSS

Читать Анимация через RSS

Читать Арт через RSS

Источник: "Время новостей",09.11.2009 ,
опубликовано у нас 11 Ноября 2009 года
ДРУГИЕ СТАТЬИ РУБРИКИ:

НАЧАЛО ПИСЬМА КОМАНДА АВТОРЫ О ПРОЕКТЕ
ПОИСК:      
Сайт делали aanabar и dinadina, при участии OSTENGRUPPE
Техническое сопровождение проекта — Lobov.pro
Все защищены (с) 2005 года и по настоящее время, а перепечатывать можно только с позволения авторов!
Рейтинг@Mail.ru