Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

28.01.2009 | Диски

Энтони должен петь

Энтони Хегарти поет о солнце и цветах — почти без ансамбля

«Круги света, Арктика, ведьмы, Cамоа, международная комиссия по предотвращению изменений климата, патриархальные религии, которые скорее ускорят апокалипсис, чем признают, что века мужской власти привели нас к краху, леса, кислород, углерод» — вот что занима­ет сейчас певца Энтони Хегарти, согласно его дневнику.

Десять лет скитаний по нью-йоркским притонам и заведениям для первертов увенчались-таки справедливой развязкой; голос Америки, упитанный мужчина в полном расцвете сил, Энтони нужен всем — можно подумать и о высоком.

Он получил Mercury Music Prize; спел с Бьорк и Марианной Фейтфул; обеспечил успех калькированному диско Hercules and Love Affair — если завтра за ним явится Мадонна, вряд ли кто-нибудь удивится. На своей треть­ей пластинке ему, бывшему предводителю перформанс-группы «Черные губы», ничего не мешало устроить оперу, ораторию, супершоу; не тут-то было.

Аранжировать «The Crying Light» помогал талантливый композитор-мини­малист Нико Мьюли, и с творениями Энтони он обошелся крайне деликатно.

Музыка тут очень камерная, бережная: струнные тянут одну колеблющуюся ноту, на клавиши фортепиано нажимают только подушечками пальцев; порой в качестве аккомпанемента Энтони хватает шелеста одежд и пощелкивания пальцами.

Приглашенные певцы тоже отсутствуют — и не надо. Здесь и песен-то — в том привычном театральном виде, какой раньше практиковали Antony and The Johnsons, — всего две: «Kiss My Name» и «Epilepsy Is Dancing», причем вторая — абсолютный шедевр.

Бенефис обратился моноспектаклем; большая часть «The Crying Light» — акустическая гладь, над которой парит голос Энтони Хегарти.

Парит совершенно заслуженно; тот звук, что производят связки сладкого и гадкого нью-йоркского толстячка, — это все-таки какое-то совершенно инородное дело, щемящая нежность, лучистая горечь; он весь дитя добра и света, он весь свободы торжество. На «The Crying Light» Энтони в основном поет не о сердечных болях и мертвых мальчиках, как прежде, но о снеге, деревьях, климатическом кризисе (предельно иносказательно) и первоэлементах; по смыслу альбом где-то даже приближается к натурфилософии нью-эйджа — но, если вдуматься, это и логично. Вокал Энтони — он ведь и сам есть явление природы. Во­да должна течь, огонь должен жечь, Энтони должен петь. Вот уж действитель­но — плачущий свет.



Источник: "Афиша", 19.01.2009,








Рекомендованные материалы


Стенгазета
25.10.2019
Диски

Высококалорийное слово

«Моё слово жирно / Со мною в лифте любой другой — лишний» — здесь артистка, конечно, иронизирует над своей внешностью, лишая пищи троллей из сети. Вместе с тем, это еще и непреднамеренный метакомментарий. Голоса Алёны так много, что он почти вытесняет аккомпанемент, будто мы слушаем речитатив акапелла.

Стенгазета
02.09.2019
Диски

Ночевка с песенками на ушко

Если слушать альбом в наушниках, возникает ясное ощущение, будто все эти истории рассказывают именно тебе. Будто ты пришел на ночевку в дом семьи О’Коннелл. Начинается пижамная вечеринка с ребяческой битвой подушками под песню bad guy. Финальный трек goodbye ощущается, будто вы вместе с Билли на соседних кроватях совсем уже засыпаете, лениво выговаривая последние признания перед “спокойной ночи”.