Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

21.09.2007 | Арт

Не в себе

Бомж в "Доме Нащокина"

Именно Зверев своей жизнью и творчеством в очередной раз доказывает: биография творца - отдельно, искусство - отдельно. Даже когда они вроде бы нераздельно сплетены, как в случае Анатолия Тимофеевича. В последнее время к нему все чаще стали применять словечко "перформанс": рисует веником, зубной щеткой или пальцем - "перформанс", ночует на помойке и ходит под себя в метро - "перформанс", бузотерит или, наоборот, унижается за бутылку - "перформанс", "карнавальное поведение", "продуманная игровая стратегия". Нет, конечно, Зверев не был наивно прост и отличался от соседей по очереди в винный отдел.

Он знал себе цену и умело маскировал ранимый талант за брутальным образом бомжа, в которого однажды искусно перевоплотился.

Но, к сожалению, не смог выйти из удачной и удобной роли. Которая постепенно все больше становилась жизнью.

А вот творчество все равно было автономной зоной, заповедником чистоты и красоты, в котором нет места запахам пота, мочи и перегара. Смотришь на большинство работ Зверева - и хочется декламировать: "Ночной зефир струит эфир". Его называют "русским экспрессионистом". Какое там - нет ничего более ясного, гладкого, спокойного и душистого, чем зверевские картины и графика, хоть вроде бы и делалось все отдельными мазками-штрихами. Но любимый прием - декоративная спираль-завитушка, замысловатая виньетка или жирная, уверенная в себе линия, а не нервный взбрык с плеча.

Зверев в искусстве - не бомж, а галантный кавалер или домовитый хозяин.

Потому только сначала кажется странным видеть выставку Зверева в аристократичной галерее "Дом Нащокина", в старинном московском особнячке пушкинского друга. Тут к одной из выставок обили стены штофом, да потом долго никак не снимали ткань, настольку впору пришлась. Недавно еще это было одним из самых светских мест Москвы с закрытыми вернисажами. Тут до сих пор любят искусство спокойное, достойное и доступное. И вот на тебе: новая экспозиция "Портреты Анатолия Зверева" - уже второй проект галереи, посвященный художнику. Он здесь прижился.

Вернее, не он, а его работы, что смотрятся в здешних залах необычайно органично. Будь то пейзажи, натюрморты или портреты. На этот раз именно портреты.

Портрет - жанр амбивалентный. Тут наличествуют и портретируемый, и портретирующий. Так вот в разнообразных зверевских портретах портретирующего не найти. Он неуловим. Точнее, не найдешь такого Зверева, к которому мы привыкли по устным апокрифам.

Есть же очень мастеровитый художник, меняющий манеры в зависимости от ситуации и желания, но всегда остающийся очень благообразным и благонравным. Ровным в своей переменчивости. Элегантным, красивым, гордящимся своей маэстрией.

Общее ощущение от экспозиции - высокий салон. Это, конечно, не аристократический портрет XIX века, однако в стенах "Дома Нащокина" зверевские парсунки тоже очень кстати. Но вот интересно представить самого Анатолия Тимофеевича на чинном вернисаже этой своей выставки. Хотя зачем он галерее? Есть же Зверев-художник. А все его житейское - только "перформанс". Зрителям которого полагаются салфетки с отдушкой.



Источник: "Культура" №35, 06.09.2007,








Рекомендованные материалы


Стенгазета
17.09.2019
Арт

Наивный Пушкин

Художник Владимир Трубин пишет многофигурные композиции, где Пушкин беседует с казачкой Бунтовой, покупает жареных рябчиков вместе со слугой Калашниковым и участвует в дуэли с Дантесом. Поверх изображений Трубин пишет тексты от руки, подробно рассказывающие, что происходит на картине.

Стенгазета
11.09.2019
Арт

Ночное зрение Лоры Б.

Тем, кто не знаком с картинами Белоиван, но читал её рассказы, в выставке не раз аукнутся истории Южнорусского Овчарова — но это не иллюстрации, а самодостаточные сюжеты. В очереди к врачу сидят насупившиеся кошки и собаки, обняв своих приболевших людей, летним вечером морское чудище перевозит людей с острова на остров