Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

21.09.2007 | Колонка / Общество

Грядет война народная

Не доводите нас до беды

Ряд событий последнего времени показателен, будь это очередная угроза коллективного Путина Западу, возвращение облетов дальних рубежей стратегической авиацией или все новые скандалы на границе с Грузией. Идет стремительное, осознанное и намеренное приближение к холодной войне.

Но точно ли все обойдется войной именно холодной - то есть символической, когда стороны, то есть Россия и Запад, грозят друг другу, не доверяют, на всякий случай запасаются все новым и новым вооружением и как бы дают понять: как только так сразу. Не доводите нас до беды.

Но в том-то и дело, что путинская Россия уже зашла слишком далеко. Она, обороняясь от критики в недемократичности, в преследовании независимых или оппозиционных Кремлю СМИ, политических партий и общественных организаций, так раскрутила маховик антизападной истерии, что пути назад уже нет.

Расшатывая душу обыкновенного человека, наполняя его агрессией, нетерпимостью, ксенофобией - неважно: грузинской, эстонской или молдавской - власть решилась на необратимые действия. Агрессивность никуда не исчезнет, она будет давить и требовать выхода, она может только накапливаться и рано или поздно прорвется наружу.

Так начинаются все войны. Сначала элита, стоящая у власти, корыстная и защищающая свои интересы, желая избавиться от народных упреков, натравливает свой собственный народ на внешнего или внутреннего врага. А потом становится заложницей инерции, ее уже не остановить, и начинает литься кровь - испытанный и самый простой способ канализации злобы.

В случае с нынешней кремлевской и чиновничье-олигархической элитой все более или менее ясно. Больше всего она боится народного возмущения, способного отнять у нее все, что было накоплено за перестройку, и совсем не боится Запада, которому, понятное дело, хочет заткнуть рот, из страха, конечно, не перед ним, а перед вполне осмысленным, но традиционно беспощадным народным бунтом. Но не боится кремлевская элита Запада совсем не потому, что сильнее, а потому что Запад в свою очередь, зная, что многократно сильнее он, не боится ее игры хилыми мускулами. В этом смысле показателен ответ военспеца из Пентагона, который отреагировал на возобновление полетов российской стратегической авиации весьма  насмешливо: русские достали свои самолеты из нафталина.

Потому что обычное военное противостояние проиграно российской властной элитой давно. Более того, угроблена российская наука - основа любой военки, да и вообще трезвого национального самосознания. И это прекрасно знает не только Запад, столь ненавидимый за это кремлевскими временщиками, но и сами эти временщики.

Поэтому то, что Кремль надувает щеки нефтью, пугает и возбуждает только сам Кремль и обманываемый им народ. Да и то до тех пор, пока нефть стоит дороже ожиданий, что не будет продолжаться вечно.

А что произойдет потом?

Конечно, можно себе представить, что Кремль не знает то, что знает любой, кто провел в рядах российской или советской армии хотя бы месяц. О ржавых ракетах и пусковых установках, о вечно пьяных прапорщиках и ворах-генералах, о поражении в Афганистане и не умении не только ротой, но и всей российской армией справиться с каждый раз «последней бандой боевиков» в Чечне.

Если г-н Путин этого не знает, а погружение во власть всегда синхронно социальной и прочей слепоте, то, конечно, возможен вариант обмена ядерными или прочими сокрушительными ударами, то есть третьей мировой войны, как результат политической и психологической невменяемости. Но это вряд ли. Слишком велики ставки.

А деньги в Кремле и около считать умеют. Всегда, тем более в такой ситуации, найдется умный советчик, который в нужный и последний момент положит на стол бумажку с цифрами и выводами о неутешительных последствиях слишком поспешного шага. Хотя ситуация с полонием и его известными всему миру следами от завода-изготовителя до Лондона говорит о далеко неполной возможности контролировать любую радикальную выходку кремлевских или околокремлевских сил и группировок. Но и здесь остается возможность надеяться на большую взрослость  оппонентов на Западе, а на самом деле, на уровень их ответственности перед тем самым общественным мнением, которое отсутствует или практически отсутствует в России.

Так что если и начнется война, а она начнется, то не между Россией и Западом, Россией и Америкой, а между Россией и Россией, Россией обманутой и обманывавшей, между Россией федеральной и Россией провинциальной, между центром и регионами.

Потому что злобе и агрессии понадобится выход. Потому что воевать будет необходимо. Потому что все остальные способы канализации агрессии в виде обычной политической борьбы коллективным Путиным были уничтожены. Потому что за преступную недальновидность надо отвечать. За уничтожение права на выборы мэров и губернаторов, за жесткое подчинение регионов федеральному центру, за вертикаль власти, за стимулирование агрессивности и ксенофобии, за бездумный национализм, за реанимацию имперской идеи и великодержавность, за презрение к собственному народу, наконец.

Это в начале перестройки все обошлось малой кровью. Впереди будут реки. Так и Октябрьская революция была объявлена самой бескровной, зато последующая гражданская война оказалась самой кровавой.

Так что, увы, грядет народная война. Гражданская война.



Источник: "Дело", Спб, 27.08.2007,








Рекомендованные материалы



Проблемы неотомизма

В детстве все мы играли в магазин, в больницу, в милицию, в почту… Играли также и в выборы. Помню, как в тупиковой части огромного коммунального коридора был нами обустроен «Избирательный участок № 97». В посылочный фанерный ящик, закутанный в старый халат чьей-то бабушки, кидались обрезки тетрадных листков, на каждом из которых было написано: «Света. Дипутат».


Зима патриарха. Бесконечная

2019-й год был переломным в деградации российской государственности. Дело не только в том, что в ходе выборов в Мосгордуму российская власть продемонстрировала: она не уверена, что за нее проголосуют. И под надуманными предлогами отстранила своих оппонентов от участия в выборах. А потом устроила судебную травлю тех, кто протестовал против этого. Дело еще и в том, что человек, обладающий абсолютной, ничем не сбалансированной властью, решительно перестал стесняться.