Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

27.01.2020 | Записки американского доктора

Зина, я забыл опять, как зовут того немца, от которого мы все без ума?

Если был восход, то будет и закат. Вопрос лишь в длине светового дня.

- Тамарочка, не надо давать собакам столько корма, я же просил.

- Я не даю.

- Ну вот же, посмотрите, миски до края.

- Я ребенок войны. Мне все можно.

И так каждый день….

 

Нам было по восемнадцать. Моя Ирочка -  красавица и я - маленький, неуклюжий, пухлый. Казалось бы, такой мезальянс, но любовь чувство иррациональное. К тому же выяснилось что она в положении и надо что-то делать. Мы, по современным меркам, просто дети, стояли перед салоном для новобрачных, получив заветный пропуск после подачи заявления в ЗАГС. Мы все сделали по-тихому и лишь поставили родителей перед фактом в последний момент.

Тамара — Ирина мама -  подошла бесшумно. Моя Ира мне тихо говорит: ”мама пришла”. Я громко спросил: ”Где мама?” Не мудрено, я ее до этого видел один раз, мельком. В общем, все как не у людей.

Когда родился Леня, Тамаре было аж все 39 лет. Она души в нем не чаяла. Она не могла дождаться выходных, чтобы забрать его. Сначала нянчить малютку, потом лыжи, музей и экскурсии. Все думали, что это ее ребенок. Некоторые смотрели неодобрительно, уж больно не похож на мамку-то, черноволосый с большими карими глазами, ясно, нагуляла. А Тамара слега стеснялась, ведь как не посмотри конфуз, то ли слишком молодая бабушка, то ли “ престарелая” мамаша.

Она родилась и выросла в Марьиной роще. Тут нечего добавить, темнота и бедность. Отец ушел на фронт и хоть и не погиб, но “умер” для семьи оставшись у другой где-то под Орлом. Мать малограмотная и больная. В восемнадцать лет мать сказала: теперь ты за все отвечаешь. И так, с восемнадцати лет цепляясь за жизнь зубами и обламывая  ногти карабкалась вверх. Училась, работала, комсомол, общественная работа, а вечером перешивала и перелицовывала, чтобы держать фасон.

Замуж вышла как многие тогда. “Хороший” жених — главный критерий.  Так и не узнала, что такое любовь, так, деловой союз. Правда муж попался неплохой, серьезный, но строгий. Не пьющий, выучился на инженера, хорошая работа, рукастый и дочку, как умеет любит очень.

В восьмидесятые даже был в Италии в командировке, повод для зависти у многих.

А тут вдруг внук! И опять как второй шанс в жизни. Все для него и все о нем. Она ревновала Леню даже к родителям, хотя мы сами ещё были не совсем взрослые.  Мой остроумный сын много позже пошутил, сказав, что у нас такая маленькая разница с ним в возрасте, что мы ещё можем оказаться в одном и том же доме престарелых.

Потом, как гром среди ясного неба.

- Мама, мы уезжаем навсегда в Америку.

Суета сборов, проводы. Она не проронила ни слезинки на людях, а когда серебристый лайнер PanAmerican поднялся в небо ее накрыло!!! Она похудела вдвое, пропал сон, нет мотивации ни есть, ни пить, ни жить, ни дышать, тяжёлая клиническая депрессия. В то время к психологу не ходили, а психиатр принимал только тех, кто видел и разговаривал с инопланетянами на Красной Площади.

И снова судьба дарит подарок. Все вокруг рушится, меняется страна, а ее все равно, ведь можно приехать в гости и быть с ними по пол года.

Опять есть смысл, опять я нужна!

Она десять лет приезжала в Октябре и улетала назад в Москву в Апреле к огородному сезону.

Отец Иры приехал, посмотрел и сказал: не мое. Он потом ещё приезжал, обычно через год на третий. Было видно что с трудом досиживал месяц и улетал назад.

В 2001 году он, взявшись за электро насос качающий воду для огорода, был убит наповал электричеством. И это при том, что был он инженер-элетрик, всю жизнь работавший с высоким напряжением. Человек он был скрытный и для меня осталась загадкой было ли это трагической случайностью, или что-то ещё...

Тамара стала полностью свободной от обязательств и через восемь месяцев переехала к нам, раздав предварительно имущество немногочисленным родственникам.

Она в который раз, как птица Феникс возродилась из пепла. Она занималась детьми, огородом, кухней выучила компьютер. Казалось ее энергии не будет конца….

Если был восход, то будет и закат. Вопрос лишь в длине светового дня.

Обычно симптомы болезни Альцгеймера начинаются в среднем за 7-10 лет, прежде чем поставлен диагноз.

Приезжая из Майами я вдруг стал замечать, что Тамара сильно нервничает.

- Мишка, хочешь я тебя покормлю? Хочешь, сейчас омлетик сделаю.

- Нет, спасибо, омлет не хочу.

И вдруг я понял, что когда-то великолепная хозяйка и повар, она не помнит рецептов и даже утратила навыки, как это делать.

В голове, как стукнули в колокол. Все, приехали!

Вернувшись в Майами, я подошёл к жене и сказал:” Похоже у нас серьезная проблема, надо поговорить”. Стоит ли добавлять что я хоть и детский, но все же невропатолог.

Я когда-то сказал, что как только человек с деменцией прошел стадию депрессии, то есть когда он еще переживает из за того, что не помнит чего-то, понимает, что с ним что-то происходит нехорошее, после этого точка. Теперь это уже не его болезнь...

Хуже всего, что я точно знаю все, что будет дальше, и только не знаю когда багровое закатное солнце скроется за горизонтом, выключив полностью свет.

А пока, нам остаётся радоваться уже не греющим лучам чуть покрасневшего вечернего солнца, окрашивающего все вокруг слегка мистическим розоватым светом, где люди оставляют длинные тени на песке.

Моя бабушка как-то сказала мне: ”Миша, жизнь уходит от человека гораздо раньше, чем он от нее”.

Mirer, MD

 









Рекомендованные материалы



Асфальтоукладчица

Я вообще заметил, что асфальтоукладчики похожи везде, во всех странах, где мне приходилось бывать. Такое ощущение, что они родились от одной мамы, демонстрируя очевидное генетические признаки.


“Code Blue” (объявление по госпиталю, что нужна реанимация)

Доесть мне не удалось, через громкую связь объявляют - pediatric code blue ER! ( “код синий” в отделении неотложки, так объявляют когда нужна реанимация). Я бросил все как есть на столе, и бегом через две ступеньки побежал вниз, в ER.