Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

21.09.2021 | Записки американского доктора

“Наша служба и опасна, и трудна”

А русские все такие смелые?






Я схватил медицинский чемодан и начал идти в сторону дощатого забора в частных домах на улице Алабяна, недалеко от метро Сокол. Мы приехали на вызов на еще старом “рафике”, похожем на буханку как и “уазик” того времени, с дбигателем, закрытым кожухом, фактически в кабине. Был 1979 год.



Повод к вызову - “убили”. Редкий по тем временам огнестрел. Муж забаррикадировался и судя по оцеплению, сдаваться не собирался. Я, тогда еще совсем молодой медбрат, бросился спасать возможно еще живую жертву. Доктор не торопился, правда довольно резко сказал:” Не лезь, нас позовут”. Я все-таки решил подойти поближе, вдруг нужна будет моя помощь. Когда раздался выстрел, то я даже не понял, что стреляли в меня, и лишь звук дроби по забору в двух метрах привел меня в чувства. Я присел от страха и отполз назад. Доктор рявкнул на меня трехэтажным матом, и самое приличное было - какого хера тебе там надо.



После этого случая, за почти одиннадцать лет работы на “скорой” мне еще не раз приходилось иметь дело с агрессией пациентов и их родственников. По старой традиции “скорой”, женщину вперед не пропускают и первым в подъезд заходит мужчина. Никогда не знаешь что ждет за дверью.



Вам любой скоропомощник расскажет десятки историй, когда на бригаду нападали. То долго ехали, можно подумать, что мы чай пили, а то просто, под руку попались и, как и русский бунт, бессмысленный и беспощадный, так и нападение на медиков, такое же бессмысленное и беспощадное.



Как-то раз я дежурил на новый год, пьяная компания выбежала резвиться на лед, кто-то из них упал, сотрясение мозга, потерял сознание и начал “судорожить”. Мы приехали, и вместо того, чтобы спасать, вся бригада начала огребать от разъяренной толпы, еле-еле убежали.

Мой приятель получил молотком по голове на вызове, еще одному воткнули в спину нож, пока он поднимал носилки.

Откройте интернет и сами посмотрите что творится! Тогда интернета не было, но судя по тому что сейчас, ничего особенно не изменилось.



Вообще лекарей казнили и раньше, особенно если результат расходился с ожиданием, но постепенно финансовое положение врачей и, как результат, их положение в обществе, а может и наоборот, сначала уважение, а потом финансовое благополучие, привели к тому, что нападать на врачей и вообще медиков перестали, слишком дорого стало. Революция сделала свое дело, уравняв всех, и теперь с чистой душой можно выместить фрустрацию, тревогу, злобу за болезнь близких прямо “не отходя от кассы”. Ну можно еще наорать, обозвать последними словами, и еще после этого везде показать себя жертвой ужасных врачей.



До отъезда из СССР я думал, что такая практика типична только в России, ан нет. Оказалось, что в странах, где врачи мало зарабатывают, происходит тоже самое. И бьют их точно так же и с таким же удовольствием.

Мой коллега, доктор из Ливии, рассказывал, что был свидетелем, когда родственники умершей в реанимации старушки, вломились туда и учинили расправу над дежурным врачом. Били его долго и с удовольствием, он чудом выжил. Он вообще заступил на дежурство после ее смерти.

Мой коллега так и сказал: обычное дело в Ливии, профессиональные риски.



В Америке и многих других странах с врачами, к которым претензии, принято разбираться в суде. Медицина - не математика, все бывает, ведь это одни люди лечат других людей, и ключевое слово здесь люди. В Америке врачи обязаны купить страховку на случай ошибки, а пострадавший хватается не за нож, а за телефон и звонит своему адвокату.



И все же “наша служба и опасна и трудна” даже здесь.

Пару лет назад, пациент, правда выписанный из “психушки”, вернулся навестить врача, и без разговоров влепил ей пулю в лоб, оставив двух детей сиротами.

Самая опасная работа - это работа с людьми, особенно с больными людьми.



Я был резидентом первого года и покрывал новорожденное отделение. Мне смену сдал доктор из Ямайки по имени Эрл, хороший, улыбчивый чернокожий парень.

Чего там по дежурству?

Все норм, Майк. Двадцать детей на выписку, так что не тяни. Давай, удачи.

Да, вот еще, один ребенок “on social hold” ( задержка с выпиской). У мамаши в анализе кокаин, ждут социального работника для проверки перед выпиской.



Я осмотрел всех детей, и сел писать выписки.



Дверь в новорожденное отделение на замке. Родители звонят в звонок, и секретарь открывает им дистанционно. Я сидел спиной к двери, и не заметил что кто-то вошёл.

Вдруг я увидел краем глаза огромного чернокожего мужика, стоящего уже возле моего стола. Он был как скала, в черной “дутой” куртке, и шапочке натянутой по брови. Он точно был больше двух метров ростом. Будь там чуть меньше света, я бы подумал что это медведь гризли.

Он молча достал из куртки пистолет и навел его на меня, прямо в лицо. Я даже не испугался, мой мозг просто отказался это регистрировать. Да ну на фиг!!, этого не может быть, я точно сплю! Ну в конце концов, я же не в фильме Тарантино!!



Медсестры рванули в угол комнаты и вжались в стенки.

Мужик таким жутким басом, какой издает чукотский инструмент варган, громко сказал:Я пришел забрать ребенка!

Я, понимая что это точно сон, спокойно ему ответил: Вот комната, выбирай любого.

Он зашел в палату, нашел по лейблу своего, взял, и пошел на выход, в одной руке держа бэби, а в другой Глок.

Я спросил, дать ли ему еще детское одеяло, и детского питания на дорогу.

Я, кстати, не шутил. Я действительно подумал, что холодно и что малыш будет голодным.

Он прошел мимо меня, не ответив, как мимо столба.

Дверь щелкнула замком за его спиной.



Дальше был “танец с саблями” Хачатуряна. Первыми прибежали больничные секьюрити. Это вообще отдельная каста, которые лучше всего показывают куда идти и на какой этаж.

Вид у этих охранников всегда грозный, как будто они охраняют Капитолий.

Правда, кроме наручников оружия у них нет.

За охранниками прибежал отряд копов. Эти были вооружены до зубов. Они всех опросили, составили протокол. Оказалось сбежавшая “сладкая парочка” была в списке ФБР особо опасных преступников.

Когда они уходили, я им сказал:” Вы бы что ль один пистолет-то оставили, вдруг он еще раз вернется.”

Оставшись довольными, что никто не пострадал, копы весело парировали:” Ты лучше док крепче карандаш держи, не придет.”



Потом все улеглось. Я конечно не успел с выписками и писал, писал, писал.



Уже к вечеру медсестры подошли ко мне и спросили: ”А русские все такие смелые?”

Ну как им объяснить, что я так и не очнулся “ото сна.”

По этому я просто сказал: все.



Mirer, MD




























Рекомендованные материалы



Энцефалит

Я вообще считаю, что самое опасное качество для врача - это “когда не всегда прав, но всегда уверен”. Сомневаться в нашем деле не стыдно. И вообще, основная задача тренинга врача после института, научиться без ошибки распознавать норму, а даже не болезнь. Нашел что-то, что не норма, и не знаешь, не беда, спроси. Кто-то скорее всего знает. В медицине зачёт не по индивидуальному результату, а по командному.


Ицхак

Мы не заметили, как он вырос. Он и в свои двадцать лет выглядел на четырнадцать. Вдруг оказалось что в худосочном теле живет рыцарь Айвенго, бесстрашный, патологически честный, готовый помогать всем, особенно слабым и нуждающемся. У него был небольшой круг друзей, но как они его любили и уважали! Его авторитет был безупречен.