Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

19.01.2012 | Арт

Индекс ценных бумаг

Все экспонаты объединены одной темой – хрупкостью бумаги, чей век постепенно угасает.

Белый, не очень большой выставочный зал ГЦСИ пуст в будний день; две смотрительницы тихо читают в углу книгу и журнал. Раздается умиротворяющее, как от камина, потрескивание – в зале работают мониторы, показывая видеоработы художников и фрагменты разных фильмов. В фильмах кто-то рисует, комкает или режет бумагу; вокруг много белого – абстрактные инсталляции в виде кубов, бумажные светильники, вырезанные фигурки, графика. В подписях к работам – известные имена российских концептуалистов - Пригов, Булатов, Рубинштейн, Кабаков, несколько не очень известных иностранных фамилий и пара молодых художников. По мнению организаторов выставки (ее куратор Виталий Пацюков не скрывает своих концептуалистских симпатий), все экспонаты объединены одной темой – хрупкостью бумаги, чей век постепенно угасает.

Трудно сказать, что художник и бумага – это какая-то революционная постановка вопроса в современном искусстве. Да, это правда, когда художники рисуют, они иногда пользуются бумагой. Вот, например, Илья Кабаков в своих зарисовках повседневной жизни набрасывал бесхитростные уличные сценки и рядом записывал такие же призрачные случайные диалоги своих героев. Или Юрий Аввакумов переносил на бумагу невозможные тогда в СССР, а может, и вообще в нашем мире, поэтические архитектурные фантазии – что можно было бы построить, но никогда не было воплощено.

Некоторые художники, и это тоже правда, пользуются бумагой не по назначению. Не рисуют на ней, а, например, пишут, или, еще хуже, создают с помощью нее художественные объекты. 

Вот Лев Рубинштейн записывал свои поэтические наблюдения на каталожные библиотечные карточки. Или Дмитрий Пригов самовольно с помощью ручки сочинял отрывные календари: что-то вроде «1 марта 2789 года – в этот день началась весна». Или Юрий Альберт в своем довольно жестоком эксперименте показал, каким было бы искусство, если его нельзя видеть: письма Рильке о Сезанне художник перевел на язык слепых, и вместо красочных импрессионистических картин перед зрителем предстают унылые бумажные прямоугольники с рельефными точками. 

Есть и такие, которые вообще не про бумагу. Андрей Монастырский, например, устраивал «коллективные действия» - сегодня это называлось бы флэш-мобами. Собирал людей, они гуляли по лесу и расходились. Сценарий акции художник записывал (это, конечно, неожиданно!) на бумаге – и теперь этот выдранный из блокнота листик красуется на выставке в отдельной витрине.

В другой витрине – потертая записная книжка: художник как-то нашел дневник своей матери, который та вела в 90-е годы, и очень заинтересовался. Отснял все страницы на камеру и превратил все вместе в инсталляцию – на мониторе медленно пролистываются записи, а рядом под стеклом лежит оригинал.

Кто-то из участников выставки – вообще не художник, на бумаге не рисовал и живописью никогда не занимался, как режиссер Кирилл Серебренников. Его работа называется модным художественным словом «Документации. 2001-2011» и состоит из той ерунды, которая обычно рассовывается по карманам – квитанций, справок, пригласительных (в Большой театр), чеков и посадочных талонов (Silver elite класс).

Видимо,  в какой-то момент он решил отдать свои вещи в химчистку, а бумажки стало жалко выкидывать; центр современного искусства оказался удобным архивом для всякого хлама.

Вот и от выставки остается примерно то же впечатление. Жалко хранить работы в запасниках – и их вываливают в зрительный зал, наскоро придумав сквозную бумажную тему, живенькую и в меру абстрактную. Должно было получиться трогательно и легко – о конце прекрасной бумажной эпохи. А получилось как-то неуклюже, как урок информатики, когда школьников, съевших собаку на информационных технологиях, учат, где на компьютере находится кнопка вкл/выкл. Кстати, еще на нем рисовать можно - в специальной программе.



Источник: The New Times, № 37 (222), 07.11.2011 ,








Рекомендованные материалы


Стенгазета
14.11.2019
Арт

Экслибрис или мем?

В работах, сделанных непрофессиональными художниками находим прямые отсылки к современной культуре. Если к работам с котами добавить смешную фразу, экслибрисы превратятся в «кошачьи» мемы. А обилие женских образов говорят об интересе авторов к проблемам феминизма или восприятию женского тела.

Стенгазета
05.11.2019
Арт

Семь способов не потеряться во Владивостоке

Во Владивосток на несколько недель приезжали художники со всех стран мира, которые исследовали город со всех доступных им ракурсов — одни работали на сопках, другие забирались в бомбоубежища или отправлялись к морю, попутно расплетая собственные личные истории.