Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

07.02.2011 | Кино

Победа инфантилизма

Мишель Гондри эффектно и увлекательно пускает деньги на ветер

Великовозрастный увалень Бритт Рид (Сет Роген), кажется, всерьез настроен прожечь жизнь на бесконечные вечеринки с блек-джеком и шлюхами — и вывести его из порочного круга папе-медиамагнату (Том Уилкинсон) удается, лишь отойдя в мир иной. Осиротев, наследник первым делом надирается с личным помощником родителя — китайцем-механиком Като (Джей Чоу), а вторым — надирает зад случайным хулиганам. Эта маленькая победа становится судьбоносной:

опохмелившись, парочка твердо решает встать на путь борьбы со злом.

Так что днем новоявленные герои раскручивают себе через доставшуюся в наследство многотиражку преступное прикрытие («Зеленый шершень и его подручный подминают под себя город»), а вечером раздают пинки мелким драгдилерам, воришкам и прочим нарушителям закона. Вскоре на деятельных наглецов ожидаемо обращает внимание босс лос-анджелесского криминального мира Чуднофски (Кристоф Вальц), среди прочего ответственный и за гибель Рида-старшего.

После пустяковой короткометражки про превращение японца в предмет мебели для альманаха «Токио!» и хулиганской «Перемотки», в которой двое балбесов переснимали на видеокамеру голливудские хиты, выход Мишеля Гондри в качестве постановщика самого что ни на есть голливудского хита кому-то может и правда показаться розыгрышем. Француз тем не менее не столько ломает правила съемки блокбастеров, сколько пытается им соответствовать, бережно храня при этом подростковую чудаковатость своих предыдущих картин. В итоге,

чтобы понять, каким получился «Зеленый шершень», достаточно представить, что сюжет «Перемотки» воплотили в жизнь.

Гондри, впервые получивший баснословный бюджет, поступает с ним так же, как если бы снимал независимый фильм, — эффектно и увлекательно пускает деньги на ветер. Сет Роген и в роли супергероя кривляется так, будто забыл выйти из образа апатовского персонажа (впрочем, наверное, действительно забыл). Харизматик Кристоф Вальц изображает зловредную посредственность.

Появляющуюся из ниоткуда Кэмерон Диаз герой Рогена и вовсе застигает врасплох вопросом о том, что она тут забыла в свои-то 38 лет.

Находится достойное применение и рукотворной машинерии француза: драки сняты в необычном хенд-мэйд слоу-моушн, на преступников рушится с неба тяжелая строительная техника (в первой сцене — экскаватор, во второй — бульдозер), а в финальной сцене герои даже не покидают супермобиля, еще и разрубленного в предыдущей схватке надвое. И если Гондри сейчас не вышлют из Голливуда обратно во Францию, успех его нового фильма ознаменует хоть и небольшую, но, безусловно, важную победу позитивного инфантилизма над главенствующим в кинокомиксах последних лет тяжеловесным реализмом.



Источник: Time Out, 26 мая 2010 ,








Рекомендованные материалы


Стенгазета
13.03.2020
Кино

«Красивый, плохой, злой»: злой эксперимент над зрителем

Тед Банди — самый страшный маньяк в истории США. И возможно самое страшное в нем то, что он невероятно харизматичен и красив. Так будут говорить о нем его бывшие работодатели, девушки, увидевшие его по телевизору. Так будет считать и зритель, периодически начиная Теду Банди (Заку Эфрону) доверять.

Стенгазета
26.02.2020
Кино

Не квиром едины

История Маши и Ии – история абьюзивных отношений во времена, когда этот термин еще не знал каждый подросток. В них первая давит, манипулирует и принуждает. А привязанность Дылды от этого только крепнет, она сродни первобытному животному чувству. И это тоже следствие войны, которая научила, что за дорогое тебе (будь то жизнь или человек) нужно цепляться.