Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

15.07.2005 | Музыка

Рождение подполья

Русская музиндустрия: итоги года

Подведение итогов года в музыке - институт, исключительно развитый. Отчетные рейтинг-листы за год в литературе или в театре - вещь куда менее распространенная, а вот свой список лучших дисков последних 12 месяцев, главных музыкальных событий, прорывов, разочарований и прочего считают нужным предложить читателю или слушателю практически все издания, телеканалы или радиостанции. Значимость, которая обычно придается всевозможным итогам года, обусловлена целым рядом причин, одна из которых - историческая. Дело в том, что поп-музыка (в широком смысле слова) изначально была тесно связана с разного рода хит-парадами и чартами, определявшими востребованность и уровень доходов того или иного артиста.

Впрочем, сейчас ситуация, конечно, не так проста - для большинства изданий (от наиболее авторитетного в области всевозможного мейнстрима журнала "Q" до главного по части независимой музыки сайта Pitchfork) итоги года служат не только и не столько констатацией факта успешности того или иного артиста. Чаще всего основная функция подобных текстов - определение собственных предпочтений, выстраивание своей версии того, какова нынче ситуация в музыке, где проходит "линия фронта" и что следует считать важнейшими тенденциями. Итоги года - это не только ретроспектива того, что произошло в отчетный период, но и взгляд в будущее, попытка определить, в каком направлении индустрия будет развиваться дальше - и кто из её нынешних представителей определит это развитие.

Не находя особенного смысла в построении различных иерархий, попробуем обрисовать ситуацию в отечественной современной музыке в 2004-м и попытаемся выявить некую общую картину её развития. Именно в прошлом году в ней проявились наконец-то позитивные и перспективные тенденции.

На первый взгляд, впрочем, ничего такого радостного в ситуации нет. Ещё яснее проявился кризис сконструированного "Нашим Радио" направления, тесно связанного с возрожденным и взятым на вооружение трендом "русский рок". В 2003-м главными "новыми выдвиженцами" патронируемой Михаилом Козыревым радиостанции стала группа "Звери", в 2004-м коллектив только упрочил свои позиции, стал ещё популярнее и сотворил очередную порцию громких хитов. Новым открытием стал нижегородский дуэт "Уматурман", сочинивший самую, пожалуй, заметную поп-песню сезона (прилагавшуюся к блокбастеру “Ночной дозор”). В применении к этим (весьма успешным коммерчески) группам традиционные лозунги о "настоящей музыке" и противопоставленном "попсе" "Роке" с большой буквы звучат нелепо и смешно: "русским роком" "Звери" и "Уматурман" являются разве что с точки зрения инструментария, но никак не идеологически. Несколько отличаясь в своей стилистике, группы эти похожи тем, что играют ладно скроенную и грамотно продвигаемую поп-музыку со всеми соответствующими атрибутами: цепкими мелодиями, клишированными песенными структурами, гладким и безупречным саундом, плоской и броской лирикой о юношеской любви и бесшабашной дворовой молодости. Сами музыканты и не претендуют на то, чем они не являются – достаточно прочесть любое интервью с лидерами групп, чтобы увидеть, что никаких громких заявлений об "искреннем роке" или попытке передать какие-то сложные смыслы, никакой декларации оппозиции к коммерческой поп-музыке в них нет. Что Рома Зверь, что Владимир Кристовский спокойно рассуждают о том, что они "простые парни" и что они очень рады любви широких масс к их незатейливым, но за душу берущим песням. И это, вообще говоря, совершенно нормально.

Ненормально же на этом фоне смотрится сам ярлык "русский рок", а также музыканты, которые пытаются эксплуатировать старое его содержание. Увы, та часть "классических" русских рокеров, с которыми прежде всего термин и ассоциируется, в новых условиях превращается скорее в самопародию, чем в альтернативу новым выдвиженцам "Нашего Радио". Константин Кинчев со своей "Алисой" ударился в агрессивную и до смешного прямолинейную пропаганду православия, Юрий Шевчук занимается карикатурной борьбой с попсой - борьба с индустрией превращается в борьбу с самим собой, в разрушение собственного "героического" образа. Основная проблема и "Алисы", и "ДДТ", и молодых боевых рокеров вроде "Пилота" или "Короля и Шута" в том, что они пытаются в новых условиях вести себя по-старому, оперировать приемами, которые больше не работают. Лозунг последнего хита "Пилота" - "мы просто играем рок" - превращается в декларацию непонимания того, что происходит, или неосознанного использования выхолощенных штампов.

Возможно, самый показательный релиз в контексте всего вышеописанного - новый альбом группы "Сплин" "Реверсивная хроника событий". "Сплин" вообще можно назвать хедлайнером всего "нового русского рока", эта группа попробовала вести себя иначе, чем прочие коллеги по цеху. "Реверсивная хроника событий" - попытка осмысленной игры на том же самом поле, альбом, претендующий на концептуальность - и, увы, своих претензий не оправдывающий. Александр Васильев и компания, очевидно, стремились радикально поменять представление слушателей о самих себе. Но альбому не хватает элементарного мелодизма для того, чтобы воспринимать в контексте достойного рок-мэйнстрима, а претензии на концептуальность (вроде полуэлектронных инструментальных композиций или оформления альбома) выражены столь прямолинейно и неловко, что не срабатывают. Стоит добавить сюда и сделанный по всем стандартам качества, а оттого - слишком плоский саунд альбома, и можно констатировать, что единственная попытка представить "русский рок" в новой ипостаси успехом не увенчалась.

Разумеется, речь не идет о крахе проекта "Наше Радио" в целом - тут, в каком-то смысле, все даже наоборот: новые протеже "НР" становятся популярными, а значит - приносят больше денег. Однако крах идеологический, несоответствие изначальной концепции тому, во что все это превратилось, налицо: искусственно возрожденный "русский рок" стал знаком радиоформата и в итоге убил себя сам, захлебнувшись в десятках новых групп, взявшихся впрямую использовать навязшие в зубах клише.

Значит ли это, что "рок-н-ролл мертв"? Не совсем. В уходящем году вышли альбомы групп, которые, хоть и не имели самого прямого отношения к классическому "русскому року", все же с ним стойко ассоциируются - "Зелененький" группы "Звуки Му" (от которой, впрочем, уже довольно давно остался один Петр Мамонов) и "Долгая счастливая жизнь" "Гражданской Обороны". При всей значительной разнице, в культурном поведении Мамонова и Летова можно заметить нечто общее: оба никак не вписаны в большую индустрию, они существуют как бы параллельно ей и включаются в неё неохотно и почти поневоле. Оба живут отшельниками и создают свои записи без оглядки на конъюнктуру, оба занимаются творчеством как некоторым экзистенциальным процессом: их музыка - это прежде всего исследование отношений между собой и окружающим миром, и уже потом - некий продукт, предназначенный для представления и распространения. Обоим не видать ротаций: первому - по причинам чисто эстетическим (вряд ли можно представить, чтобы диджей решился завести на своей станции какую-нибудь из душераздирающих песен Мамонова - так ведь и работы можно лишиться), второму - по идеологическим (Летову отказано в ротации на "Нашем Радио" из-за его политического экстремизма, от которого музыкант, впрочем, уже давно отошел). И "Звуки Му", и "Гражданская Оборона" находятся вне коммерческого тренда "русский рок" - и при этом записывают пластинки, по своей силе весь этот тренд перевешивающие.

О Летове и его новом диске мы уже писали, на этих страницах и не только. Можно сказать, что "Долгая счастливая жизнь" - это русский психоделический панк в его самой яростной, первобытно-примитивной ипостаси, которая оказывается на удивление актуальной и впечатляющей. Мамонов - явление, в чем-то ещё более маргинальное, чем Летов, и стоящее не только вне каких-либо трендов, но и вне всего вообще: аналог тому, что делает музыкант в последние годы, подобрать крайне трудно. Он записывает свои пластинки в деревне, тренькая один аккорд на гитаре и шурша проводами, под почти отсутствующий аккомпанемент говорит, стонет и кричит свои странные тексты. В его песнях нет мелодий, нет схем, они, скорее, представляют собой некий аудио моноспектакль, исследующий глубины, которые можно отыскать даже в самых привычных будничных действиях. Мамонов - это почти форма жизни, "дядечка такой особенный", национальное достояние, в конце концов, и на его альбомах, крайне минималистичных в плане выбора выразительных средств, внимательное ухо услышит больше, чем на иных перепродюсированных записях.

Понятно, конечно, что вообще представление о "русском роке" как важнейшем для отечественной музыки течении восходит во многом к прежним временам - и сейчас не слишком релевантно. Основными героями осмысленного мейнстрима стали в прошедшем году группы, с роком соотносящиеся, но к нему не сводящиеся: главными альбомами в можно было бы назвать последнюю пластинку группы "Ленинград" "Бабаробот, или Как надо делать саундтреки", альбом Дельфина "Звезда" и саундтрек к фильму "Похитители книг", созданный группой "Мумий Тролль". Для этих, опять-таки довольно разных музыкантов тоже можно выделить важную общность стратегий поведения: неоднозначность, хитрое лавирование между трендами, стремление отказаться от неких заранее заданных рамок и, наоборот, подчинить их себе.

Об историческом значении группы "Мумий Тролль" уже говорилось: именно Илья Лагутенко со товарищи первыми начали делать по-хорошему модную гитарную музыку, не вписывавшуюся в традиционное представление о русском роке, именно они первыми овладели многими технологиями шоу-бизнеса, которые до того не были освоены в России, именно к ним генеалогически восходят и пресловутые "Уматурман" со "Зверями". Лагутенко почти в шутку придумал для обозначения своей деятельности смешное слово "рокапопс" - оно прижилось и стало общим названием всей той плеяды коллективов, что ринулись продолжать дело "Мумий Тролля" по пересаживанию британского поп-рока на русскую почву. Сама группа, однако, никогда не была столь прямолинейна и ловко манипулировала собственным статусом и популярностью, умудрившись одинаково прочно обосноваться и в рок-лагере, и в поп-сообществе. В этом году "Мумий Тролль" в качестве саундтрека к невзрачному фильму "Похитители книг" выпустил блестящий альбом, показав всем, кто в доме хозяин. Ничего особо хитрого в этой музыке нет: Лагутенко по-прежнему большой мастер в сочинении изысканных мелодий и песен, в которых сплошными намеками повествуется о любви во всех её проявлениях. Таковы и "Похитители книг": переизбытка гламура, иногда свойственного "Мумий Троллю", здесь нет, зато есть и цепкие боевики в духе ранних альбомов группы, и нежные баллады, и милые инструментальные пьески. Главная прелесть этого трогательного, камерного поп-рока, с переливами баяна, негромким постукиванием ударных и атмосферными гитарными пассажами, в том, что легкость восприятия не мешает осмысленности. Музыка красива без вычурности, пафоса попросту нет - это приятный и качественный гитарный поп-альбом, в котором при желании можно услышать отголоски самых актуальных западных представителей жанра (за модой Лагутенко всегда следил внимательно).

Те же отголоски куда слышнее у Дельфина - музыканта, который всегда плохо вписывался в любые отечественные тренды. Раньше его фирменным знаком были бьющие изо всех композиций отчаяние и тоска, воплощавшиеся то в агрессивном хип-хопе, то в шумной и истеричной гитарной каше. Его новый альбом - это самая тихая и, вероятно, самая музыкальная пластинка артиста. Общее настроение вечного пессимизма, перетекающего в глубокую депрессию, не изменилось, - но обновилась подача. "Звезда" - это, в принципе, инди-поп в его актуальном состоянии: соединение “умной электроники” с гитарным роком, монотонность, оборачивающаяся содержательностью, внимание к оттенкам и отзвукам. Дельфин теперь не читает, но поет: поет неправильно и, в конце концов, плохо, но вопрос тут не в качестве вокала, но в подходе - предельно личном и по-настоящему честном. Это, конечно, не идеальный диск, есть тут и очевидно проходные треки, да и тексты Дельфина, в которых теперь слышен не только общий настрой, но и отдельные строчки, местами уж слишком наполнены всевозможными клише, - но, так или иначе, он определенно важен и на удивление современен в плане саунда.

Очередной альбом выпустил и "Ленинград", о котором мы также уже писали. Сергей Шнуров, как всегда, повел себя не так, как можно было ожидать, - записал в кухонной атмосфере остроумный трэш-аудиоспектакль, повествующий о нелегкой судьбе человека, принятого за робота. В каком-то смысле, "Бабаробот" - наиболее открытая реализация того, чем Шнуров всегда занимался: за те полчаса, пока идет спектакль, переосмысляются и пародируются сразу с десяток жанров - от современных политических гимнов и русского шансона до песен из советских мультфильмов и модных мелодий. Эта пластинка вопиющим образом отвергает всякую осмысленность - в каком-то смысле, это просто домашние музыкально-театральные экзерсисы, этакий "Ленинград - КВН". Однако и в рамках этой, совершенно необязательной формы, Шнуров проявляет себя и как отменный хитмейкер, и как мусорщик-постмодернист, смешивающий и деструктурирующий в своем ведре все подряд. Шнуров вообще сейчас может считаться самым востребованным персонажем отечественного шоу-бизнеса – он и композитор, и актер, и колумнист, и музыкант - и все свои роли он исполняет как бы играючи. Ни к одной из его ипостасей нельзя относиться до конца серьезно - все это, в конечном счете, только маски.

Однако в целом к Шнурову и созданному им "Ленинграду" как феномену отечественной поп-культуры серьезно относиться, определенно, приходится. Они не двигают музыку вперед, не претендуют на героев поколения - они выворачивают наизнанку поп-клише, доводят их до абсурда, тем самым наглядно демонстрируя их несостоятельность. Парадокс, конечно, в том, что всерьез их все-таки воспринимают - иначе бы "Ленинград" не был одной из самых популярных групп в стране.

Наиболее любопытными музыкантами в области мейнстрима оказываются те, кто “сопротивляется материалу”, либо разрушая традиционные клише, либо используя их в необычных контекстах. Однако нормальной можно считать ситуацию, когда наряду с мейнстримом существует параллельная ему независимая линия. Два этих мира строятся по схожей модели: имеются и лейблы, и похожие технологии продвижения музыкантов, и многое другое. Разница, впрочем, тоже есть. Она - в масштабе и, что важнее, - в установке. Дело в том, что именно в инди-индустрии сейчас появляется новая музыка, не возрождающая старых героев, но создающая нечто ранее неслыханное и исключительно интересное. Независимая музыка - индустрия, связанная не только с развлечением, инди-музыканты претендуют на то, что их продукция должна заставить слушателя задуматься о самой музыке, скорректировать свои представления о ней, расширить горизонты. Грубо говоря, если для мейнстрима в словосочетании "музыкальная индустрия" важнее второе слово, то для андеграунда - первое.

Независимая индустрия существовала в России и раньше, но независимой она была в том смысле, что ничего от нее не зависело. Многочисленные группы, гордо именовавшие себя "инди", варились в собственном соку, устраивали фестивали для самих себя и играли не слишком интересно, более или менее удачно копируя уважаемые западные коллективы. Существовавшее сообщество было скорее тусовкой людей с близкими музыкальными вкусами, чем местом, где действительно рождалось что-то новое. Однако 2004-й стал годом прорыва: наконец-то появились русский пост-рок и альтернативный хип-хоп - сделанная отечественными силами самобытная и по-настоящему актуальная независимая музыка.

Если говорить об отечественном хип-хопе, то из многочисленной плеяды музыкантов, выведенных в свет группой "Каста", появился, наконец, проект, который делает толковый, сильный по текстам и по-хорошему злобный классический хип-хоп (Смоки Мо с альбомом "Кара-тэ"). Это, впрочем, неудивительно - хип-хоп как таковой сейчас можно считать наиболее развивающимся направлением современной поп-музыки, причем как в мейнстриме, так и в андеграунде. Удивительно другое - русский независимый хип-хоп возник как будто ниоткуда и оказался вменяемым и интересным. Альбом дуэта 2H Company "Психохирурги", сделанный двумя питерскими рэперами в сотрудничестве с видными представителями отечественной электроники, группой "Елочные игрушки", можно назвать одним из важнейших русских релизов уходящего года. "Психохирурги" - это яркое и очень красочное подтверждение тезиса о том, что в новом хип-хопе так называемая "умная электроника" (IDM - intelligent dance music) обретает новую жизнь. Треки 2H Company изобилуют колючими звуками, нерегулярным битом, накладывающимися друг на друга слоями ритмов - казалось бы, все это осталось где-то далеко позади, в 90-х, и сейчас не может восприниматься как нечто осмысленное и передовое. Как выясняется, может: взаимодействие с речитативом, игра на соответствиях между рэпом и электронной подкладкой заставляет звучать "интеллектуальную электронику" "Елочных игрушек" по-настоящему свежо. Сами же речитативы бойки и остроумны, традиционные хип-хоп темы (политический протест или рассказы о социальных аутсайдерах) 2H Company переосмысляют и пересмеивают в своих забавно-бредовых историях о путешествиях за пределы сознания или о попытке знакомства со знаменитой телеведущей. Музыканты умны и ироничны - они перекладывают в хип-хоп формы сюжеты культовых фильмов, предлагают современную версию "Превращения" Кафки, да и рифмовать у 2H Company получается вполне удачно. Самое важное состоит в том, что "Психохирургов" никак нельзя назвать прямым заимствованием находок западных рэперов с лейбла Anticon - тут скорее можно говорить о свежем взгляде и собственном подходе, в котором напрочь отсутствует пафос, который иногда столь раздражает в "остросоциальном" хип-хопе.

Если альтернативный хип-хоп - история довольно недавняя, то пост-року скоро исполнится 10 лет, что для музыкального направления немало. Тем не менее, до последнего времени в России пост-рок играть если и пытались, то малоудачно. Альбом "Pieonear" московской группы Silence Kit - в этом отношении безусловный прорыв, и дело тут не только в том, что музыканты хорошо усвоили основные свойства жанра и научились играть минималистичную и атмосферную инструментальную гитарную музыку, основанную на долгом и вдумчивом варьировании небольших мелодических отрывков и еле заметных переходах от одного пассажа к другому. Silence Kit на умелом следовании образцам не остановились и создали вариацию пост-рока вполне самобытную: апокалиптические звуковые пейзажи в их композициях сменяются жестким и быстрым хардкором, и эффект от этой музыки достигается именно через контраст двух крайностей: где-то между ними и возникает то настроение, которое метко названо "хмурым". Silence Kit не только играют независимую музыку, они ещё и следуют всем канонам её существования: свой альбом они записали в собственном гараже и сами же его выпустили.

Однако, по счастью, это все же история не из разряда "сама садик я садила - сама буду поливать". На два наиболее заметных русских независимых релиза этого года уже обратили внимание и внимательные музыкальные издания, и наиболее прогрессивные клубы (так, и 2H Company, и Silence Kit выступали в этом году в клубе "16 тонн"). Наконец, в сентябре открылся постоянно действующий "Авант клуб". А в его лице появилась, наконец, площадка, где инди-сообщество сосредотачивается и формируется в полной мере. На сцене клуба каждую неделю выступают разные группы, многие из них вполне могут стать героями уже нового, 2005-го года - поскольку полноценная независимая музыкальная индустрия из двух имен, разумеется, состоять не может. Промоутеры "Авант клуба" начали привозить в Россию молодые зарубежные коллективы, ещё не успевшие заслужить "культового" статуса, но играющие музыку, достойную пристального внимания и показывающую возможные перспективы будущего развития (так, в 2004-м приехала великолепная группа Xiu Xiu, мешающая пост-панк с авангардом и интеллектуальной электронникой, а также молодой боец бодрого инди-попа Патрик Вульф).

Понятно, что мейнстрим и андеграунд существуют не строго параллельно - однако отношения между ними нельзя описать простой оппозицией "центр - периферия". Silence Kit никогда не выступать на стадионах и не звучать по радио – хотя бы потому, что ни одна радиостанция не поставит в своей эфир 18-минутную инструментальную композицию (то же самое, впрочем, касается угловатых ритмов и нетривиальных речитативов 2H Company). К чему в итоге может привести возникновение полноценного российского инди-сообщества, сказать пока трудно, - однако после заглавия этого текста уже можно не ставить знак вопроса.



Источник: Полит.ру, 14.01.2005,








Рекомендованные материалы


16.05.2019
Музыка

Упрямая песня

На юбилейном фестивале «Дома» в течение 10 дней будут представлены все виды музыкального не-мэйнстрима - по выражению основателя «Дома» Николая Дмитриева, скоропостижно скончавшегося за месяц до 5-летнего юбилея «Дома». На панихиде по Дмитриеву и в последующие годы в «Доме» регулярно звучала Canto Ostinato для 4 фортепьяно – «Упрямая песня» нидерландца Симеона тен Холта, - любимое музыкальное произведение Дмитриева, которое вполне могло бы стать девизом и собственно «Дома» и всей той «альтернативной» культуры, которую он представляет.


Мы «бьем себя в грудь» от «патриотизма», но при этом не интересуемся своим наследием

Композитор, педагог, руководитель Центра современной музыки при Московской консерватории Владимир Тарнопольский – о музыке для гипермаркетов, слухе как одном из главных отличительных признаков настоящего композитора и Мессиане как наследнике русского модерна.