Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

08.11.2009 | Кино

Завтра уже сегодня

О прошедшем в Москве кинофестивале «Завтра / 2morrow 3».

«Молодость не зависит от возраста» утверждают организаторы третьего международного фестиваля современного кино «Завтра / 2morrow 3». Слоган не совсем соответствует действительности. Обратное доказывает соотношение дебютантов к режиссерам давно состоявшимся — пять к четырем соответственно. Самому молодому участнику — двадцать лет (Ксавье Долан), самому старшему — пятьдесят один (Бруно Дюмон). Соответствует действительности другое — молодость зависит от «Завтра» и свою первостепенную задачу фестиваль исправно продолжает выполнять. Не только уже в третий раз заглядывает в кинематографическое будущее и вылавливает оттуда интересные фильмы и новые фамилии, но и всячески продвигает их к потенциальному зрителю.

«2morrow» проходит в середине октября, без пафоса и лишнего шума. Тут нет торжественной церемонии открытия. Церемония закрытия носит формальный характер. Главное, чем на фестивале все занимаются — смотрят и обсуждают кино. Подавляющее большинство участников фестиваля на этот раз — дебютанты. Не только режиссеры, но и актеры, сценаристы, продюсеры. Однако на конечный результат это не повлияло — запомните их, все незнакомые имена в конкурсной программе заслуживают внимания. Есть и мастера: на открытии показали последний фильм Джима Джармуша «Предел контроля», на закрытии состоялась российская премьера «Сорняков» классика Алена Рене. Помимо кинопоказов, на «2morrow» принято проводить мастер-классы: оператор Кристофер Дойл показал и прокомментировал рабочие материалы из своих фильмов и презентацию из коллажей, которые он создает в свободное время, а тандем Рутгер Хауэра и Полина Агуреева устроил для присутствующих актеров настоящие кинопробы.

Конкурсная программа третьего «Завтра» ценна не только концентрацией ярких дебютов. Первым зрители увидели «Хадевейх» француза Бруно Дюмона — самого старшего из отобранных конкурсантов. В его фильме юная парижанка Селин, закрывшись от проблем переходного возраста за верой, страдает еще больше. На концерте ей не весело, с родителями за обедом — тошно. В самом начале фильма ее выгонят из монастыря, куда она так стремилась — сестры увидят за ее желанием отдать всю себя богу болезненную самовлюбленность. Тогда случай сведет страдающую Селин с двумя ортодоксальными арабами и девушка под их влиянием совершит поступок, пережить который будет сложно. Социальный и политический посыл фильма хорошо характеризует награда от общества атеистов и агностиков, которую Дюмон недавно получил на кинофестивале в Сан-Себастьяне. 

У популярного в Чехии Богдана Сламы фильм «Сельский учитель»,  в синопсисе представленный как «Смерть в Венеции», оказался скукой в провинции. Уезжая из Праги от бывшего любовника и назойливых родителей, в деревне учитель-гей займется сортировкой накопленных в мегаполисе, комплексов и страхов, попутно создавая себе новые проблемы. В него втюрится местная фермерша, а ему приглянется ее несовершеннолетний сын. Слама перед фильмом признавался в любви к Чехову и Тарковскому, а представляющий режиссера программный директор «Завтра» Алексей Медведев назвал его тонким манипулятором зрительских эмоций, но по фильму поверить в это было трудно.

Норвежское роуд-муви «Север» дебютанта Руне Денстада Ланглу рассказывает о   горнолыжнике, отправившемся на снегоходе с канистрой водки за спиной, чтобы увидеть новорожденную дочь, о которой он и не подозревал. Во время своего экзистенциального путешествия герой встретит подобных ему, обреченных на одинокое существование людей. Снятый по сценарию Эрленда Лу (факт, которым создатели явно пытаются привлечь в залы дополнительную аудиторию), фильм вполне мог бы сойти за дальнего родственника «О'Хортена», но ему не хватает для этого легкости и самоиронии, с которыми норвежец Бент Хамер излагал свою историю про машиниста электропоезда.

Во многом похож на нашу новую русскую волну, в частности на «Шультес» Бакура Бакурадзе, румынский фильм «Полицейский, прилагательное» Корнелиу Порумбойю. В центре сюжета история полицейского, ежедневная задача которого — наблюдать за группой подростков, принимающих и распространяющих легкие наркотики. Помимо этого в его обязанности входит писать отчеты об увиденном, и в кульминационной сцене фильма начальник главного героя, понимая, что его подопечный не может довести дело до конца (посадить школьника за курение травки, что по законам Евросоюза можно избежать) и вообще запутался в терминологии и в себе, заставляет того обратиться к толковому словарю и посмотреть определения слов «совесть», «закон» и «мораль». Словарные определения внутреннюю дилемму государственного служащего разрешат не в пользу юноши.

Получивший гран-при фестиваля дебют двадцатилетнего канадского хипстера Ксавье Долана «Я убил свою маму» с ним же в главной роли хочется описать одними прилагательными: болезненно автобиографичный, истеричный на грани нервного срыва, излишне киноманский. Долан, раньше кино не снимавший, переосмыслил свои подростковые взаимоотношения с матерью. В рассыпанных по фильму бытовых сценах, в которых сын и мать ругаются, ненавидят друг друга и снова мирятся, все технические и интонационные шероховатости  объясняются возрастом режиссера и отсутствием профессионального опыта (единственное, за что фильм следовало бы критиковать — за самолюбование). Можно с уверенностью заявить, что главный приз председатель жюри Алехандро Ходоровски отдал в нужные руки — фильм Ксавье стал представителем завтрашнего дня на фестивале. 

Но самый яркий фильм «2morrow 3» — малазийский антимюзикл «Все билеты проданы!» — оказался лишен должного внимания жюри и прессы. Известно, что в азиатском кинематографе считается нормой, если персонажи по сценарию неожиданно начинают петь. Режиссер и автор сценария фильма Ю Жун Хань (снова дебютант), мюзиклы не очень жалующий, решил эту «традицию» иронично обыграть. В его фильме, схожем по градусу абсурда с «Ты, живущий» Роя Андерссона, персонажи поют в самых нелепых ситуациях — когда кто-нибудь при смерти или когда подчиненного отчитывает начальство. Апофеозом приема станут пущенные по середине экрана гигантские титры на английском языке, по которым зрители в зале должны спеть песню уже своими силами — в общем, любимое россиянами караоке. Титры проплыли при абсолютной тишине впустую.

Но сам фестиваль прошел не впустую— что будут смотреть завтра теперь в общих чертах можно себе представить.











Рекомендованные материалы


Стенгазета
30.04.2021
Кино

Не плачь, палач

Советовать кому-то «Язвы Бреслау» — это как рекомендовать молот для укладки рельс. То есть вещь, конечно, внушительная и крайне действенная, но только вам её, наверное, не надо. Потому что даже те, кто равнодушно смотрит хорроры вроде «Техасской резни бензопилой» и «Хостела», на десятой минуте этого фильма заёрзают, а к концу, вполне вероятно, убегут от экрана, зажав рот ладошкой.

Стенгазета
21.04.2021
Кино

Я зол!

«Белый, белый день» Хлинюра Палмасона снят на 35-ти миллиметровую пленку, и потому кадры получились зернистыми и насыщенными, у них есть некая «материальность», текстура, какую трудно передать через «цифру». Благодаря этой текстуре и художественной композиции кадра холодные пейзажи и интерьеры оживают в ярком естественном свете.