Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

20.02.2008 | Интервью / Музыка / Фотография

«Мне очень везло с приятелями»

Чтобы стать рок-звездой, не обязательно играть музыку

В Петербурге открылась фотовыставка «Четыре измерения Антона Корбайна». Корбайн стал известен благодаря огромному количеству фотографий звезд кино и музыки, работе над музыкальными клипами. Не так давно его имя звучало в связи с фильмом «Контроль» о рок-группе Joy Division, где Корбайн выступил режиссером. Он не любит, когда его называют рок-фотографом, но чаще всего рассказывает именно о музыке.

 

- Все ваши выставки и альбомы состоят из фотографий известных людей. А как насчет неизвестных, с улицы? Или просто ваших приятелей?

- Есть, но очень мало: они не складываются в сюжет. Тем более — в альбом. Это далеко не лучшие мои снимки. Я уже не помню, когда в последний раз выходил на улицу снимать. Да и зачем? Тренироваться, не терять форму? У меня заказов предостаточно. И еще я знаю, что чем меньше я снимаю, тем лучше получаются кадры. Кроме прочего, мне очень везло с приятелями: в начале карьеры я выезжал на журналистские задания, снимал — тогда для журнала NME, веселился с музыкантами. Некоторые из них становились моими друзьями, а потом — известными персонажами. Так было, например с Йеном Кертисом.

- А как вы с Йеном подружились?

- А мы так и не подружились в обычном смысле этого слова. Я его видел раза три в жизни. Тогда я только-только перебрался из Голландии в Англию и с трудом изъяснялся на английском. Я ходил на концерты Joy Division, но даже не понимал, о чем поет Кертис. После сессий я посылал им карточки и единственное, что четко понимал, так это то, что они очень нравились группе. Мы, в общем, так и общались — мимикой выражая восхищение. Многое я понял позже из книги его вдовы, на основе которой снят «Контроль». Я так и не успел освоить язык настолько, чтобы поговорить с Йеном. Он повесился ну и враз стал иконой...

- ...Легендой и рок-звездой.

- О нет. Ненавижу слово «рок-звезда». Во-первых, Кертис куда более многомерный, чем это журналистское клише. Во-вторых, журналисты, опять же, часто ставят слова «рок-звезда» и «Антон Корбайн» в одно предложение, и это довольно сильно меня раздражает. Я фотографирую не только музыкантов и не столько музыкантов. Посмотрите на обложки четырех моих основных фотоальбомов: одна серая, другая черная, на третьей — Денни Де Вито, на четвертой — Клинт Иствуд. Вот вам и рок-н-ролл. И мне неприятно слово «звезда» из-за всех его коннотаций. Известные люди интересуют меня не из-за того, что они популярны, а из-за тех качеств, которые сделали их известными. Например, талант, простите за банальность. Я никогда не снимал тех, кто не пробуждает во мне сильных чувств.

- Вы, получается, часто отказываете претендентам?

- Чаще, чем чищу зубы. Ох, как я заносчив (смеется).


- Кому, например?

- Запрещенный прием, не скажу.


- Хорошо, а вот вы не так давно снимали российского музыканта Илью Лагутенко. Вам музыка его приглянулась?

- Это был мимолетный эпизод, но откровенно могу сказать, что Илья — прекрасная модель. А музыки я его не помню. Неужели плохая?

- Нет, замечательная. Раз уж мы все равно говорим о музыке, то вопрос: вы сочиняли когда-нибудь музыку?

- Я не освоил ни один инструмент. Барабанил когда-то ради шутки в шоу Top of the Pops. Очень моей музыкальной безграмотности, кстати, удивлялся Курт Кобейн. Однажды даже позвал меня в «Нирвану» четвертым. В шутку, само собой. А U2 называют меня частью коллектива всерьез. Видите, чтобы стать, как вы выразились, рок-звездой, не обязательно играть музыку.



Источник: Коммерсант-Weekend” №25, 15.02.08 ,








Рекомендованные материалы



La Poudrière любит русских

Анимационный режиссер Юлия Войтова: "Мне кажется, фишка Пудриера в том, что они в тебя сразу верят. Тебе не надо никому ничего доказывать, ты приезжаешь, а они тебе говорят: «Мы тебя выбрали, ты – режиссер, вот твои коллеги». Со всеми так, в этом тоже разница между российской и французской школой".


«Надо нарушать границы привычного и приличного, иначе смысла нет этим заниматься»

Светлана Филиппова: "Вот этот процесс обучения – это какая-то мистическая штука, потому что они впадают в состояния, в которых они никогда друг друга не увидят и не почувствуют в обычных ситуациях. А вот здесь они про себя так много узнают, между ними возникает какая-то другая связь человеческая, между нами всеми тоже."