Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

31.01.2008 | Арт

Не наше наше все

Современное искусство не принадлежит никому, существуя не "поверх границ", а "без границ" вообще

Идея показать работы художников, или навсегда уехавших из СССР - СНГ - РФ, или давно живущих на два-три дома, сама по себе сегодня не слишком любопытна. Советская трагическая эмиграция, вызванная социально-политическими обстоятельствами, давно изучена в качестве исторического феномена. Постперестроечная эйфорическая миграция, происходящая в силу культурных причин (гранты, стипендии, бесконечное участие в иноземных выставках), стала, в сущности, делом обыденным, простой профессиональной необходимостью. Открытий чудных тема "бывшие Мы - нынешние Они" (даже в варианте "новообращенные Они, вернувшиеся к Нам") не обещает. Философические рассуждения о русской культуре, вглядывающейся в себя "со стороны", из "далека", то прекрасного, то вынужденного, с историческими ссылками на Рим Гоголя и Иванова или Баден-Баден Достоевского, кажутся надуманными банальностями. Драматизм "прощания с Родиной" давно иссяк, пересечение границ перешло из области экзистенциального выбора в задачу авиакомпаний.

"Твори как знаешь, живи где хочешь" - вот девиз космополитического современного художника. И именно на этих руинах патриотизма и географических привязанностей, буквально из ничего может возникнуть настоящий кураторский проект. Ибо сфера актуального искусства - пустота как таковая, становящаяся визуальной ценностью.

Алина Федорович, делая нынешнюю выставку в Государственном центре современного искусства, и предпочла формальные эффекты занудному историцизму. Начиная с загадочного на первый взгляд, конспирологического и интригующего названия "+7 (495)...". Хотя это всего лишь код Москвы, пользуясь которым якобы постоянно названивают на родину представители российской диаспоры в Европе и Америке. И заканчивая висящими с потолка до пола списками всех уехавших художников, в том числе на выставку не попавших, о которых любой посетитель может оставить информацию. Но на перечисление забытых героев или на скорбный мартиролог эти списки не похожи: все имена - более-менее на слуху. Почти у каждого "неизвестного" есть своя страничка в Интернете, а в Москву, экономя деньги, эмигранты названивают по совсем другим, специальным номерам. Да и эмигрантов почти не осталось: все ездят туда-сюда. Так что это все очень декоративные решения, орнаменты поверх академических архивов.

Архивом самим по себе является собрание Госцентра, материалами которого и оперировала его сотрудник Федорович. Подзаголовок выставки - "Художники русского зарубежья в коллекции ГЦСИ", и сама экспозиция - этакая промоакция, в очередной раз предъявляющая в виде выставочного проекта итоги десятилетних усилий Центра по комплектованию своего собрания.

Нужен был отчет о проделанной работе, и ничего более. Но хотелось выставку - и она удалась. Благодаря своей результативной абсурдности.

Практически неизвестная художница, автор геометрических абстракций Елизавета Грачева висит рядом со своим сверстником, классиком Владимиром Янкилевским, создателем технократическо-эротического сюрреализма, в котором органика неотличима от кибернетики. И вот чудо - аноним и мэтр находят друг друга.

Или вот натюрморт одного из героев "Бульдозерной выставки" 1974 года, диссидента с солидным парижским стажем, антисоветчика Оскара Рабина "Разбитые яйца" (тут и танки, и церкви, и разбитые пасхальные яйца, и перестроечные газеты, но действие происходит в 2003 году) соседствует с фотографиями рисунков на обшарпанных стенах московских заброшенных зданий от Валерия Кошлякова, относительно молодой московской звезды южнорусского восхода, временно проживавшего в Германии, а ныне кочующего по Европе с постоянной точкой возвращения в столицу нашей родины.

Вот покойный Дмитрий Александрович Пригов представлен своими концептуальными консервными банками, обклеенными машинописными листочками. Но в совсем другом конце зала - видеодокументация перформансов "Prigov Family Group" (сам Пригов, его сын Андрей и жена сына Наталия Мали). Андрей жил в Голландии, переехал к жене в Англию, Пригов же бесконечно путешествовал по миру, но жил и умер в Москве.

Нет логики в топографии современного искусства. Нет логики у выставки в ГЦСИ. Есть только странные сближенья. А странность и является непременным атрибутом настоящего искусства. Оно не принадлежит никому, существуя не "поверх границ", а "без границ" вообще, нарушая их каждый раз, как только рождается новое произведение.

Поэтому новую выставку в Госцентре современного искусства, явно претендующую на капитальную серьезность, возможно рассматривать лишь как необязательный экзерсис, растворяющиеся очертания которого складываются в самые неожиданные формы. Находящиеся в собственности не государств, а фантазии зрителя.



Источник: "Культура" №3, 24.01.2008,








Рекомендованные материалы


13.03.2019
Арт

Пламенею­щая готика

Спор с людьми, не понимающими, что смысл любого высказывания обусловлен его контекстом — культурным, историческим, биографическим, каким угодно, — непродуктивен. Спор с людьми, склонными отождествлять реальные события или явления и язык их описания, невозможен.

Стенгазета
05.03.2019
Арт

Человек и его место

После трехчастного исследования прошлых лет про границы человеческого, человеческие эмоции и вопросы травмы и памяти Виктор Мизиано рассуждает о месте. По его мысли место – не точка на карте, это пространство, обжитое человеком и наделенное им смыслом. Иначе – без взаимосвязи с человеком «место» не может быть «местом».