Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

09.12.2006 | Концерт

Cтрашный суд над самим собой

Каждый пред Богом наг, в каждой музыке — Бог

«Благослови землю, на которой мы преклонили колени»; «Святой король заставляет мурашки бежать по моей коже прочь от всякого зла» — так звучат слова его песен. В названиях альбомов он цитирует Нагорную проповедь («Consider the Birds» — это в смысле «взгляните на птиц небесных: они не сеют, не жнут, не собирают в житницы»); кладет на музыку писания святого Амвросия Медиоланского.

Он не дает интервью — а если приходится, отвечает скупо и односложно. Он русоволос, смотрит с фотографий волком и похож на одержимого. Его зовут Дэвид Юджин Эдвардс, и он составляет душу и сердце группы Woven Hand.

Полтора года назад тихо, почти бесшумно распалась ведомая Эдвардсом денверская группа 16 Horsepower — согласно прокламации самих участников, «вследствие политических и духовных противоречий». Это событие, кажется, мало кого взволновало — и очень зря: 16 Horsepower вернее кого бы то ни было уловили суть и смысл жанра, прозванного «альтернативное кантри», возвели его до уровня небесных сфер и одновременно провели по всем кругам ада. Они совместили фольклор Аппалачских гор с театром жестокости зрелого Ника Кейва и внесли в прекраснодушную американу готический морок, играли на инструменте под названием концертина Хемницера; лучшие вещи 16 Horsepower похожи на Хэнка Уильямса, поющего среди тьмы египетской. После десятилетних совместных трудов они окончательно не сошлись характерами, и Эдвардс (запустивший Woven Hand еще в начале 2000-х) остался один — что и понятно: выяснять отношения с Богом уместнее все-таки в одиночку.

Woven Hand — история, схожая по духу, но в предельной степени персонализированная; этакий страшный суд над самим собой.

Если 16 Horsepower время от времени позволяли себе расслабиться, юмористически переигрывая народные песни и пляски, то здесь у Эдвардса — ни тени самоиронии, такое дело, что не до шуток. В своих лапидарных интервью он ясно дает понять, что музыка есть лишь способ коммуникации с Господом; на вопрос о названии альбома «Consider the Birds» отвечает дословно так: «Я хотел напомнить себе о птицах. Я слишком часто тревожусь и беспокоюсь. Я должен больше работать над своей верой». Приглушенно клокочут барабаны, звук определяют заупокойный басовый рокот и обреченные трели банджо — песням Woven Hand присуща спертая акустика; это музыка вязкая, смутная и потерянная, но обладающая той болезненной, неудобной и притягательной красотой, что свойственна творениям любого визионера, будь то Уильям Блейк или Дэвид Тибет. Даже великую песню Билла Уитерса «Ain’t No Sunshine» Эдвардс играет так, будто служит собственную панихиду; вспоминается уже не Кейв, а группа Swans: песни Woven Hand отличает та же неумолимая командорская поступь, какой шагал в свое время Майкл Джира.

Woven Hand, несомненно, выдающаяся группа, однако ж лучшая их пластинка — это даже не номерной альбом, а выполненный на заказ саундтрек к бельгийскому спектаклю «Blush», где эдвардсовский шепот и ропот выползает из аморфных звуковых зарисовок, восстает из окриков, скрипов и прочего обыденного эмбиента, словно бы превозмогает и вбирает в себя всю прочую реальность.

Сами по себе, изолированные в своей скорбной келье, песни Woven Hand порой становятся похожи на бубнеж пономаря, проще говоря — сливаются в один нескончаемый мотив.

Не то чтобы от этого они теряют в силе (на последнем альбоме, «Mosaic», присутствуют как минимум два шедевра — «Winter Shaker» и «Dirty Blue»), но как-то замыкаются в себе, становятся герметичными, непроницаемыми. Однако и это, в общем, понятно. Так или иначе, любой диалог с высшими силами приводит в конечном счете к набору давно известных реплик; мораль и посыл Woven Hand сводятся к понятному и, по-видимому, неотвратимому вердикту. Перефразируя хрестоматийные строчки — каждый пред Богом наг, в каждой музыке — Бог.

P.S. И вот еще какая немаловажная деталь. Как показали недавние московские концерты Current 93, живьем подобные визионеры звучат и выглядят как полноценное откровение. Тут уж не до сомнений — всамделишный рок-н-ролл крест в самом буквальном значении словосочетания.



Источник: "Афиша", 30 ноября 2006,








Рекомендованные материалы



«Фак. Ужас»

Майкл Джира: "Я не буду строить из себя простого паренька, но в конце концов: я пишу музыку, играю ее, чтобы люди собирались вместе, получали какой-то экзистенциальный опыт, но — от музыки. На сцене есть музыка. Меня — нет".

07.11.2011
Концерт

Вместе с прогрессом

Такой плотности новоджазовых событий столица за всю свою историю уж точно еще не знала! Не говоря уже о том, что новый джаз успел засветиться за пределами своего, чего уж там скрывать, весьма узкого круга ценителей.