Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

22.04.2006 | Арт

Такое, как есть

Самое сильное художественное произведение Берлинской биеннале - кураторская работа

Мы начинаем серию публикаций Дианы Мачулиной о берлинской биеннале современного искусства

4 Берлинская биеннале проходит с 25 марта по 28 мая. Курировали ее художник Маурицио Кателлан, профессиональный куратор Массимилиано Джиони и писатель Али Суботник. Организованную ими выставку можно было бы назвать нарушением всех возможных правил путем следования им с фанатичной точностью. Известно, что контекст в современном искусстве невероятно значим, часто смысл произведения состоит из помещения привычного предмета в не свойственное ему окружение, а идея перформанса - в том, что обыденные действия происходят в чуждом, не готовом  к ним пространстве.  Кураторы довели этот ход до абсурда, подобрав столь оригинальные выставочные пространства, что само качество работ уже перестает быть важным. Тем самым они выявили неадекватность оценки произведений искусства, включающую в себя посторонние факторы. Например, если художник выставляется в модной галерее, у зрителя нет возможности непредвзято оценить выставленные работы, так как стоят они дорого и о них много и хорошо написали в газетах. Если человек посещает квартирную, соответственно, как бы подпольную выставку, значит, он видит нечто авангардное и новаторское, еще не попавшее в систему коммерческого признания. Однако это не всегда так.

В противовес традиционным задачам биеннале: выявить «тренды», показать новые тенденции, то есть указать, чем должен заниматься модный современный художник, очертить рамки «перспективного», оставив некондиционный товар без внимания, Берлинская биеннале показывает современное искусства иронично и безжалостно, таким, какое оно есть.

Для биеннале они использовали все типы пространств, в которых можно разместить произведения искусства: церковь, частные квартиры, мастерские художников, заброшенную еврейскую школу для девочек, контейнер из вагонки, стоящий на улице у строящегося дома, центр современного искусства, танцевальный зал и кладбище. Все это расположено на одной улице, Аугустштрассе и при желании биеннале можно обойти за один день, так же, как и окинуть холодным просвещенным взглядом всю территорию современного искусства.

Проще всего объединить авторов по национальной принадлежности, месту проживания или возрастной категории. Но в Берлине кураторы не стали делать идей биеннале то, чему подобает оставаться паспортными данными. Молодые здесь соседствуют с заслуженными, живые с мертвыми, и живут все в разных местах – кураторы работали над биеннале в течение 20 месяцев и посмотрели работы примерно 900 авторов.

Тема биеннале – «Of  Mice and Men», (“От мышей и людей”) кураторы позаимствовали из творчества Джона Стейнбека. Это можно перевести как «Обо всем живом». Вопрос в том, как это понимать. Как то, что человек научился ценить жизнь всех существ не ниже чем свою? Скорее как то, что мы живем в обществе, где жизнь человека не дороже, чем жизнь грызуна-вредителя. Тема достаточно широка, чтобы описать узость норки, в которую забиваются люди, сходящие с ума от постоянных попыток сравнить цену сыра и прилагающуюся к нему опасность. Так или иначе, нечто общее есть у всего живого: все рождаются, живут, умирают, однако этот процесс сопровождается неверными поворотами, ускорениями и замедлениями, освещен вспышками чужих жизней и потусторонних влияний. Выставка, как и улица, начинается с церкви и заканчивается кладбищем, однако есть и соседние, параллельные и перпендикулярные улицы.

Кураторы лукавят, заявляя, что каждое из заброшенных пространств, которое было предложено оккупировать художникам, сохранено нетронутым и вторжение в него подобно путешествию в прошлое. Даже сама история подверглась художественной обработке и была доведена до максимальной убедительности.

Танцевальный зал, открытый в 1913 году, по-прежнему функционирует сейчас, там проводятся вечера бальных танцев, но специально для биеннале старинные хрустальные люстры были сняты, и провода, свисающие с потолка в полутемной зале, наводят зрителя на мысль о том, что он - случайно забредший первооткрыватель этой покинутой роскоши. Школа, построенная в 1928 году, закрыта уже 10 лет, но даже этого срока недостаточно для того, чтобы здание расслоилось на лохмотья воспоминаний об аскетичных занятиях еврейских школьниц и наивность послевоенных фресок с картофелеподобным лицом Брехта и фаллической телебашней на Александерплац. Разруха была заботливо доработана, свежие обои содраны клочьями, на дверях наклеены издевательски гигантские цифры с номерами этажей. Четыре – алого цвета с узорчиком из белых шестиконечных звезд. У туалета зажигалкой на крашеной стене выжжено имя – «Гамлет».

Искусственно созданная квинтэссенция коллективного прошлого может показаться не менее интересной, чем собственные школьные воспоминания.

В итоге, гипертрофировав отличительные черты каждой из тенденций в современном искусстве, сделав из выставочных пространств настоящие произведения искусства, а из работ художников – элементы оформления своих идей, Кателлан, Джиони и Суботник наглядно доказали, что самой влиятельной фигурой в художественном процессе является куратор. В этой истории помимо упомянутых в названий мышей и людей, есть главное действующее лицо – кот-куратор, который играет с мышками-художниками ради собственного удовольствия, но предъявляет результат охоты человечеству в лице зрителей биеннале.











Рекомендованные материалы


Стенгазета
14.11.2019
Арт

Экслибрис или мем?

В работах, сделанных непрофессиональными художниками находим прямые отсылки к современной культуре. Если к работам с котами добавить смешную фразу, экслибрисы превратятся в «кошачьи» мемы. А обилие женских образов говорят об интересе авторов к проблемам феминизма или восприятию женского тела.

Стенгазета
05.11.2019
Арт

Семь способов не потеряться во Владивостоке

Во Владивосток на несколько недель приезжали художники со всех стран мира, которые исследовали город со всех доступных им ракурсов — одни работали на сопках, другие забирались в бомбоубежища или отправлялись к морю, попутно расплетая собственные личные истории.