Крестная рассказала, как встретили их в Бресте соотечественники: выходит она из вагона с пятилетней племянницей на руках и слышит первое «приветствие» по-русски: «Что, сука, нагуляла?» В то время считалось, если человек вернулся из Германии, значит – изменник. Умереть должен был, но почему-то не умер

Актеры у Фрича – это прорва. Это неисчерпаемость. Это альфа и омега, начало и конец. В доказательство они распевают на все лады ритмизованный греческий алфавит «по Байеру». От А до О и с вариациями. И это та самая телефонная книжка, которую хороший актер сыграет, в то время как плохого не спасет и Шекспир.

Московский кинофестиваль – ММКФ – остается странным. С одной стороны, у нас не устают напоминать, будто это фестиваль категории «А» наряду с Каннским и Берлинским. Хотя вообще-то такой категории нет, ее придумали у нас для пиара, а есть принятое в киномире понятие «фестивали универсального содержания с конкурсной программой».

О том, как экономическая блокада и рост города изменили лондонскую моду; как наживают состояния и как ведут себя после этого богачи; и, наконец, как экономическая теория объясняет ведение войн.

В том году как-то вдруг поняли, как хорошо просто жить, какое это веселое занятие, если никто не мешает. Паустовский писал в зарубежных заметках: «Рядом с нами щелкали бичи ветурино. Мы пили вермут и всякие вина, пахнущие чуть горьковато…» О, эти фразы звучали не слабее, чем солженицынское «молотком об рельс у штабного барака».

Сказать, что такие учения представляют собой откровенную провокацию – ничего не сказать. Напомню, что Первая мировая началась после того, как противостоявшие державы объявили мобилизацию, чтобы попугать друг друга. А «внезапная проверка» войск, объявленная Владимиром Путиным 26 февраля 2014 года, закончилась присоединением Крыма и «секретной войной» на Донбассе.