Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

04.07.2012 | Анимация

Вагоновожатая и центрифуга…

... для мозгов. Продолжается анимационный фестиваль в Аннеси

   

Фестиваль в Аннеси идет полным ходом, как всегда тут  основные зрители – молодежь, главным образом толпы студентов из европейских киношкол и тех, где изучают новые технологии и медиа. У этой активной молодой публикой каждый показ встречает прием такой бурный, как футбольный матч – с дружными воплями,  свистом и тучей бумажных самолетиков, летящих на сцену. Недаром те, кто имел успех в Аннеси, говорят, что лучшей публики не сыскать во всем мире, и их можно понять: когда полуторатысячный зал дружно хохочет над каждой шуткой, ахает в трогательных местах, а потом орет, топочет и свистит, долго не отпуская автора, - это дорогого стоит. С другой стороны, та же самая нетерпеливая юная публика не хочет воспринимать непривычного и сложного, она способна погубить на показе самое сильное, но не сразу понятное кино, и к этим вкусам приходится применяться селекционной комиссии.

Один из любимых элементов каждого показа в Аннеси – фестивальные ролики. Их каждый раз два: первый - всегда один и тот же – ролик партнеров смотра, специально снятый  какой-нибудь именитой французской мультстудией с популярными героями. Это  короткий фильм,  где беспрестанно самым веселым и оригинальным образом появляются логотипы компаний, газет и телеканалов. На этот раз они возникают по дороге героя – это брутальный человек из каменного века ТокТок, догоняющий индюка. К финалу фестиваля публика знает ролик наизусть и готова хором повторить весь саундтрек, если вдруг на показе вдруг отказывает звук. Думаю, что лучшего промоушна компаниям-партнерам не найти.

Второй фестивальный ролик – имиджевый и каждый день новый. Эти пять сюжетов традиционно делают студенты самой энергичной французской киношколы Гоблен из Парижа. В этом году, поскольку страна-гость фестиваля – Ирландия, то все сюжеты посвящены этой стране, где есть и уличные бои с полицией, и ирландские танцы, и овцы, и умиротворяющие зеленые поля.

В этом году в программе Аннеси как никогда много полнометражных фильмов, их становится больше с каждым годом и лидирует тут азиатское, прежде всего японское и корейское кино.

Но главный интерес у знатоков анимации, в первую очередь вызывают программы авторских короткометражек. Стоит рассказать о фаворитах первых конкурсных дней.

«Чинти» Натальи Мирзоян со студии «Петербург»- единственный российский фильм в программе Аннеси, и он, чего давно не бывало с нашим кино, действительно входит в число фаворитов конкурса, уже сейчас на него посыпались приглашения от западных фестивалей. Впрочем, эта недавно снятая картина сразу оказалась очень успешной, она же представляла Россию на Берлинале. В бесхитростной истории про муравья, влюбленного в прекрасное и строящего по картинке свой собственный Тадж Махал взамен уродливого муравейника, отлично сделано то, что мультипликаторы называют «актерской работой». На пластике и «лице» сначала юного и большеглазого героя, а в конце седобородого, но по-прежнему мечтательного муравьиного старца  ясно отражается его характер со всеми эстетическими страданиями и воспарениями.

По утрам, перед фестивальными показами, арт-директор и главная знаменитость Аннеси Серж Бромберг, проводит для интересующейся публики встречи с режиссерами под названием «Короткометражки и завтрак», где любит задавать авторам провокационные и не всегда приятные вопросы. В прошлые годы на таких завтраках нашим участникам фестиваля немало доставалась за некую общую старомодность российской анимации. Но Наташин фильм понравился даже скептическому Бромбергу, на его взгляд (впрочем, я думаю, он мало видел нового русского кино), этот фильм очень отличается от обычных отечественной сказочности. Ну и, конечно, всех восхитил особый «аромат» картины, сделанной из разных сортов чая, так сильно  связанного с индийским сюжетом.

«Соловьи в декабре»  фестивального любимца из Канады Теодора Ушева, неизменно получавшего премии за свои интеллектуальные и экспериментальные фильмы – не совсем привычен для этого режиссера. Это совсем короткая, трехминутная работа по заказу Монреальского фестиваля нового кино – быстрый отклик на сегодняшние события в Монреале, так похожие на новейшие революции, включая Россию. Обычно немедленная реакция – удел других искусств, анимация слишком долго делается. Но Ушев придумал свой собственный способ делать стремительное кино, не копаясь с классической анимацией, а с помощью живописи акрилом и энергичного монтажа. Еще в Загребе, рассказывая об этом фильме и цитируя Сьюзен Зонтаг о том, как важно для искусства появиться вовремя, Теодор говорил о том, что сам он не участвует в митингах и столкновениях с полицией, но его фильмы – это его собственный «коктейль Молотова». Фильм Ушева, которому он предпосылает эпиграф из Элиота «В моем начале есть мой конец», посвящен дочери режиссера, именно она – та девочка, которая смотрит в окно, на пролетающие будто перед окном поезда картины. Но эти мрачно-живописные, размашистые картины, - скорее воспоминания самого Ушева, выросшего в социалистической Болгарии. Изломанные фигуры людей с длинноклювыми птичьими головами чем-то напоминают гойевские кошмары. Похоже, будто девочка (а может быть и сам Теодор в детстве, ведь речь идет и о его «начале») едут в Сибирь мимо советских лагерей. И знание тоталитарного прошлого  пугает отца, думающего о будущем дочери. 

«Маленькое здесь и великое где-то» - фильм канадки Мишель Лемье, выполненный в уникальной технике игольчатой анимации. В первой половине ХХ века этот экран с многочисленными выдвигающимися иголками, тени от которых складываются в изображение, - изобрел наш бывший соотечественник Александр Алексеев. У него было два таких экрана, один из которых, по словам Мишель, очень долго пытался приобрести друг Алексеева, великий канадский режиссер-экспериментатор Норман МакЛарен. Но к тому времени, когда экран был куплен, у пожилого МакЛарена уже дрожали руки и он так и не смог работать с инструментом, требующим точных движений. Тогда эту технологию у Алексеева перенял другой канадский режиссер – молодой Жак Друэн. А теперь, когда Друэн немолод, игольчатый экран, как скрипка Страдивари, перешел к Мишель Лемье. Кстати, постановщица, полюбившая игольчатый экран, работа с которым, по ее словам, - это диалог,  настойчиво рассказывала о том, что есть еще второй, «спящий» экран, оставшийся во Франции после смерти Алексеева. И как было бы прекрасно, если бы эту уникальную технологию освоил кто-нибудь еще. Может быть найдется наследник Алексееву в России? 

Сам фильм Лемье – не сюжетная история, а четыре сложенных вместе импрессионистических этюда, каждый из которых скорее иллюстрирует неясное чувство восхищения и страха перед непознаваемым, в первую очередь – космосом. Мишель заключает своего героя в круг понятного мира – дома и знакомых предметов. Но открывая из него дверь, человек будто бы оказывается в открытом космосе, где вокруг, даже под ногами – пустота и только звезды. Такое чувство иногда бывает черной звездной ночью на юге. Рассыпающееся на точки и снова складывающееся в сюрреалистические картины игольчатое изображение, очень подходит этому фильму, пытающемуся говорить о том, что трудно сформулировать.  Оно осыпается, как в какой-то момент фильма превращаются в песок  и исчезают все знакомые предметы даже в «маленьком здесь».

«Трамвай» знаменитого чешского режиссера Михаэлы Павлатовой – один из главных любимцев публики Аннеси, уставшей от большого количества тяжелого, полного социальных проблем, депрессивного кино, и мечтающих  о хорошей шутке. Павлатова сама немного стеснялась того, что ее фильм получился таким легким и, как она говорила, «глупым» и, извиняясь, признавалась, что это была не ее идея, а заказ. Дело в том, что  планировался большой международный проект - игровой фильм о женских сексуальных фантазиях. И ему было решено предпослать маленькое анимационное вступление, сделать которое пригласили Павлатову. Ее картину продюсировала французская студия Sacrebleu, много работающая с иностранцами. Но в результате получилось так, что игровой фильм сделан не был, и анимационное вступление зажило собственной жизнью. Картина Павлатовой - невероятно энергичная история о вагоновожатой,  которая воспринимает вождение трамвая, как эротический акт. Она видит серых пассажиров-мужчин в зеркало заднего вида и сладострастно двигает рычаги, а удары компостера по билетам, будто фрикции полового акта, доводят ее до оргазма. Все это так лихо снято под все ускоряющуюся музыку, что хохот в зале не прекращается ни на минуту.

«Проект центрифуги для мозга» Тилла Новака из Германии – отличный пример того, как сегодня анимация, включаясь в игровое кино, симулирует реальность. Этот веселый фильм-подделка выглядит как документальное интервью с автором теории о том, что в центрифуге мозг человека работает намного активнее (к этому заключению он пришел в результате изучения детских аттракционов).  И вот нам показывают якобы архивные кадры практических исследований, начиная с 70-х годов. Оказывается, благодаря своим связям для подтверждения этой теории был построен парк развлечений с невероятными аттракционами, на которых можно было кататься сутками. Причем, все эти поразительные  приспособления, вроде нагромождения гигантских колес обозрения мы видим на экране действующими, якобы среди реального городка развлечений. Вот это и есть анимация.



Источник: "Московские новости", 8 июня, 2012,








Рекомендованные материалы



Эмиграция, депрессия и бодипозитив

Главными сюжетными лейтмотивами фестиваля были космос и связь с матерью через пуповину, оба они сошлись в главном российском хите фестиваля – фильме Константина Бронзита «Он не может жить без космоса». Начиная со второго фестивального дня, как только на экране появлялся космонавт или пуповина, зал принимался хохотать даже, если предмет фильма был серьезным.


Мне бы хотелось, чтобы мои фильмы были как дневник и способ общения с близкими.

В 2017-м высшая российская анимационная премия «Икар» назвала Дину Великовскую за фильм «Кукушка» лучшим режиссером и лучшим сценаристом года. В 2018-м – ей вручили премию президента РФ для молодых деятелей культуры, в том же году 2018 Ди­на по­лучи­ла приг­ла­шение войти в состав ос­ка­ров­ской академии. А в 2019-м году ее новый фильм «Узы», удивительным образом соединяющий объемную и рисованную анимацию в инновационной технике рисования 3D ручкой, получил Гран-при Суздальского фестиваля.