Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

29.03.2012 | Архитектура / Город

Нарушим нормы ради Нормана

Пять причин, по которым не стоит городить вокруг ГМИИ имени Пушкина музейный городок

В юбилейные дни директора Государственного музея изобразительных искусств Ирины Антоновой горячие споры вокруг музейного городка на Волхонке, который должен разгрузить основные здания и фонды, стихли. Даже вечно оппозиционный «Архнадзор» сменил гнев на милость и в целом против новых отдельных корпусов в глубине участка не возражает.

Но я, как та Баба-яга из мультфильма, все равно против. И считаю, что лучшим подарком к 100-летнему юбилею музея, который начнут отмечать в мае, стала бы полноценная реставрация расположенных рядом старинных зданий — усадьбы Вяземских–Долгоруковых, усадьбы Ренкевича и других, которые отдают под новые музейные площади. Почему? Есть минимум пять причин.

Первая. Главных архитекторов у музейного городка два: британская звезда Норман Фостер и руководитель ОАО «Моспроект-5» Сергей Ткаченко. Они вместе выиграли конкурс на строительство. Нам все последние годы показывают эффектный макет Фостера, закрывая глаза на то, что добрая половина предполагаемого в нем строительства цинично нарушает все законы об охранных зонах существующих памятников. Это в порядке вещей: пригласить мировую звезду и использовать ее как бревно для пробивания бреши в российском законодательстве. Нарушим нормы ради Нормана! А потом ломать и строить все это будет уже Ткаченко и Со. На сайте музея выложена документация будущего строительства в глубине Волхонки — депозитарно-реставрационного центра с научной библиотекой и архивом. Когда смотришь на эти громадные стеклянные колбы, бессовестно давящие особняки старой Москвы, с ужасом представляешь, что ждет нас после реализации проекта. А главное, ради чего все эти запасники и архивы городить здесь, в самом центре? Есть же пример Эрмитажа, который собрание вещей не первого ряда отвез в выстроенный на окраине города реставрационно-хранительский центр «Старая Деревня».

Вторая. Музейный городок подобного масштаба перечеркнет топографию этого места. Район Волхонки, слава богу, почти не тронут новым строительством, представляя собой целостный градостроительный ансамбль. То есть это фрагмент Москвы, какой мы знали ее до воцарения Лужкова. С сетью уютных подлинных переулков. И эту подлинность хотят упаковать в какие-то «прогулочные зоны», благодаря которым исчезнет, например, Колымажный переулок.

Третья. Мне страшно жаль кремлевскую бензоколонку. Я считаю чудовищным невежеством снести выявленный объект культурного наследия 1930-х годов. По словам координатора «Архнадзора» Наталии Самовер, эта кремлевская АЗС, на которой до сих пор заправляют правительственные машины, — единственное сохранившееся свидетельство транспортной Москвы того времени, да и просто прекрасный образец стиля ар деко. Фостер предлагает построить здесь выставочный зал-пятилистник, щупальцами дотягивающийся до охранных территорий соседних усадеб. Но зачем вообще этот зал, когда музей и в переданных ему под расширение усадьбах может проводить полноценные выставки?

Четвертая. Создание музейного городка предполагает единую инфраструктуру, в которую так или иначе будут включены примыкающие к ГМИИ учреждения культуры. В свое время галерея Александра Шилова приросла пятиэтажным бизнес-центром, который захватил зарезервированную под развитие музея имени Пушкина территорию, и теперь шиловский квартал будет восприниматься частью пресловутого музейного городка. Подобные же эмоции мы будем испытывать, глядя на музей народного художника Ильи Глазунова, что напротив парадного входа в главное здание ГМИИ. Стоит ли благодаря придуманному топосу «музейный городок» дотягивать этих персонажей и их творчество до уровня лучших коллекций мирового искусства? Я лично не уверен. Разве что шиловский бизнес-центр, который сейчас пустует и выставлен на продажу, вполне можно использовать под расширение ГМИИ.

Пятая. Общественное голосование на сайте музея за предлагаемый проект и против него, которое намечено завершить к началу апреля, вряд ли станет полноценным. Сейчас там выложено огромное количество канцелярских формуляров с печатями и подписями и несколько графических фасадов зданий (старых и новых), а также заштрихованные планы отдельных участков. Вся эта документация годится разве что для профессиональных архитекторов. К тому же она неполная. Что можно обсуждать, если нет по-настоящему проработанной общей 3D-модели будущего городка? Остается только довериться эмоциям. А кто ж пожелает любимому музею тесноты и бедноты. Пускай себе расширяется. Вот вам и общественное мнение.



Источник: "Московские новости", 23 марта 2012,








Рекомендованные материалы



Топ года. Московская архитектура

Многие городские новости 2017 года были связаны не столько с архитектурой, сколько с политикой, общественным мнением, большими деньгами и другими аспектами, которые неизбежно усложняют обсуждение собственно архитектурных достоинств того или иного проекта. Но на фоне общего ажиотажа вокруг массовой застройки, были и более спокойные и позитивные архитектурные новости.


Скажи, Собянин, ведь не даром Москва затоплена была?

Но вот газета РБК публикует сенсационное расследование, из коего следует, что Москву затопило не даром, а за довольно крупные деньги. На улицах, где произошел потоп, был только-только проведен капитальный ремонт ливневой канализации.