Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

14.12.2011 | Арт

Пророк виртуальных космографий

«Уильям Блейк и британские визионеры» в Музее изобразительных искусств

Экспозиция, аккомпанирующая Декабрьским вечерам нынешнего года, может быть признана эталонной. Отдельного приема в анфиладе постоянной экспозиции удостоился Караваджо. А в Белом зале, там, где играют музыку, царствует Уильям Блейк. Работы его же сочувственников разных времен вытягиваются парадной процессией по анфиладе.

Признаться, давно мы не видели такого каскада хороших выставок, следующих в ГМИИ одна за другой. Парижская школа, «Синий всадник», ну и Дали. Теперь вот бесподобные Караваджо и Блейк. Экспозиция Уильяма Блейка и британских мастеров, попавших под его мощное влияние, одновременно архисложна по смыслам, в ней заключенным, и совсем не скучна, феноменальна по своей щедрой зрелищности. В чем секрет Уильяма Блейка? Прежде всего в том, что он оказался тем магическим кристаллом, сквозь который можно прозреть всю неклассическую традицию искусства Западной Европы. От Средних веков к маньеризму, далее к мистикам барокко, далее к неоготике, романтизму, модерну, символизму вплоть до истерзанных форм Фрэнсиса Бэкона (им, по сути, выставка завершается). Такой визионерский дар Блейка в первую очередь обусловлен масштабом его личности, а также тем временем, в котором жил и творил мастер.

Работал он на самом переломе двух взаимоисключающих эпох. Одна из них — Просвещение, когда знания из разных источников бережно собирались, интерпретировались и были для человека искусства гарантом чудесных открытий. А вторая эпоха — романтизм (кстати, скончался Уильям Блейк, как и Людвиг ван Бетховен, в 1827 году).

Романтизм, конечно же, был радикальным оппонентом неразумно верившего в тотальную силу разума Просвещения. Заново открытая метафизика, вера, признание высшей власти иррационального духовного смысла — вот что вдохновляло Блейка на создание его композиций, которые с полным правом можно назвать экстатическими.

Уникальное изобразительное прочтение Библии в «общении» с великим мистиком XVIII века Эмануэлем Сведенборгом, изобразительный рассказ сочинений одного из главных эпических поэтов Британии Джона Мильтона. И конечно, его собственные пророческие сочинения с гравированными иллюстрациями: «Книга Уризена», «Видения дочерей Альбиона», «Бракосочетание Рая и Ада» В творчестве Блейка все эти темы создавали сложнейший алхимический субстрат, рождавшийся в яростных вселенских сверканиях и бурях.

В то же время на выставке поражает какая-то удивительная бесхитростность и доверчивое простодушие Блейка к безграничным возможностям языка искусства. Художник часто подражал в камерном масштабе своих акварелей и монотипий (особая техника последовательной печати одного изображения с раскрашиванием оттисков вручную) фрескам раннего христианства. Изображение строится наподобие рельефа, почти не развивается в глубину, а краски мерцают символическим, совсем не копирующим реальность цветом. В принципе многим гипертрофированно могучим, с намеренным нарушением «правильных» пропорций героям, а также целой бездне гримасничающих монстров Блейка можно найти еще один прототип в истории европейской изобразительной культуры. Это, конечно, народная картинка, лубок. Для восприятия искусства Блейка вдруг возникающие ассоциации с подобным материалом тоже важны.

Они позволяют принимать его сложнейшие мистические послания по-настоящему искренне. Не как намеренную стилизацию под старую живопись. Но в качестве подлинного, укорененного в теле «нутряной», фольклорной культуры Откровения.

Этим своим простодушием считавшийся еще при жизни чудаком и маргиналом Уильям Блейк «благословил» многие альтернативные, создающиеся по волеизъявлению стихий сообщества XX века, от хиппи до готов. Во многих из них Блейка боготворят.

В заключение, конечно, необходимо упомянуть и о том, что бесконечная и безудержная фантазия Блейка в создании своих миров со сверхчеловеками, сонмами духов и полчищами чудищ всех мастей резонирует сегодня в щедрой на выдумку виртуальной визуальности, от компьютерных картин до киношных сказочных эпосов наподобие «Властелина колец». Само не желающее развиваться по «правильным» законам прямой перспективы пространство Блейка прекрасно перекодируется в формат новой киберреальности. Так что художника по праву можно назвать и провозвестником виртуальных космографий.



Источник: "Московские новости", 06 декабря2011,








Рекомендованные материалы


Стенгазета
17.09.2019
Арт

Наивный Пушкин

Художник Владимир Трубин пишет многофигурные композиции, где Пушкин беседует с казачкой Бунтовой, покупает жареных рябчиков вместе со слугой Калашниковым и участвует в дуэли с Дантесом. Поверх изображений Трубин пишет тексты от руки, подробно рассказывающие, что происходит на картине.

Стенгазета
11.09.2019
Арт

Ночное зрение Лоры Б.

Тем, кто не знаком с картинами Белоиван, но читал её рассказы, в выставке не раз аукнутся истории Южнорусского Овчарова — но это не иллюстрации, а самодостаточные сюжеты. В очереди к врачу сидят насупившиеся кошки и собаки, обняв своих приболевших людей, летним вечером морское чудище перевозит людей с острова на остров