Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

18.06.2009 | Арт

Дал слово

Новый проект Андрея Ерофеева в Центральном доме художника

В Центральном доме художника на Крымском валу во время работы IV Международного открытого книжного фестиваля открылась выставка с необычным названием «Русский леттризм» и подзаголовком «Работа художника со словом: от концептуализма до актуального искусства». «Леттризм» -- французский термин, переводится как «буквализм», но не в привычном значении, а в значении «буквизм», одержимость буквами.

Андрей Ерофеев в главном зале второго этажа ЦДХ собрал множество произведений, в которых так или иначе присутствуют буквы и слова. Здесь сошлись работы Эрика Булатова, Ильи Кабакова, Виталия Комара и Александра Меламида, Михаила Рогинского, Вадима Захарова, Сергея и Владимира Мироненко, Никиты Алексеева и художников нового поколения, среди которых Андрей Кузькин, Викентий Нилин, группы «Война», «ПГ» и т.п.

Экспозиция стала образцовой для понимания сути кураторской стратегии Ерофеева, ее сильных и слабых сторон. Сильная в том, что Ерофеев, несомненно, самый пассионарный в артсообществе России человек. За два месяца он сделал почти невозможное: убедил многих менеджеров, галеристов, художников в необходимости создания масштабного проекта музейного уровня. Культурный фонд «Артхроника», коллекционеры Игорь Маркин, Владимир Антоничук, Надежда Маляровская, Виктор Бондаренко, галеристы Айдан Салахова, Владимир Овчаренко, Марат и Юлия Гельман, живущие в России и за ее пределами художники охотно поддержали идею, предоставив для выставки свои коллекции. В итоге без участия каких бы то ни было государственных музейных институций собрана экспозиция, которая может стать ядром воображаемого музея неофициального искусства последней трети прошлого и начала нынешнего века. Много вещей просто эталонных для разных мастеров, прежде всего соц-арта, концептуализма. Впечатляют и открытия, в частности стенд с объектами и графикой Александра Кузькина, чье творчество, к сожалению, исследовано совсем фрагментарно. Итак, харизма Ерофеева способна мобилизовать артсообщество на масштабный, важный для истории новейшего российского искусства проект.

Вопрос в том, как именно этот проект осуществлен кураторски. Придется признать, что уровень подготовки и осмысления материала -- слабая сторона ерофеевской стратегии.

Что сделано? Собраны произведения, в которых присутствуют слова и буквы, и эти произведения с буквами буквально вывалены в зал, где не созданы минимальные экспозиционные условия: не выставлен свет, не задана навигация по выставочному пространству (отсутствуют экспликации, комментарии и т.д.). Вся концепция проекта обозначена в пресс-релизе дежурными словами о логоцентризме русской культуры, что стал нашим знаменем-крестом с давних весьма эпох. Но все-таки столь претенциозные проекты создаются не ради того, чтобы подтвердить очевидное и банальное, а чтобы поставить новую проблему, увидеть материал новым взглядом. Это не сделано. Структурно экспозиция никак почти не выстроена, а объяснения Ерофеева о том, что, дескать, структура есть и разделы при желании различить можно, не очень убедительны, потому что не убедительны озвученные им темы воображаемых разделов: «Игра», «Диалог», «Письмо» (слишком уж необязательные и общие коннотации). Работы выдающегося художественного уровня соседствуют с опусами случайными и невнятными (особенно это касается работ так называемых молодых радикалов, упорно пытающихся не смешно шутить и рассказывать анекдоты с бородой).

Похожие претензии, помнится, были и по отношению к другим проектам Ерофеева -- «Поп-арт», «Соц-арт». Вспоминаются во многом справедливые нарекания, что выставки не уточняли смысл и границы явлений, а, наоборот, разрыхляли, размывали эти границы, запутывая суть дела. Однако раньше убеждал мастерски инсталлированный материал. Сейчас же, когда экспозиционная режиссура сведена к минимуму, все проблемы принятой Ерофеевым стратегии полезли по швам. Удивительно, что куратор, принципиально порвавший с государственной застойной музейной институцией, во многом мыслит в тех же категориях большого государственного музейного проекта постсоветской России. Тема формулируется слишком общо, и под нее тащатся по максимуму экспонаты из фондов. Главное, чтобы было много и нажористо. А о смысле зрители пусть думают сами. Знаем-знаем, как же. Достаточно, например, полистать каталоги выставок Русского музея. Последний вроде бы посвящен неслучайной в связи с вышесказанным теме воды в русском искусстве.



Источник: "Время новостей",16.06.2009 ,








Рекомендованные материалы


Стенгазета
17.09.2019
Арт

Наивный Пушкин

Художник Владимир Трубин пишет многофигурные композиции, где Пушкин беседует с казачкой Бунтовой, покупает жареных рябчиков вместе со слугой Калашниковым и участвует в дуэли с Дантесом. Поверх изображений Трубин пишет тексты от руки, подробно рассказывающие, что происходит на картине.

Стенгазета
11.09.2019
Арт

Ночное зрение Лоры Б.

Тем, кто не знаком с картинами Белоиван, но читал её рассказы, в выставке не раз аукнутся истории Южнорусского Овчарова — но это не иллюстрации, а самодостаточные сюжеты. В очереди к врачу сидят насупившиеся кошки и собаки, обняв своих приболевших людей, летним вечером морское чудище перевозит людей с острова на остров