Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

14.04.2008 | Общество / Путешествия

Первый парень на Тайване

От нового президента Тайваня Ма Инцзю избиратели ждут конкретных дел, прежде всего нормализации отношений с КНР

…До избрания Ма Инцзю президентом еще долгих пять дней, и кавалькада из тридцати гоминьдановских машин с раннего утра до позднего вечера колесит по дорогам центрального Тайваня. Это уже четвертая большая поездка Ма по острову за последний год, своего рода финальная часть многомесячной предвыборной кампании.

На протяжении почти всего пути стоят люди и размахивают одинаковыми флажками. Женщин намного больше, чем мужчин, — Ма считается главным тайваньским красавцем, взглянуть на него сбегаются официантки придорожных ресторанов и продавщицы продуктовых магазинов. Большую часть дня Ма Инцзю стоит на отрытой платформе, улыбаясь и кланяясь направо и налево под аккомпанемент дудок и барабанов. То и дело слышны взрывы петард и фейерверков, иногда головным машинам приходится двигаться почти на ощупь сквозь клубы белого дыма.

Остановок не много, одна из них в программе называется «Встреча с крестьянами уезда Синьчжу». На первом этаже районного дома культуры Ма впрягают в повозку с фруктами, которые необходимо вывести на мировой рынок: фамилия будущего тайваньского президента c китайского переводится как «лошадь».

Здесь же можно купить резиновых Ма Инцзю по десять долларов за штуку. На втором этаже проходит встреча с избирателями, в ходе которой Ма торжественно предъявляет флакон шампуня местного производства. «Я всегда моюсь только им», — говорит он и чихает. Собравшиеся активисты бешено аплодируют.

Соперник Ма также использовал лошадиную аналогию, называя Ма Инцзю троянским конем континентального Китая, из брюха которого на остров явятся отравленные пельмени, нелегальные иммигранты и всевозможные нарушения прав человека, но не был достаточно убедителен…

Сокрушительная (по тайваньским меркам) победа гоминьдановца Ма Инцзю над конкурентом из Демократической и прогрессивной партии (ДПП) Фрэнком Се дает ему мандат на осуществление любых реформ. Даже на юге острова — в традиционной вотчине «сепаратистов» — Ма проиграл Се лишь пару процентов голосов. Плюс у Гоминьдана подавляющее большинство и в тайваньском парламенте.

Восемь лет правления предыдущего, дэпэпэшного, президента Чэнь Шуйбяня сопровождались почти непрерывной истерией вокруг символов. Правительство боролось с памятниками Чан Кайши и переписывало учебники истории, отстаивало право Тайваня называться Тайванем и меняло названия государственных компаний и рисунок почтовых марок. Результаты выборов показали, что тайваньцы устали от постоянной нервозности, не приводящей к реальным результатам. Не случайно в обоих бессмысленных референдумах о вступлении в ООН, проводившихся параллельно с выборами, приняло участие лишь 35% избирателей.

От Ма теперь ждут конкретных дел как во внутренней, так и во внешней политике, и в первую очередь улучшения отношений с КНР.


Однопартийная демократия

Еще несколько месяцев назад Дженнифер Ху работала начальником департамента в мэрии города Тайнань на юге Тайваня, но из-за разногласий внутри ДПП была вынуждена уйти в отставку. «ДПП сегодня находится даже в худшем положении, чем при создании партии, потому что тогда была надежда», — грустно говорит она в интервью корреспонденту «Эксперта». Члены ДПП сегодня возглавляют лишь 6 из 23 уездов Тайваня, в парламенте у партии менее трети мест.

«Остров фактически вернулся к однопартийной системе, от которой мы ушли двадцать лет назад. Это очень печально», — утверждает Дженнифер, признавая, что в своих нынешних неудачах ДПП должна винить в первую очередь себя.

Или своего президента. В беседе с корреспондентом «Эксперта» бухгалтер крупного тайваньского издательства Джозефина Ли признается, что дважды голосовала за Абяня — так уходящего тайваньского президента обычно называют на острове, но в этом году отдала свой голос Ма Инцзю. Так же поступили и большинство членов семьи Ли — из шести человек верным ДПП остался только младший брат. «Самый глупый», — смеется Джозефина.

За восемь лет у власти Чэнь Шуйбянь сумел разочаровать даже самых преданных своих сторонников. Один из его соратников по демократическому движению прежний председатель ДПП Ши Миндэ полтора года назад начал кампанию «Миллион против коррупции», пытаясь отправить в отставку тайваньского лидера. Последние три года правительство Чэнь Шуйбяня сотрясали коррупционные скандалы, в которые оказались замешаны советники и члены семьи тайваньского президента.

Информированный источник «Эксперта» в партии в ответ на это лишь пожимает плечами. «Мы молодая партия, у нас тогда не было политиков национального уровня, Чэнь был нашим единственным шансом», — говорит он. Более того, в середине 90−х Чэнь был очень хорошим мэром Тайбэя, это признают даже его оппоненты.

«Переломным в его карьере стало поражение на вторых мэрских выборах в 1998 году от Ма Инцзю. Чэнь решил, что тайваньские избиратели не обращают внимания на реальные дела, и стал делать ставку на апелляцию к национальным чувствам тайваньцев», — поясняет профессор Государственного политического университета Янь Чэншэн. Два раза — на выборах в 2000−м и в 2004 годах — эта тактика сработала. Но на третий обернулась разгромом для ДПП. «Теперь нам придется заново искать душу партии», — заключает Дженнифер Ху.


Восемь лет застоя

Перед выборами Ма Инцзю неоднократно критиковал экономическую политику ДПП, называя ее трагедией для острова. Среди слоганов его кампании даже фигурировал такой, как «Спасение Тайваня».

«Мы должны забыть эти ужасные восемь лет как страшный сон, они больше не повторятся», — заявил Ма Инцзю своим сторонникам в городе Мяоли. Тем не менее назвать трагедией восьмилетнее правление ДПП вряд ли возможно. Скорее речь идет о застое, особенно это определение справедливо для второго срока Чэнь Шуйбяня.

Тайваньская экономика развивалась медленнее экономики большинства других стран Азии, причем во многом из-за противостояния между «зеленым» правительством и «синим» парламентом (цвета ДПП и Гоминьдана), мешавшего принятию необходимых законов.

Теперь Ма обещает обеспечить шестипроцентный рост экономики острова за счет масштабных инвестиций в инфраструктуру и развитие внутреннего потребления. В списке будущего президента 12 крупных проектов — от развития порта в Гаосюне до посадки 60 тыс. гектаров новых лесов. Все это потребует резкого увеличения госрасходов, которые уже при ДПП достигали 30% от ВНП.

Согласно тайваньскому законодательству, госрасходы не могут превышать 40% ВНП, но это правило может быть изменено решением тайваньского парламента. Впрочем, по мнению аналитиков UBS, даже если на нужные цифры не удастся выйти за счет внутренних факторов, поможет континентальный Китай — к 2012 году эффект от увеличения числа китайских туристов в банке оценивают более чем в 3% ВВП.


Между угрозой и возможностью

«На самом деле Ма будет менее удобным противником для китайских коммунистов, чем Фрэнк Се. Китаю будет намного сложнее его демонизировать», — говорит известная тайваньская писательница Лун Интай — она несколько лет назад работала вместе с Ма Инцзю в мэрии Тайбэя и хорошо знает будущего тайваньского президента.

В интервью «Эксперту» Лун Интай утверждает, что Ма не сможет «продать остров» Китаю, как предсказывают его оппоненты. Уроженцу Гонконга Ма каждый раз наоборот придется специально доказывать свою верность Тайваню.

Ма Инцзю действительно настроен на диалог с Китаем, но при этом он вряд ли сможет отказаться от критики КНР. Особенно после предвыборной кампании, одним из ключевых вопросов которой стало (хоть и не по его желанию) нарушение прав человека в Тибете.

Ма — единственный из тайваньских политиков, ни разу не пропустивший ежегодные мероприятия в память жертв событий на площади Тяньаньмэнь в 1989 году, и это замечают в Пекине. Три года назад Ма Инцзю не разрешили въехать в Гонконг по приглашению одного из местных университетов.

«Мне долго рассказывали, какой ужасный Ма Инцзю, а потом посоветовали все же проголосовать за него», — вспоминает в беседе с «Экспертом» свою последнюю поездку в КНР тайваньский профессор Янь Чэньшэн.

Так что Ма Инцзю, скорее всего, попытается отделить экономические переговоры от широкой политической и правозащитной дискуссии. «Нам нужна деполитизация отношений с Китаем, нормализация торговых и экономических связей», — поясняет «Эксперту» управляющий партнер тайваньской юридической компании Pamir Group Николас Чэн, голосовавший за Ма Инцзю. Чэн много работает с тайваньскими компаниям, инвестирующими в экономику Китая, и говорит, что инвесторы устали от перепадов в отношениях между островом и материком. «Бизнесу нужна нормализация движения товаров, услуг, капитала, людей и идей между двумя сторонами пролива. Все это должно определяться экономическими, а не политическими факторами», — утверждает Чэн.


Танго в одиночку

Одним из главных предвыборных лозунгов Гоминьдана стало создание единого рынка с КНР. Под напором критики со стороны ДПП, напугавшей тайваньцев наплывом дешевой китайской рабочей силы, Ма стал осторожнее в формулировках, а после выборов и вовсе практически перестал касаться этой темы.

Теперь Ма Инцзю предпочитает рассуждать в духе теории малых дел — развитие экономических отношений будет идти постепенно, в соответствии с реальными потребностями острова. Вероятно, уже в самое ближайшее время будут отменены ограничения на размер инвестиций в Китай (сейчас — не более 40% уставного капитала), которые вынуждали многие тайваньские корпорации работать в КНР через офшоры. Ма Инцзю также говорит, что готов признать дипломы китайских университетов, — это позволит Тайваню приглашать на остров талантливых специалистов с материка.

Затем речь пойдет об установлении прямого авиасообщения между островом и материком, широком допуске китайских туристов на Тайвань и разрешении китайским компаниям инвестировать в тайваньскую экономику.

«Такой интерес есть, у меня есть несколько китайских клиентов, которые очень ждут этой возможности», — утверждает Николас Чэн.

Конкретных сроков реализации планов пока нет. Тайваньский президент не стал отвечать на этот вопрос корреспондента «Эксперта» на пресс-конференции, предпочтя сконцентрироваться на технических деталях будущих переговоров. Постепенно эти функции будут передаваться от Гоминьдана, который был очень активен в Китае последние годы, к полугосударственным структурам.

Немногословность Ма вполне понятна: для осуществления большинства его замыслов необходимо активное содействие со стороны Китая, а там пока занимают выжидательную позицию. Тайвань может в одностороннем порядке поднять ежегодную квоту на китайских туристов, но без начала прямых авиаперелетов это вряд ли приведет к значительному увеличению туристических потоков.

В КНР предпочли публично не замечать резкой предвыборной риторики Ма Инцзю, но теперь от него ждут активных примирительных жестов. В ходе пресс-конференции по итогам выборов Ма старался как можно меньше говорить о Тибете и фактически отказался от идеи бойкота Олимпиады. Ма Инцзю называет Китай главной угрозой и главной возможностью для Тайваня, но предпочитает концентрироваться на позитивных моментах. Пока на острове ему верят: в начале первой недели после выборов индекс тайваньской фондовой биржи вырос на 4%. Причем больше всего поднялись акции туристических компаний, которые должны первыми выиграть от экономических инициатив нового тайваньского президента.


Тест на адекватность

Теперь мяч находится на стороне китайских властей. Именно от них во многом зависит, сможет ли выполнить Ма свои предвыборные обещания. После скандала в Тибете Китаю остро нужен хоть какой-то позитив на международном направлении, так что, возможно, тайваньской теме перед Олимпиадой будет уделено повышенное внимание.

Формально Ма удовлетворяет главному условию начала переговоров: он соглашается с принципом одного Китая, на котором настаивают в Пекине, говоря лишь о существовании разных интерпретаций.

Проблема интерпретаций иногда проявляется и в бизнесе. Бывший главный менеджер тайваньской компании электронной компании Sampo Хо Хэнчунь вспоминает, как перед прошлогодней сессией ВСНП к Sampo обратились представители китайских властей с просьбой предоставить несколько жидкокристаллических мониторов для залов заседания. На следующий день свое недовольство выразили представители флагмана китайской промышленности, компании Haier: «Как можно было дать такой заказ не китайской компании?» «Как вы смеете утверждать, что Sampo не китайская компания?» — в свою очередь, возмутились в канцелярии ВСНП. Вопросов у Haier больше не возникало.

Сегодня Ма Инцзю заявляет, что не будет цепляться к словам и готов проявить гибкость в переговорах с иностранными партнерами. «Соглашение о свободной торговле с Сингапуром сорвалось из-за того, что правительство Чэнь Шуйбяня отказалось называться “таможенная территория Тайваня, Пэнху, Цзиньмэна и Мацзу”. Мы согласны использовать эту формулировку, если это поможет нашей экономике», — говорит Ма Инцзю. Для правоверного сторонника ДПП это было бы равносильно национальному предательству, но большинство жителей острова явно высказались за реализм во внешней политике.

Ма вообще подкупает своей честностью в ответах на неудобные вопросы. Он открыто говорит о «долларовой дипломатии» со стороны Тайваня и утверждает, что остров планирует отказаться от покупки союзников — этот ответ вызвал оживление среди африканских и латиноамериканских журналистов.

Китайские власти теперь оказываются в непростой ситуации. На фоне заявлений неуравновешенного Чэнь Шуйбяня реляции китайского МИДа часто выглядели вполне здраво. Но теперь придется конкурировать с куда более прагматичным Ма Инцзю. Фактически Тайвань призывает отказаться от надоевших клише и пустой идеологической конфронтации и вести переговоры, исходя из реально сложившейся ситуации.

На первый взгляд этот путь кажется очень привлекательным для Китая. У Пекина больше не будет проблем с «провозглашением независимости» Тайваня, изменением конституции или названия острова, нервозности в отношениях в Тайваньском проливе явно поубавится.

Но, раз ступив на этот путь, Китай рискует попасть в западню. После начала полноформатного диалога с Гоминьданом рано или поздно Пекину придется признать, что Тайвань вот уже более 50 лет де-факто является самостоятельным государством со своими избранными парламентом и президентом, жители которого совсем не хотят жить в нынешней КНР. На самом деле именно сдача этого теста на адекватность (уже пройденного Тайванем) и станет главным условием для начала разговора о возможном объединении. Пока в Пекине продолжают твердить про кучку сепаратистов, стремящихся оторвать остров от горячего материнского (и материкового) сердца, вести по-настоящему серьезные переговоры о будущем острова с ним не будет ни один, даже самый лояльно настроенный к Китаю, тайваньский политик.

Тайбэй—Синьчжу—Мяоли—Гонконг



Источник: «Эксперт», №13, 31 марта 2008,








Рекомендованные материалы



Высокие процентные отношения

Заранее, чтобы не томить уважаемую публику, скажу, что по результатам опроса постоянно действующий президент стал моральным авторитетом примерно для трети опрошенных, а, допустим, тоже не бездействующий патриарх Кирилл набрал что-то около одного процента.


Смысл российской демократии

Когда-то считалось, что демократия – это в том числе и право граждан на выбор. Разные политические партии, выпрыгивая из собственных штанов, старались понравиться избирателю, строили ему глазки, клялись в любви до гроба, обещали, если что, жениться. В общем, занимались черт знает чем, какой-то бессмысленной и к тому же затратной ерундой. Во многих странах, как это ни прискорбно, занимаются этим до сих пор. Ну, что взять с отсталых!