Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

19.09.2005 | Колонка

Возвращение в матриархат

В грядущей экономической модели женщины будут побеждать в борьбе за рабочие места и постепенно станут доминирующим полом

То, что XXI век станет веком женщины, предсказывали и предсказывают многие футурологи, фантасты и прочие пророки разной степени авторитетности. Но они в большинстве своём основываются на социальных факторах, в то время как очевидные технологические (и отчасти экономические) тенденции почему-то не принимаются ими во внимание (за исключением разве что Яна Пирсона, исследователя из British Telecom, на чьих идеях и основана эта статья). Между тем планета вступает в век «информационной экономики», то есть производство и обработка информации все больше становится базисом благосостояния. При этом «интеллектуальность» машин стремительно приближается к человеческой, и во многих областях они человека или уже почти догнали, или даже превосходят. Про компьютеры, играющие в шахматы лучше человека, лишний раз напоминать не нужно. Другие могут писать музыку или даже художественную прозу, третьи успешно вытесняют человека из call-центров и т.д. Совершенно ясно, что уже в недалеком будущем машины вытеснят людей с многих позиций «информационной экономики»; это уже сейчас происходит в сельском хозяйстве и фабричном производстве, где в основном работают мужчины. Одновременно возрастает число рабочих мест в сфере услуг, где работает все больше женщин.

Через десяток-другой лет машины активно начнут вытеснять людей из административного сектора (где работа примерно поровну распределена между мужчинами и женщинами) и других секторов сферы услуг (работа с информацией), где пока правят бал опять-таки мужчины.

Так что, роботы вообще выставят нас с рынка труда? Нет, есть ряд работ, где еще очень долго машины будут неэффективны – в частности там, где очень важен фактор человеческого общения. Это, прикинем очень грубо, примерно четверть рынка труда, и он постепенно расширяется. Скажем, обучающие машины важны, но хорошего учителя им не заменить. Можно заменить хорошей базой данных с правильным интерфейсом доктора или консультанта, но сиделку, парикмахера, продавца в магазине – куда сложнее. Конечно, мужчины бывают и сиделками, и парикмахерами, но женщину в такой роли представить куда проще. Таким образом, по мере сокращения числа рабочих мест мужчины будут терять работу куда чаще. Им придется конкурировать с женщинами за работу в тех областях, где слабый пол традиционно силен – ясно ведь, что по части общения и межличностных контактов средняя женщина даст сто очков вперед среднему мужчине. Вывод очевиден – в новой экономике женщины будут побеждать в борьбе за рабочее место и постепенно станут более успешным (по крайней мере, в материальном плане) и потому доминирующим полом, мужчины же потеряют свою лидирующую роль – с их традиционной работой машины будут справляться лучше и с меньшими затратами.

Эта гипотеза, еще пару десятков лет назад почти немыслимая, с каждым годом делается все весомее (по крайней мере, на мой взгляд). Поэтому тем, кто работает над новыми технологиями, стоит ориентироваться на то, что может пригодиться скорее женщинам, - спрос на это будет неуклонно возрастать.

Скажем, обычное зеркало в ванной уже сейчас вряд ли устраивает большинство женщин. Даже при нынешнем уровне развития технологий легко представить себе «цифровое» зеркало, фактически монитор, со встроенной камерой. Таким зеркалом женщина могла бы пользоваться, как и обычным, за тем лишь важным исключением, что по дороге от камеры к изображению специальное программное обеспечение на лету обрабатывало бы «картинку», удаляя лишние раздражающие морщины и другие возможные дефекты (ужасные прыщики и пр.). Этими же программами можно было бы воспользоваться, «прикидывая» на себя виртуальную различную косметику, прически и др. Кстати, поскольку следует ожидать в ближайшем будущем бурного развития видеофонии, будет нелишним предположить, что люди захотят при общении по видеофону выглядеть лучше (или хуже, люди разные бывают), а кроме того, пребывать в фантазийных интерьерах (кому интересно сидеть просто в обычной квартире?). Женщинам, которые даже в нынешних сетевых чатах и форумах куда тщательнее относятся к выбору своих виртуальных обликов, цифровое зеркало пригодится, в частности, и для разработки своего виртуального варианта (а скорее, что и целого набора) для общения по видеофонам и в интернете будущего.

Кстати, то же самое зеркало позволило бы смоделировать и «погонять в тестовых режимах» цифровую косметику – ведь косметика тоже неизбежно станет цифровой.

Нанотехнологии помогут нанесенной на лице косметике менять оттенки колера как по заданному расписанию, так и в зависимости от внешних условий, а скорее всего – по команде, отданной через вживленные под кожу мельчайшие электроды. Парфюмерию тоже логично сделать цифровой, хотя бы для того, чтобы поменять дневной режим на вечерний, «шлейфовый», а в идеале – и сменить состав самого запаха. Любопытно, кстати, поразмыслить о том, какие возможности предоставит взлом систем управления цифровой косметикой и парфюмерией, но эта тема выходит за рамки данной статьи. Впрочем, логично возложить на вживленные под кожу «центры управления» функцию идентификации личности - скажем, всего 128 крохотных магнитов, каждый размером меньше одной клетки кожи, вполне хватит для создания чрезвычайно трудно взламываемого 128-битного личного кода. Если его еще и обновлять каждый раз после использования, «хакнуть» его будет невероятно трудно. Заодно и управление цифровой косметикой будет в безопасности – в мире, доминируемом женщинами, этот вопрос может оказаться куда более серьезным, чем это сейчас представляется.



Источник: "Что Нового в Науке и Технике", октябрь 2005,








Рекомендованные материалы



Норма и геноцид

Нормальным обществом я называю то, где многочисленные и неизбежные проблемы, глупости, подлости, ложь называются проблемами, глупостями, подлостями и ложью, а не становятся объектами национальной гордости и признаками самобытности.


Свобода мелкими глотками

Урок фестиваля 57-го года — это очередной урок того, что свобода не абсолютное понятие. Что свобода осязаема лишь в контексте несвободы. Что она, вроде как и материя, дается нам лишь в наших ощущениях. Что свобода — это всего лишь ощущение свободы и не более того. А оно, это ощущение, было тогда. Нам не дали свободу, нам лишь показали ее сквозь дырку в занавеске.