Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

29.10.2007 | Кино

Бабское это дело

Наше новое кино становится все более женским, причем феминистским

В прокат без особой рекламной раскрутки, как-то вдруг, можно сказать, не вышел, а свалился фильм-победитель последнего Московского кинофестиваля - «Путешествие с домашними животными» Веры Сторожевой. Казалось бы, продюсеры и прокатчики ленты должны были громко вскричать: «Вот! Смотрите! Фильм-победитель!» Не кричат. Значит, по-прежнему не верят, что триумф на ММКФ (хотя тот вроде бы и повысил свой авторитет) способен помочь судьбе картины. Собственно, двум другим нашим недавним триумфаторам ММКФ - «Своим» Дмитрия Месхиева и «Космосу как предчувствию» Алексея Учителя - победы и впрямь не помогли завоевать сколько-нибудь широкого зрителя. В случае с «Путешествием с домашними животными» неприметный выход в прокат особенно прискорбен. Не могу сказать, что это мой фильм, my cup of tea. Но это редкая у нас лента, которая, хотя вроде и про захолустье, укоренена в европейский киноконтекст и могла бы взять призы на крупном европейском премьерном фестивале.

«Путешествие с домашними животными» - классический пример фильма, к которому подходит непонятный массам эпитет «камерный». В нем мало диалогов. Он замкнут на единственной героине, которую изображает одна из знаменитых театральных близняшек Кутеповых - Ксения (в отличие от сестры Полины, кажется, впервые согласившаяся на главную роль в кино). Даже у Дмитрия Дюжева, который значится на постерах и в титрах под №2 и вроде бы играет главную мужскую роль, и у того фактически роль второго плана. Домашние животные - коза да дворняжка - присутствуют в кадре чаще.

Фильм замкнут в пространстве: действие редко покидает дом стрелочника на затерянном полустанке, мимо которого, иногда останавливаясь, громыхают поезда - их в кадре тоже больше, чем Дюжева, и они для героини явно ближе, понятнее, безопаснее людей. Фильм замкнут во времени. Вообще-то я так и не понял, какое в фильме время на дворе - я не о тысячелетии, а о времени года. По разговорам - вроде бы ранняя, все еще со снегом, весна. По виду - поздняя, уже со снегом, осень. Но будем считать, что весна, так как к финалу солнца прибавляется, а зимы так и не было. Фильм замкнут в цвете: монохромный, большей частью пасмурный, к финалу - что, видимо, символизирует оптимизм - размыто-солнечный.

В полусамопальном доме стрелочника и обитает героиня, вызывая в памяти такие плохо совместимые между собой фразочки: с одной стороны, «дика, печальна, молчалива», а с другой - «стою на полустаночке в цветастом полушалочке, а мимо пролетают поезда» и «где ж вы мои весенние года».

Все эти фразы (кроме той, что про весенние года), как быстро понимаешь, имеют мало отношения к нашей героине, на лице которой камера настойчиво и крупнопланово выхватывает морщинки вокруг глаз, хотя лет-то ей не сильно за тридцать. Она не тургеневская девушка и не девчоночка фабричная. Она непонятно кто. В начале она с осатанением что-то ловит в воздухе - это случайно залетевший воздушный шарик с дурацкой рожей зайца, который для нее все равно символ радости и другой жизни. Потом доит корову. Потом вдруг пытается самостоятельно похоронить смурного мужика, которого как-то назовет в разговоре «хозяином» (тот накануне забирает у нее бидон с молоком и продает его - видно, что по отработанной схеме, - проводнице умышленно замедлившего ход поезда. Сначала героиня готова попросту сбросить без гроба его труп в спешно вырытую яму, но все-таки везет его на дрезине в морг и хоронит по-христиански, с отпеванием. Потом сооружает из одежды, которая была на покойном, огородное пугало.

Потом сжигает все его вещи, семейные документы и фотографии, даже подушку, на которой тот спал, словно желая, наконец, забыть все прошлое.

Странности объяснятся нескоро. Но поскольку в рекламах фильма, которые все же имеются, сюжет растолковывается открыто, и лично я знал во время просмотра, что и почему, то раскрою секрет и вам. «Хозяин» купил героиню в детском доме, когда ей было 16, как жену-обслугу. Фильм - это история эмансипации женщины, которая вдруг осталась одна, ощутила даже не свободу (чего уж так высокопарно выражаться?), а возможность делать, что хочет, почувствовала свою женственность-сексуальность. Она продает корову, покупает плазменный телевизор и красивые вещи, которых никогда не имела (денег в закромах запущенного «хозяином» домишки припрятано немерено), заводит роман с шофером грузовика, постепенно избавляясь от вдолбленной судьбой фригидности. Но боится этого романа, точно зная, чего больше не допустит в жизни никогда: чтобы у нее появился новый хозяин.

Европейской по духу эту картину, которая лишь на первый ошибочный взгляд кажется картиной про немытую Россию, делает сразу несколько обстоятельств. То, что она гуманистична. То, что она про человека, который находит путь к себе: европейцы подобное любят, и похожие картины, причем тоже сумрачные, замедленные, почти бессловесные, про одиноких людей в глуши любят снимать во всех северных странах от Исландии до Швеции. То, что она, как мы уже сказали, про эмансипацию: европейское сознание приемлет эмансипацию во всех видах. То, что в ней много бытовых деталей (это тоже особо ценит европейское киносообщество): героиня доит корову, смолит лодку, управляет дрезиной, устанавливает самодельную антенну на крыше хибары.

Главная же европейскость в том, что картина пронизана феминистской идеологией. До сих пор казалось, что ведущей киностраной, где существует особое женское направление в режиссуре, остается Франция.

Именно Франция породила Катрин Брейя, автора легендарных «Романса X» и «Порнократии», едва ли не самого неподцензурного режиссера наших дней. Именно Брейя имеет славу феминистки №1 современного кино, хотя на самом деле еще неизвестно, кого она, как все феминистки, не любит сильнее - мужчин или женщин. См. ее (выходившие у нас на DVD) «Узкий пролив» или «Мою сестру», она же «Толстушка».

Но выясняется, что новая феминистская киноволна накатывает из России. У нас в какое-то время и женщин-то в кинорежиссуре почти не осталось. После смерти нескольких знаменитых женщин-режиссеров советских времен только Кира Муратова (как классик авторского кино) и Алла Сурикова (как классик кино массового). Теперь имен много. Появились Анна Меликян, Оксана Бычкова, Таня Деткина, Мария Маханько и др. Пошли в режиссуру две знаменитые сценаристки Рената Литвинова и Авдотья Смирнова. Но нас сейчас интересует феминистская, или (выразимся обтекаемо) женская линия. Вера Сторожева - явный ее представитель: впервые прославилась как сценаристка едва ли не самой жесткой новеллы из провокативных «Трех историй» Киры Муратовой - «Девочки и смерти» про пятилетнюю девочку-суку-убийцу. Потом сняла ремейк фильма «Еще раз про любовь» - «Небо. Самолет. Девушка» с Ренатой Литвиновой в главной роли. Теперь вот «Путешествие с домашними животными».

Интересно, что новую женскую тенденцию в отечественном кино подметил и подчеркнул именно Московский кинофестиваль - даром что его призы не дают фильмам реальной путевки в жизнь. Два из трех отечественных фильмов конкурсной программы были от режиссеров-женщин. «Путешествию с домашними животными» Веры Сторожевой противостояла картина «Ничего личного» нашей персональной Катрин Брейя - Ларисы Садиловой: психологически проработанный, в меру детективный фильм, который, при всей ироничности, жестко навязывает идею, что все мужики - сволочи, а женщина обречена на роль жертвы.

Но что нам укорененность «Путешествия» в евроконтекст? Что нам евро, когда для внутренней жизни достаточно рублей?

Вот вам рубли, то бишь значимость фильма для отечественного зрителя. Все-таки хорошо, что кто-то снимает сегодня фильмы про неглянцевую и некриминальную (тоже фактически глянцевую) Россию. Делает кино как высказывание о жизни. Кино как настоящую литературу. Не ради корысти. Не ради развлечения. Кстати, кино формально не авторское, что в серьезном кино особая редкость: Сторожева ни в одном кадре не лезет на первый план со своим «я» («вот я какая гениальная!»), скромно прячется за сюжетом, персонажами, идеей.

Такие фильмы в какой-то момент стали у нас раритетом. А для стольных жителей скоро, поди, окажутся единственным источником информации об остальной части страны, которая живет совсем иначе. О России немытой, неденежной, не озабоченной карьерой и политикой. Впрочем, большинство стольных жителей на такой фильм и дубинкой не загонишь.



Источник: «Русский Newsweek», № 36 (160), 3 - 9 сентября 2007 ,








Рекомендованные материалы


Стенгазета
08.07.2020
Кино

Чего боится Джим Джармуш

Джим Джармуш создал киноколлаж из отсылок к поп-культуре, известным фильмам, актуальным проблемам и добавил в него немного самолюбования, замаскировав его под комедийный зомби-хоррор. Во многом режиссер цитирует сам себя, например, говоря об обществе потребления и продолжая то, что начал в «Выживут только любовники».

Стенгазета
17.06.2020
Кино

А дали правду

Главный герой «Гив ми либерти» - мигрант Вик. Он живет в штате Милуоки и водит автобус для транспортировки людей с ограниченными возможностями. В один из дней, когда Вик и так везде опаздывает, в автобусе вместе с американскими инвалидами оказываются русские пенсионеры-мигранты и все – хаос, столкновение менталитетов, абсурдные ситуации и главный герой, повторяющий в рацию мантру: «Буду через десять минут».