Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

19.09.2006 | Архив "Итогов" / Общество

Точку сборки изменить нельзя

Разве что с помощью дона Хуана, Каббалы, сатанизма и тяжелой музыки

Первое, что двадцатилетний Александр Опарин видит утром, - это петля из толстой веревки, завязанная по всем правилам висельного искусства и живописно подвешенная прямо над Шуриковой кроватью. "Об этом надо помнить", - монотонно, как он произносит все, говорит Шурик. С напоминания о том, что человек смертен, начинали разговор философы от Платона до Хайдеггера, но Шурик об этом не знает. Зато он знает о Карлосе Кастанеде, который призывает помнить не только, что человек смертен внезапно, но и что смерть всегда с тобой: "Она всегда стоит за твоим левым плечом", - цитирует Шурик.

"Ну и потом - здорово, - продолжает Шурик. - Просыпаешься и видишь: виселица. Ты отличаешься от всех остальных людей и ты помнишь об этом весь день".

Для Шурика петля имеет особое значение: подростком он несколько раз пытался покончить с собой. Теперь же, благодаря самодельному коктейлю из различных учений о магии, а также восточных религий и тяжелой "металлической" музыке, Шурик о смерти думает исключительно конструктивно, работает лаборантом на психфаке Санкт-Петербургского государственного университета, куда надеется этим летом поступить.

Книги Карлоса Кастанеды, американского антрополога, проведшего в 60-е годы шесть лет в подмастерьях у индейского шамана дона Хуана, были популярны в США в эти годы, позже завоевали Западную Европу. Культовый статус среди советской молодежи Кастанеда завоевал уже на излете самиздата, а в 1993 году появился отпечатанный типографским способом "полный" девятитомник Кастанеды, где в первом и втором томах он описывает, как дон Хуан руководил его экспериментами с галлюциногенными растениями, а в девятом - подводит итоги своего курса обучения. Новое поколение российских кастанедистов, в отличие от своих предшественников знающее Кастанеду не по "слепым" экземплярам, а по увесистым книжкам с цветастыми суперобложками, видит в учении не возможность обособиться от социума, а преуспеть в нем. Шурик, например, не тратит время на эксперименты с психотропными препаратами, а готовится к вступительным экзаменам.

"Я часто слышу от людей: "Нас Кастанеда спас", - утверждает тридцатисемилетняя Яна Парнова, сотрудница питерского эзотерического магазина "Роза мира".

По ее наблюдениям, стеллаж с книгами Кастанеды и соратников, а также видеокассеты "тенсегрити" (архитектурный термин, заимствованный кастанедистами для обозначения комплекса индейских гимнастических упражнений) привлекают к себе внимание большинства посетителей магазина. Сама Парнова всерьез взялась за Кастанеду три года назад, и это, как она уверяет, изменило ее жизнь: из скучавшей домохозяйки, пуще всего боявшейся оставаться одной, она превратилась в самостоятельную женщину, у которой есть свои интересы и своя работа. Муж и двое детей, правда, жалуются, что Яна не уделяет им внимания и даже стала к ним равнодушна. Парнова с этим согласна. "Так что Кастанеда помогает и тем, у кого были попытки суицида, и кто в детстве был недоласкан, депрессивным тоже", -  подводит итог она.

Двадцатилетнему Виталию Монастырскому, вышедшему на Кастанеду через Шурика, учение дона Хуана очень пригодилось в армии: "Легче стало, потому что он пишет, что человек борется с самим собой, а не с окружающими. Более спокойно начинаешь относиться к окружающим, когда "пересматриваешь" свою жизнь". Он имеет в виду переоценку всего происшедшего с человеком за всю его жизнь - обязательную ступень на "пути воина", как его описывает Кастанеда.

Другой юноша из Шуриковой тусовки, восемнадцатилетний Андрей Минаев, хвастается, что навыки, полученные благодаря Кастанеде, помогают ему выйти из сложных ситуаций. Особенно по душе ему "сталкинг" - в учении дона Хуана это технология изменения собственного образа. Например, когда Андрей, начинающий режиссер и актер, задолжал крупную сумму "Ленфильму", он, по его утверждению, сумел все уладить, убедив окружающих, что является состоятельным молодым человеком, который способен привести на студию спонсоров. Деньги так и не появились, но Андрей продолжает работать на студии.

 

Сам себе нагваль

Вряд ли Карлос Кастанеда предполагал, что труд его жизни, дойдя до России, послужит теоретической базой для банального жульничества. Но если в Америке он и его соратники способны хоть в какой-то мере участвовать в "постлитературной" жизни дона Хуана - Кастанеда проводит огромные семинары, его центр издает книги и видеокассеты, - то в переложении на русский его учение подчас изменяется до неузнаваемости. "Полностью следовать ему все равно нельзя, - резонно говорит Андрей. - Путь мага требует нагваля (учителя. - "Итоги" ). Где его взять?" Впрочем, Андрей отчаиваться не стал: придумал себе индивидуальный комплекс "упражнений" (каких - секрет) и приступил к работе над собой. Результатами, судя по всему, доволен.

Яна тоже сперва сочла, что книги Кастанеды - скорее увлекательная беллетристика, чем руководство к действию. "Я думала, что то, о чем он пишет, происходило не с физическим телом, а с телами сновидения, - вспоминает она. - И потом, я никак не могла найти "места силы" в Петербурге".

Места силы позволяют изменить "точку сборки". А в воображаемой точке сборки сосредоточены привычные представления о мире.

Года три назад Яне повезло: навещая родственников в Бресте, она познакомилась с молодым человеком, работником морга, в котором узнала своего нагваля. "Как он перемещает мою точку сборки!" - восхищается она. И как? "Ударит меня меж лопатками - и все". Теперь Яна делает "упражнения" со сновидениями и по мере возможностей пытается делать тенсегрити. Места силы, кстати, тоже нашлись: на одном только Московском проспекте их, оказывается, два - например, перед зданием Союза пушнины.

Виталий и Шурик, по их признанию, тоже тоскуют по нагвалю, но отдают себе отчет в том, что если подобающий учитель все еще не появился, значит, на то нет воли Орла.

Пока же они исправно занимаются тенсегрити (у Виталия получается лучше - он бывший каратист), обмениваются опытом и книгами и указывают друг другу на замеченные недостатки. Виталий, например, недавно уличил Шурика в том, что тот в общении все время "раскатывает телеги" - настойчиво убеждает окружающих в собственной правоте. Это действительно как-то не по-индейски.

Если не в правоте, то в абсолютной серьезности Шурика никто из окружающей его тусовки не сомневается. Шурик самостоятельно, тщательно, путем проб и ошибок нашел свой путь. Во время нашей беседы в Шуриковом закутке, выгороженном двумя шкафами, со стены, обвешанной плакатами, вдруг падает пентаграмма и, описав шуршащую дугу, ложится на постель аккурат под висельной петлей. "Ах да, - без выражения говорит Шурик. - Я забыл вам сказать, что одно время я был сатанистом". Сатанизм разочаровал Шурика своей элементарной черно-белостью: "Просто все плохое начинают называть Богом, а все хорошее - Сатаной". Впрочем, есть молодые люди, которые находят, что сатанизм выгодно отличается от других "энергуйских" направлений.

Свою нынешнюю принадлежность к молодежным субкультурам Шурик обозначает так: "Я вообще металлист и еще имею отношение к растаманам и хиппи".

Тяжелая музыка, находит Шурик, дает ему толчок к самопознанию. Что же касается духовной жизни, то в ней Кастанеда гармонично сочетается с Каббалой и современным индуизмом. Шурик систематически вычленяет то общее, что можно найти в этих направлениях и, объясняя мне, терпеливо чертит схемы различных влияний и состояний сознания.

Виталию - тоже металлисту - тяжелая музыка, правда, ничего, кроме "хорошего настроения", не дает. А в духовной области, говорит он, "нравятся практически все учения, которые имеют под собой мистическую основу".

"То есть те учения, которые имеют под собой конкретный опыт другого вида сознания", - поясняет Шурик.

 

Игра в бисер

Самопознание по системе "сам себе нагваль" приводит к несколько неожиданным интерпретациям учения дона Хуана. Так, например, видеокассеты тенсегрити, на которых в оригинале строгое молчание только время от времени прерывается необходимыми объяснениями упражнений, в процессе переработки для русскоязычного зрителя приобрели завлекательное музыкальное сопровождение. А в переводах текстов Кастанеды заметно переместились акценты: например, абсолютно обыденное английское выражение "self-importance" превратилось в базовое понятие учения - "чувство собственной важности". Возможно, стойкая популярность Кастанеды в России объясняется и тем, что в русском девятитомном флаконе слиты мистическое учение дона Хуана и обширный словарь терминов, непонятных читателю-неамериканцу.

Есть по крайней мере одна отечественная организация, которая, отчасти под влиянием Кастанеды, задалась целью систематически проделать именно это: объединить все достижения человеческого разума и духа в единый и неделимый "концепт".

В разных кругах Санкт-Петербурга ходят слухи о некоем секретном сообществе, воплощающем в жизнь учение Карлоса Кастанеды.

В действительности же существует клуб, не секретный, а лишь сохраняющий подобающий налет таинственности, под названием "Игра в бисер", по одноименной и тоже некогда культовой книге Германа Гессе, описывающей общество будущего, элите которого удалось собрать все знания и таланты человечества в одну игру. Для героя книги, правда, поиски истины завершились трагически.

Клуб "Игра в бисер" образовался лет шесть назад вокруг Сергея Степанова, философа, читавшего тогда лекции по герменевтике учения Кастанеды. Сегодня половине членов клуба нет и 25. Клуб собирается на еженедельные обсуждения великих текстов - Библии, Кастанеды, мифов Древнего Египта, сопровождающихся сеансами медитации. По выходным "игроки" выезжают на природу, где под руководством своего нагваля, то есть кардинала игры, делают дыхательные упражнения.

Летом клуб отправляется в велосипедные путешествия по Средней Азии, где возможности "сталкинга" просто неограниченны.

"Деятельность клуба носит, с одной стороны, просветительский характер", - объясняет Людмила Якимова, чья клубная кличка Нелида заимствована из Кастанеды; все члены клуба присваивают себе многозначительные прозвища, которые время от времени меняют. Нелида получила поручение от кардинала разъяснить журналистам работу "Игры в бисер": члены ордена (то есть не рядовые, а продвинутые члены клуба) обязаны беспрекословно выполнять поручения кардинала. Впрочем, по утверждению Нелиды, поручения раздаются нечасто и выполняются играючи: ведь это игра. Еще, говорит она, изложение всех идей в клубе должно быть ясным и веселым. Но по увесистому журналу клуба (вышло уже 24 номера), изобилующему терминами типа "перцепция эманации", это не очень заметно.

"Многим не хватает знаний о мире, о себе, о целеполагании, - объясняет Нелида. - Но главное - это познание истины, познание себя, разумное участие в обществе и культурных процессах. В общем, мы здесь решаем вопросы о том, что такое культура, что такое человек".



Источник: "Итоги", №23, 10.06.1997,








Рекомендованные материалы



Перехваты перехватов

Мы живем в неофольклорную эпоху, когда такие почтенные фольклорные жанры, как слух, сплетня, «оценочное суждение», донос в прокуратуру, самая очевидная (как в данном случае) фальшивка ничем не отличаются от «реки по имени факт». А если и отличаются, то в не выгодную для упомянутой реки сторону. Для этого положения вещей был придуман подловатый термин «постправда».


Приключения знаков

Мы жили не столько в стране советов, сколько в стране полых, ничем не обеспеченных знаков. Важно ведь не то, что есть, а то, что должно или по крайней мере могло бы быть. Важно не то, что обозначено посредством знака – важен и в известном смысле самодостаточен сам знак.