Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

29.07.2005 | Опера

«Кольцо» подсветили

Тетралогию Вагнера показали Москве

В течение четырех вечеров оперная труппа Мариинского театра представляла на сцене Большого театра одно-единственное «многосерийное» произведение, беспрецедентное в истории музыкального театра: тетралогию Рихарда Вагнера «Кольцо нибелунга», состоящую из четырех опер: «Золото Рейна», «Валькирия», «Зигфрид» и «Гибель богов». Этими спектаклями завершились очередные обменные гастроли Большого и Мариинского театров, включенные на сей раз в программу XVIII международного фестиваля искусств «Звезды белых ночей».

Показ мариинского «Кольца» в Москве анонсировали как историческое событие. По существу, это справедливо. Несмотря на то что отдельные части вагнеровской тетралогии успешно ставились в России, весь цикл целиком наши театры исполняли лишь в начале ХХ века.

Сказать, что на сей раз «Кольцо» в Мариинском театре именно поставлено, было бы преувеличением. Несмотря на то что в программках значатся имена режиссеров-постановщиков Иоганнеса Шаафа и Владимира Мирзоева, а также сценографов Готфрида Пильца и Георгия Цыпина, результаты их деятельности не являют собой ни художественного решения пространства, ни каких-либо образов, ни мизансцен, хоть сколько-нибудь примечательных, а тем более связанных с действием.

В «Зигфриде» и «Гибели богов» нет даже попыток выдать происходящее на сцене за спектакль. Она просто ограждена светлыми экранами, на ней высятся странные статуи и их обломки, персонажам решительно нечем себя занять, кроме собственно пения. Можно смотреть на переливы света дивной красоты: малиновые, янтарные, лазурные, изумрудные, сиреневые сполохи меняются чуть ли не в каждом такте, а временами красным мигают и всевозможные части статуй.

Впрочем, в отношении такого трудоемкого произведения, каким является «Кольцо», прежде всего важно, как справляются с музыкальным материалом исполнители. В данном случае они с ним именно справляются: где-то с большим напряжением, где-то с меньшим, так что рассуждать о нюансах и привередничать не приходится. Надо отдать должное тому, что явных потерь нет, и поблагодарить за самоотверженность. В ситуации, когда ведущие театры мира собирают певцов для «Кольца» со всего света, здесь в собственной труппе находят аж двух Брунгильд - Ларису Гоголевскую, в чьем исполнении воинственная дочь верховного бога Вотана предстает трепетной и романтичной, и Ольгу Сергееву, чья Брунгильда даже в драматичнейших сценах измены мужа-героя не теряет царственности и звучности мощного голоса.

Партию главного действующего лица всей тетралогии Зигфрида успешно одолевает Леонид Захожаев. Его голосу удается не только не потонуть в потоках звучания оркестра, но временами и передать мальчишескую удаль своего героя, которого воспитатели забыли ознакомить с понятием страха. Впрочем, оркестр располагает к себе как раз не мощью, а проникновенными оттенками пианиссимо, которые хоть и редко (как, например, в знаменитом эпизоде «Шелест леса»), но все же украшают сбалансированный, аккуратно направляемый и в основном ровный, как бесконечное шоссе, звуковой поток.



Источник: "Газета", 6.06.2005,








Рекомендованные материалы


Стенгазета
11.10.2019
Опера

Верди такого не писал. Fashion-opera «Аида»

Главный режиссер Новосибирского театра оперы и балета Вячеслав Стародубцев чувствует себя как дома. За три года, которые он является главным идеологом и музыкальным постановщиком он успел поставить оперный квест «Турандот», fashion-оперу «Аида», опера (ПАДЕЖ) «Пиковая дама. Игра» , триллер-оперу «Бал-маскарад» и оперную дегустацию «Любовный напиток» (2017) — режиссер, как он говорит сам про себя, «любит придумывать дополнения к названию».

09.10.2017
Опера

Вим Вендерс дебютировал в опере

Теперь в версии Вендерса, Баренбойма, художника по свету Олафа Фрезе и сценографа Давида Регера музыка эта сама как природное явление, нечто, что само, как океан Солярис в фильме Тарковского, способно породить и людей, и истории.