Авторы
Так и было. Все и было напрасно, кроме, конечно, различных художнических усилий. А усилия эти были необходимы для того, чтобы ярким художественным языком еще и еще раз сообщать друг другу о том, что эти усилия напрасны. Как и все остальное. Такой вот отчасти комический парадокс, на котором, кстати, во многом и держится то, что принято называть искусством.
Марлен Монтейро Фрейтас, молодая, но уже знаменитая сегодня хореограф, родившаяся в Кабо-Верде, учившаяся в Брюсселе и работавшая со многими известными постановщиками современного танца, в частности в Шармацем, в этом году на венецианской танцевальной биеннале получила «Серебряного льва» за свой прошлогодний спектакль Bacchae - Prelude to a Purge с живыми музыкантами, античными сюжетами, экспериментальным вокалом и многим другим.
Вместо перепалок в соцсетях конструктивнее было бы выявить глубинные противоречия в подходах к самым базовым, основополагающим ценностям. Это могло бы помочь осознать глубину раскола, развести стороны, и — как ни странно — начать поиски компромисса.
Осенью маму снова привели в школу, но к этому времени она уже могла общаться на русском языке. Но школа для мамы была не в радость, ее обижали как дети, так и учителя. Дети вешали ей на спину записки с надписями «фашистка», а учительница издевалась над ее произношением или ошибками в диктанте.
Это, разумеется, не означает, что мозг в принципе непостижим, а нейробиология – лженаука. Но вот скорой расшифровки механизмов работы мозга лучше не обещать – судя по всему, мы сегодня ненамного ближе к этому, чем сто лет назад, во времена Чарлза Шеррингтона и Ивана Павлова.
Однако на практике писателю удается каждый раз пройти буквально по самому краешку и удержаться как от падения в пропасть сентиментальности и фальши, так и от взлета в выси отчаяния. Словом, если на свете существуют добрые книги, способные неизменно трогать душу читателя набором одних и тех же нехитрых приемов, то книги Бакмана — совершенно точно из их числа.
Дедушка помнит, как в их землянку под вечер зашла женщина, тоже переселенка. Она принесла кусок черного мерзлого хлеба и угостила детей. Но он был такой твердый, что его рубили топором, поделив на каждого. Женщина поведала, всех мужчин в возрасте от 15 до 60 лет и женщин, если у них не было детей до трех лет, призывают в трудармию. После она сказала маме дедушки, чтобы та готовилась – ее четверых детей призовут в трудармию. Так и случилось.