Авторы
Сегодня многие из российских граждан, включая самых творческих отказываются изменять ситуацию, даже не пытаются сопротивляться, медленно привыкая к устойчивой негативной эмоции. Меж тем опыт консолидации усилий все же доказывает, что упорство, воля и уверенность в своей правоте могут привести к победе. И даже если победа придет не скоро, смысл бороться, отстаивать разумные позиции еще и в том, чтобы просто чувствовать себя человеком.
В Калужской области нами не было записано ни одного воспоминания, где бы немцы рисовались убийцами, насильниками и пр. В Боровском и Малоярославецком районах жители не раз отмечали случаи нормальных, даже человеческих отношений между хозяевами и непрошеными постояльцами.
Александр Миндадзе: "Я не стремлюсь специально к сложности, мои фильмы, как мне кажется, абсолютно понятны тем, кто, даже не являясь профессиональными зрителями, просто интересуется кино, что-то читает. Можно сказать, что это "продвинутый зритель". Я согласен: пусть будет такое определение. Но если бы я попытался быть "понятным для всех", из этого не получилось бы ничего хорошего."
Если про одного из двух спорящих я знаю мало или не знаю ничего, но зато про второго я (опять же на основании его репутации и собственного опыта) я давно и твердо знаю, что он практически всегда врет, то я, — просто методом исключения, — скорее поверю первому. Хотя доказательств у меня, конечно, нет.
Здесь чрезвычайно показательно то, какой короткой оказалась дорога ядерного шантажа. В условиях, когда мировое сообщество проявило известную твердость и не пожелало идти на уступки, северокорейский лидер был обречен всякий раз повышать планку угроз, чтобы не показаться смешным. Что же теперь, после фото с боеголовкой – наземный ядерный взрыв? Я бы не исключал и такого поворота событий…
Стиральные и посудомоечные машины, холодильники и замороженные полуфабрикаты, кухонные комбайны и хлебопечки, постоянное увеличение площади жилища и прочие целлулоидные радости — все это, по мнению американского социолога Бетти Фридан, маскировало отчаянье и растерянность огромного числа американских женщин. С поразительной жесткостью (чтобы не сказать жестокостью) фиксирует она тревожные тенденции в современном ей обществе: рост числа самоубийств среди женщин, резкое падение успеваемости среди девочек старше 15 лет, увеличение числа нервных срывов, неврозов и психозов, а также сопутствующий им рост спроса на антидепрессанты.
Мы потратили первую половину XX века на то, чтобы перечеркнуть всю жизнь до революции, и посвятили конец XX века восстановлению этой же самой истории. Поколение следующего века, предпочло ту историю, где не перечеркивают прошлое, а принимают его и пытаются сохранить его хотя бы в виде музейных экспонатов.