Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

26.03.2019 | Анимация / Интервью

Иногда я говорю себе: “Ира, ты же понимаешь, что из ящика появится то, что тебе надо”

Разговоры с дебютантами: Ира Эльшанская

С Ирой Эльшанской мы познакомились в 2014-м на Кроке, куда она приехала как студентка Иерусалимской академии искусств «Бецалель». Это не редкая история, когда наши соотечественники, эмигрировавшие когда-то или не так давно уехавшие учиться за границу, впервые входят в российскую анимационную среду как иностранцы, приезжая на отечественные фестивали. На «Кроке» Ира показывала свой курсовой фильм-этюд «Белое золото» с глиняной анимацией –грубоватой, сырой и очень выразительной. В следующий раз Ира приехала уже с дипломной работой – лирической историей о взаимоотношениях с отцом «Теплый снег», где одним из материалов тоже была глина. В «Теплом снеге» очень чувствовалась личная история, кроме того героев озвучивали сами Ира и ее папа, и те, кто их знал, сразу узнавали персонажей. История была о московском детстве и юности -  со снегом из сахара, типовым видом спального района из окна и телевизором, бормочущем что-то знакомое. Но ничего специально российского в фильме не было – он много поездил по фестивалям и получил немало иностранных призов. В Суздале в 2015-м «Теплый снег» получил приз за лучший студенческий фильм и в качестве дополнительной награды возрождающийся Союзмультфильм пригласил лауреатку к себе снять дебютное авторское кино. И Ира, до того планировавшая оставаться жить и работать в Израиле, вернулась в Москву. Ее дебют «Белоснежье» показали на Суздальском фестивале в 2018-м году – метафорическое кино о глиняном человеке в белоснежной комнате без дверей. Человек был измучен тем, что пачкает все вокруг, а когда в отчаянье пробивал стену, обнаруживал там другую комнату, где такой же человечек не пытался оттереть грязь, а наоборот, рисовал на стенах яркие картины. «Белоснежье» тоже активно двинулось по фестивалям и стало получать призы. В частности, в Суздале он получил диплом в дебютной категории и на БФМ - третье место среди российских премьер. Меж тем  от Иры постоянно приходили новости:  она пускалась в самые разнообразные проекты, делала какую-то кукольную передачу для кабельного телевидения, снимала сериалы, образовательные фильмы, участвовала в конкурсах и постоянно фонтанировала идеями. Обо всем этом мы и поговорили.

 

- Я начала заниматься скульптурой в 8 лет. Я училась в еврейской школе и там был такой преподаватель Марат Рувимович Бабин, он был чудесный человек и не сюсюкался с детьми. Он не задавал никогда никаких рамок, дети просто творили, а он пытался вести. Он в меня очень верил. А еще в школе у нас был видеотехнологический класс и я занималась монтажом, съемкой видео - я это дико любила, сидела в монтажной до середины ночи. В конце школы у меня было много стенаний: кем же я хочу быть? И после окончания первого курса текстильного университета, где я училась на художника по тканям (это было очень скучно), я вдруг подумала: я люблю лепить и рисовать, снимать видео и монтировать, почему бы мне не заняться анимацией? Я хочу заняться анимацией, о боже, я хочу заняться анимацией! Это стало очевидно в одну секунду и невероятно как поздно это ко мне пришло.  Я стала искать студентов, которые учатся анимации, чтобы понять, где же я хочу учиться. Про Вгик не очень хорошо отзывались, в ШАР не было набора в тот год, и, так как была сильная связь с еврейской общиной,  я узнала, что анимации учат в иерусалимской академии Бецалель. Так что в конце второго курса текстильного я бросила все и поехала учиться в Израиль. Там я училась в Бецалеле на факультете экранных искусств по  комплексной специальности «анимация», где учат режиссеров, художников и мультипликаторов.

- Те фильмы, которые вы снимали, когда учились , они были продолжением вашей школьной работы с глиной?

- У нас на первом курсе можно было с чем угодно работать -  курсовая у меня в перекладке. На втором курсе мы обязательно делаем все рисованное.


Connection from Ira Elshansky on Vimeo.

А на третьем курсе в  первом семестре, преподаватель Рони Орен хотел нас раскрыть.  Он очень любит экспериментальную анимацию и каждую неделю нам надо было экспериментировать с техникой. Не важно содержание, в любой технике, нужно было сделать 6 секунд анимации. И я к концу первого семестра третьего курса решила попробовать глину. Я до этого давно уже не занималась скульптурой и тут поняла, как я чувствую этот материал.  Когда я принесла это упражнение, все просто были в шоке. На третьем курсе во втором семестре надо было сделать аж две работы – первую музыкальную и вторую игровую, и я сделала два глиняных мультфильма. Первый, музыкальный мультфильм, минутный, я сняла за полтора вечера. Он всем очень понравился, даже Рони говорил: давай будем ее отправлять на фестивали. Хотя в Бецалеле обычно только дипломников отправляют. Но у меня нет там прав на музыку, поэтому  я ее никуда не рассылала.



Nameless from Ira Elshansky on Vimeo.

А для второй работы мне пришла в голову идея про корову, где нужна была сверх реалистичная анимация. Первый месяц делаю, второй – ничего не получается, мне все не нравится. Я  всю ночь перед показом монтировала, беру с собой компьютер, поставила в иерусалимском трамвае рендер, надеясь, что он не случится, и не придется показывать этот ужас. Но фильм понравился! И его тоже стали рассылать по фестивалям.

-       Это был тот фильм, с которым вы впервые были на Кроке в 2014 году?



White Gold from Ira Elshansky on Vimeo.

-       Да. И было логично, что диплом я тоже буду делать из глины. И я решила: вот я сейчас за недельку все сниму, я ж так быстро снимаю анимацию. Но в результате эти съемки растянулись  на два месяца.


Warm Snow from Ira Elshansky on Vimeo.

И  когда я начала снимать свой дебют на Союзмультфильме, я подумала: ну ладно, я два месяца снимала диплом, сейчас я за три месяца быстренько сниму. А это растянулось еще больше. Чем старше я становлюсь, тем выше у меня к себе требования и все сложнее им соответствовать. Этот фильм я снимала 9 месяцев.

-       Действительно,  когда вы закончили в Бецалеле учиться, вы собирались в Израиле оставаться? А когда вам Союзмультфильм предложил как победителю, студенческого конкурса в Суздале снимать у них  дебют, вы из-за этого решили вернуться?

-       Это было одной из причин. Но окончательной причиной было открытие курсов Михаила Алдашина при Союзмультфильме. Я поехала туда учиться, но довольно быстро ушла с этих курсов -  стало понятно, что мне не подходит эта рамка, я вообще свободолюбивый человек, но мне уже было очень хорошо в Москве и я решила остаться.  Я на Кроке, когда я там была с “Коровой” познакомилась с Васей Чирковым. И Вася говорит: когда будешь в Москве, приезжай к нам на студию, с Юрой познакомишься. А про Юру Богуславкого я знала до этого, я у него узнавала через общих друзей как учиться в ШАРе. Это была зима, я приехала на студию “Пчела” и у Юры шел второй год производства “Кораблей прошлых лет”. Юра говорит: “Ну вот, денег на метро нет, мы на велосипеде сюда приезжаем, не очень долго, минут 40, на еду тоже денег нет, овсянку едим”. И я подумала: “Боже, эти люди живут искусством, я тоже так хочу!” и накаркала себе судьбу.

-       Но вы же все время берете какие-то проекты, вы же зарабатываете своей профессией?

-       Периодически зарабатываю, а периодически родители помогают мне. Из-за того, что производство фильма на СМФ очень растянулось, я какое-то время была совсем без денег. Вот последняя халтура которую я делала – это был ролик на 45-летие тренера по хоккею, где дети читают ему стихотворение. И я думаю в следующий раз, если я когда–нибудь еще за такое возьмусь (а надеюсь, никогда), я возьму отдельный гонорар за то что переделанный ремикс песни о Чебурашке, который поют дети, не умеющие петь, навсегда остается в твоей голове. Хотя очень милый тренер и видно, что дети его очень любят. В общем, по-разному бывает.

-       Теперь о последнем фильме. Он выглядит очень обобщенно-метафорическим и я не совсем понимаю, что означает его финал, но знаю, что это связано с каким-то личным опытом.

-       Я всю жизнь была приверженцем очень личного искусства. И все мультфильмы, которые я делала до этого, - интерпретация моих внутренних переживаний. В какой-то момент мне пришла в голову эта идея и я подумала: боже, я буду снимать философское занудство, какой ужас. Идея звучала так: в одной комнате есть глиняный человек, который все пачкает. Из ящика ему достаются инструменты, которые помогают ему отмыть грязь. И по замыслу в конце концов там было жестче: он размазывает себя по стенам от того, что ничего не выходит, а в соседней комнате все стены разрисованы. Так звучала изначальная идея. Она пришла довольно законченная, и я подумала, что мне ее хочется сделать. И я поняла, почему мне ее хочется сделать, хотя  я не такой уж приверженец философских фильмов. Метафора о ящике, который выдвигается и предлагает тебе все, что у тебя в голове, помогает мне самой, когда в жизни происходят какие-то трудные ситуации. Иногда я говорю себе: Ира, ты же понимаешь, что из ящика появится то, что тебе надо.

-       То есть не мир откликается на нашу потребность в чем-то, а мы сами и есть этот ящик?

-       Основная идея в том, что все у нас в голове. Я буддист, я много медитирую, в моем миропонимании абсолютно точно все у нас в голове. И эту идею фильма можно интерпретировать по-разному. Для меня первый человек – это то, как я себя ощущала раньше, а второй человек – это то, к чему я стремлюсь, как я хочу себя ощущать. Я и живу счастливой жизнью и сама кузнец своего счастья.

Когда пришла в голову эта идея, мне было очень важно соединить общее с личным. Я очень испугалась, что у меня не получится сделать персонажа. Ведь он без отличительных признаков, непонятно кто он, но мне было очень важно, чтобы было сопереживание , мне кажется, это то, чего не хватает очень многим философским фильмам. Ты смотришь отстраненно: а, вот, автор хотел сказать вот это! Мне важно было пробить эту стену,  того, что с одной стороны это философское, а с другой стороны это личное.

-       Герой сам очень симпатичен в том как он двигается, реагирует, в этом смысле там есть конкретность, поэтому персонажу безусловно сопереживаешь, но история не до конца понятна. Я вот думала, что он из одной камеры попал в другую, пусть даже разноцветную. После ваших объяснений я понимаю, что вы имели в виду, но в фильме для меня это не было очевидно.

-       У меня еще был вариант с совершенно другим финалом, который я отрезала в самом конце, две минуты полностью отснятые и смонтированные, резала по живому. Я еще смеюсь, что мой мультфильм до обрезания длился 7.40.

-       Вижу, что еврейская тема продолжается. Я думаю, ваши израильские однокашники завидуют вашей творческой биографии, поскольку у них меньше возможностей.

-       Да, но я недавно узнала, что одна моя одногруппница получила финансирование во Франции, другая в Анси победила на питчинге и тоже делает во Франции фильм, так что те, кто фильмы хотят делать, они уезжают.



Whiteland teaser from Ira Elshansky on Vimeo.

-       Вы ведь и после авторского фильма с Союзмультфильмом не расстались?

- Нет. Я пошла работать на сериал “Оранжевая корова”, в идеале мне хотелось бы делать свой творческий проект, потому что я чувствую что у меня есть такой внутренний запрос. Но было очень интересно  поработать в классной команде.

 - Расскажите, что произошло со времени  последнего Суздаля, где показывали “Белоснежье”?

- Это был очень интересный, непростой, разнообразный год. В январе я за две недели сделала мультфильм "Интервью" к конкурсу "Зиме дорогу". После тяжелого и долгого "Белоснежья" "Интервью" делалось с легкостью, удовольствием, на одном дыхании. Я написала сценарий за десять минут, записала озвучку на веб камеру и приступила к работе. Мне даже повезло и я выиграла конкурс.

- Что это за конкурс?

- Он направлен на популяризацию катания на велосипеде зимой, его проводила команда Let's bike it. За четыре года, кстати, для него много отличных мультфильмов сделали. Приз был 1000 евро и участие в «Бессонице».



The Interview from Ira Elshansky on Vimeo.

После этого я сделала еще один экспресс мультфильм - подарок на юбилей одному другу по заказу его жены. Мне очень понравилось соединять факты, рассказанные Аней о Мише в абсурдный сценарий. Мультфильм должен был быть длительностью одну минуту, а получился две. Поэтому я бежала без оглядки, а, в конце, ближе к юбилею, пришлось даже просить друзей о помощи.


Skazka from Ira Elshansky on Vimeo.

Сразу после этого я участвовала как со-сценарист и режиссер в мультфильме про Виктора Франкла по заказу Московского Института Психоанализа - "Будущее Логотерапии". Самое интересное - это  была команда профессионалов. На протяжении всего проекта было ощущение поддержки и слаженности.



Logotherapy from Ira Elshansky on Vimeo.

- Ну а как работа в команде «Оранжевой коровы»?

-  Сначала было нелегко. Совершенно новый опыт, не смотря на то, что я уже делала аниматики для сериалов, рука была «не набита", в особенности когда надо подстроиться под существующий стиль, сильно отличающийся от того, что я привыкла делать. Первые полтора месяца я бесконечно переделывала и все время чувствовала, что все еще плохо. В какой-то момент я почти сдалась, но наши художественные руководители и коллеги были терпеливы и поддерживали меня, а природное упрямство помогло мне перерасти себя. Я чувствую, что профессионал внутри меня стал окреп и зашагал уверенно. Сейчас в производстве моя вторая серия, а первая, «Папины Помощники», уже в сети.

- Значит, будете продолжать снимать «Оранжевую корову»?

- Cразу, как доделаю вторую серию, ухожу на новый проект, уже начала им заниматься как художественный руководитель и креативный продюсер. Я пока не могу рассказывать, что именно это будет, но моя давняя мечта соединить благотворительно-социальную тему и анимацию, кажется, осуществляется. Много лет назад, до того как заниматься анимацией, я много занималась благотворительностью. Я координировала волонтерскую службу, мы делали всякие мероприятия, сборы средств и благотворительные аукционы и это было для меня очень важно. А потом когда в моей жизни появилась анимация, количество времени, которое я уделяла благотворительности практически сошло на нет, я всегда с открытым ртом и воодушевлением смотрела на проект «Летающие звери» в Петербурге, я сделала для них один аниматик, но  чувствовала, что этого недостаточно, мне хотелось, чтобы со мной тоже что-то такое происходило. И летом как раз я окончательно сформулировала, что я хочу быть художественным руководителем желательно сериального проекта, часть выручки которого идет на благотворительность и желательно чтобы там была еще социальная составляющая. Но я ничего конкретного не предпринимала для того, чтобы осуществить эту идею, пока из ниоткуда не появился человек, который хочет делать сериал, часть средств от которого идут на благотворительность и в котором будет социальная составляющая. Я расцениваю это как чудо, хотя мы еще ничего еще не сделали. Но у меня очень много вдохновения и я приложу все силы, чтобы это был проект, который мне бы самой хотелось смотреть, и чтобы людям хотелось его смотреть, и чтобы он еще и приносил пользу. И еще я бы хотела использовать повод и кинуть в анимационный мир сообщение о том, что на этот проект мы очень ищем суперталантливого художника-постановщика, а в последствии нам понадобятся и ассистенты художника, и аниматоры и так далее, поэтому имейте меня в виду. Волнуюсь, конечно, но чувствую, что все сложится.

 









Рекомендованные материалы



«Когда эти круглые смешарики вдруг ожили, меня накрыло счастье и я поняла: я хочу заниматься этим».

Наталья Мирзоян: "Это, знаешь, как зависимость, вот игроманы – они же сидят за компом, им не оторваться от игры, и тут тоже так, когда начинаешь анимировать… И бывало, что работаешь, например, до семи утра, не потому что хочешь работать, а потому что пошло. Залипла. Мне кажется, у всех кто действительно аниматор, бывает это состояние".


«Я стала думать, что у человека была детская травма от старушек…»

Режиссер анимации Анна Юдина: "Я шла по улице и увидела на остановке автобус стоит, бежит бабушка и автобус ее явно ждет. Я была уверена, что он ее сейчас дождется, она сядет и поедет. А на самом деле автобус дождался, когда она добежит до двери, захлопнул двери и уехал".