Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

17.10.2018 | Анимация / Интервью

Моисей бьет чечетку

Нина Пэйли, автор анимационного хита "Сита поет блюз", снова в одиночку сняла полнометражный мультфильм "Седер-Мазохизм" , стравший средоточием самых актуальных тем сегодяшнего дня от религии до феминизма

   
Нину Пэйли с того времени, как она в одиночку сняла полнометражный мультфильм «Сита поет блюз», называют one-woman-band, а саму «Ситу» в одном из кино-топов недавно включили  в первую десятку лучших киномюзиклов всех времен. Тогда, 10 лет назад, Нина построила фильм на истории разрыва Ситы и Рамы из «Рамаяны», положенной на любовные песенки 20-х годов, сопроводила его обсуждением странностей этой истории со своими американскими друзьями индийского происхождения, и соединила индийский сюжет с рассказом о расставании со своим бойфрендом. В этот раз Нина в качестве центрального сюжета берет еврейский пасхальный Седер – ритуальную трапезу накануне Песаха, во время которой принято рассказывать о событиях книги Исход, сопровождая каждый эпизод каким-то символическим блюдом.


Историю выхода евреев из египетского рабства она рисует все в том же насмешливо-непочтительном ярком дизайне, в каком рисовала «Ситу». И также Моисей, евреи, фараон, египтяне, первосвященники, а также овцы, ослы и прочая живность, бьют чечетку и поют хиты от Армстронга (как же в этом сюжете без Let my people go?) до Леннона, Led Zeppelin, и даже Далиды с ее  Paroles, paroles.  Сам ритуал тем временем рассказывается сладким голосом радиоведущего с записи 1955-го года -  на экране он принадлежит Христу с картины «Тайная вечеря» испанского художника 16-го века Хуана де Хуанеса.
Когда Нину в интервью как-то спросили, почему она решилась взяться за этот сюжет, она   рассказала, что сразу после «Ситы» стала получать огромное количество «хейтерских» писем с ядовитыми советами не соваться в чужую религию и лучше сделать кино о своей (как это узнаваемо!).

Тут она и решила снять кино о пасхальном Седере, хотя, как смеется Нина: «они, конечно, думали, что я христианка».  Нина не религиозна, но седер (также, как пасхальную трапезу в России), устраивают  многие нерелигиозные семьи, просто как дань еврейской традиции и возможность рассказать детям об истории народа. Погружаясь в события книги Исход, которые ей по детским воспоминаниям о празднике, казались радостными (Ура! Свобода!), она обнаружила, что это очень кровавая история (одни только десять казней египетских чего стоят).  И в фильме на полях сюжета стали возникать ее достаточно жесткие комментарии по поводу цены войн за свободу и свою землю -  на эту тему Нине было что сказать и по-поводу евреев, и мусульман, и христиан. И это делает ее кино не только смешным и глумливым, но страстным и гневным. Тут, пожалуй, главным в ряду стал эпизод со старой песней Пэта Буна  This Land is mine в трактовке ровно противоположной традиционной:   бесконечная цепь убийств на Святой земле, начавшаяся с древних людей и до сегодняшних армий, доходит до того, что сама Смерть провозглашает «Это моя земля».


This Land Is Mine from Nina Paley on Vimeo.

Третьим, снова, как и в «Сите» очень личным сюжетом, в «Седер-Мазохизме» становится ее разговор со своим  пожилым отцом. На экране голосом Хирама Пэйли говорит Бог-отец, вот только лицо у него как будто вырезано из доллара. А голосом Нины ему отвечает смешная жертвенная козочка  - похоже именно так или чем-то вроде «паршивой овцы» чувствовала себя свободная и беззаконная младшая дочь-аниматор в профессорской семье. Отец рассказывает дочери о своих еврейских корнях, домашней традиции праздновать Cедер Песах, беспокоится  о том, что она ведет безалаберную артистическую жизнь, когда-то бросила колледж, не имеет твердой зарплаты и так далее. Этот разговор Нина записала в 2012-м году, за три месяца до смерти отца, и на мой взгляд, именно он переводит «Седер-Мазохизм» от гневных политических заявлений к очень откровенной и личной интонации размышлений о собственной идентичности. К попытке Нины понять, что значит для нее еврейство, ее корни, связанные с домашними традициями и с религией, которая выглядит в ее глазах все более проблематичной, и ее семья, против требований которой она бунтует так же, как ее отец в юности бунтовал против религии в своей семье. 
Есть в этом фильме и обнимающий все, «рамочный» сюжет, возникший, как я понимаю, на последнем этапе. И он феминистский: почему Бог – это всегда старый белый мужчина, а где же тогда древние богини, с которых все началось, почему они забыты? Богини, прототипами для которых стали старинные скульптуры из Метрополитена и Британского музея, танцуют, а хор женщин с икон и религиозных скульптур в финале фильма поют голосом Нины сочиненную ею песню протеста против патриархата.



Впрочем, есть у этого фильма и еще одна тема, выходящая за рамки экрана. Нина, как и раньше, остается непримиримым борцом с авторским правом и за свободное распространения искусства. В финальных титрах «Седер-Мазохизма» написано: «Копирование – это акт любви. Пожалуйста, копируйте и делитесь». Она использовала огромное количество хитов в своем фильме, ничуть не заботясь об «очистке прав» и говорит о том, что тот, кто захочет заниматься его лицензионным показом, пусть  и заботится о правах. Сама она этим заниматься не собирается, мечтая только о том, чтобы фильм смотрели люди, и говорит, что всегда есть  не вполне официальные пути выложить фильм в интернет:  пусть, кто захочет его посмотреть, овладеет умением качать с торрентов. А еще она в этот раз выдумала фигуру Продюсера Х, которого указала в начальных титрах. «Ведь у всех фильмов есть продюсеры и команда, которые представляют фильмы на фестивалях, - говорит она, - а у меня их нет. Представлять фильм на фестивалях нужно, это повышает интерес к нему, а я не могу находиться везде. Поэтому я каждый раз буду выбирать Продюсера Х, который будет готов представить фильм!»

 

После фильма я задала пару вопросов о семье Нине, которая не смогла приехать в Анси, поскольку отлеживалась дома после операции.


- Вы говорите, что ваш отец был воспитан в религиозной семье, но не был сам религиозным человеком, а в вашей семье, когда вы росли, праздновали Песах? Какое значение для вас имеет то, что вы еврейка?

-  Мы праздновали Песах, но не верили в Бога. Мы читали слова, это был ежегодный ритуал, но никто из моей семьи не был религиозным. Для меня быть еврейкой – это просто истина. Это описывает базовый факт о моем воспитании и истории семьи. Но может быть «еврейка\иудейка» ("Jew") - это не самое точное слово, поскольку оно подразумевает религию. «Ашкеназка», наверное более точно.  Лучшее слово, которое описывает мое истинное наследство – это "Yid". Я со всех сторон произошла от говорящих на идише, от идишистской культуры. Даже мои бабушки и дедушки с обеих сторон немного говорили на идише. А я не говорю и это печально.

- Что вы имеете в виду, когда говорите, что ваш отец “верит в деньги” и рисуете его лицо на долларе?

- Когда я говорю, что мой отец верит в деньги, я подразумеваю, что он верит в «финансовую стабильность», что  хорошая работа и гарантированный источник дохода - это ключ к безопасности. Это имело для него первостепенное значение, несмотря на то, что за свою жизнь он был свидетелем обрушения рынков,  денежной инфляции, потери рабочих мест и падения различных государств. Это своего рода религиозная вера.

Мой отец был математиком, профессором университета. Когда он был молод, в США университетские рабочие места были защищенными, многочисленными и хорошо оплачивались. Несмотря на то, что все это полностью изменилось – университетская зарплата упала, рабочих мест стало мало, выгода и защищенность работы исчезли, а погоня за учеными степенями стала бесполезной, - он продолжал считать, что это правильный путь. Мои брат и сестра пробовали следовать ему, но оба они не стали профессорами - не из-за отсутствия способностей, а потому, что мир изменился. Но его это не заботило, это была его вера.

Ему было все равно, будем ли мы профессорами математики, он просто считал, что быть университетским профессором чего либо – значит быть в безопасности. Очевидно, что это уже не так, но в его время так было.
Насколько я знаю, у него не было такой религиозной страсти к математике, как у меня религиозная страсть к искусству. Он не был таким типом математика. Я думаю, что он любил математику, но в основном это была его работа. Еще он был политиком; когда я был ребенком, он был мэром нашего города Урбана в Иллинойсе.

 

 

 

Источник: Блог Большого фестиваля мультфильмов, 8 сентября 2018,








Рекомендованные материалы



Я тащусь от морфинга

Настоящий российский анимационный дебют у Макса случился весной этого года на Суздальском фестивале, куда он приехал уже с дипломным фильмом «Красный гараж», снятым в Пудриере. Тут уже была более разработанная и остроумная история про парнишку, мечтавшего пойти на гаражный концерт, но боящегося злобного хулигана, поджидавшего во дворе. О том, как очкарик, изнемогающий от желания все-таки попасть на концерт, доводит себя до белого каления и выскакивает навстречу драчуну.


Пять мягких историй о смерти

Фильм начинается в зимний день 1885 года, именно тогда началась колониальная история Бельгии, завладевшей Конго. При этом время и пространство фильма скорее метафизическое, полное странных совпадений, необъяснимых загадок и возможностей для сюрреалистического перехода в другую реальность.