Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

15.09.2017 | Книги

Хороший попутчик

"Самое время" — большой монтажный роман, в котором фотография выступает средством связывания эпизодов, неожиданных рифм и поразительных совпадений

 

Подзаголовок вышедшей в 2005 году книги писателя Джеффа Дайера — "Неклассическая история фотографии". Действительно, том этот не похож ни на последовательную, систематизированную историю искусства, ни на философское исследование природы медиума.
Скорее "Самое время" — большой монтажный роман, в котором фотография выступает средством связывания эпизодов, неожиданных рифм и поразительных совпадений. Иначе говоря, она играет тут роль, которая в романах отведена судьбе.

Дайер — британец, но его книга посвящена почти исключительно американским фотографам. Из остальных тут появляются эмигранты, те, кто отправлялся в Новый Свет в своего рода фотопаломничества, и пара ранних европейских мастеров — из тех, что особенно повлияли на американскую традицию. Дело, конечно, вовсе не в подобострастии к заокеанской империи. Просто Америка — страна пустынных автострад, маленьких городков, нью-йоркских безумств, Великой депрессии, сексуальной революции, джаза, СПИДа, экстремального богатства и невыносимой бедности, непрерывного движения и вековой заброшенности — это пространство эпического романа ХХ века. Именно его и пытается написать Дайер, прекрасно сознавая, впрочем, что связный нарратив такого рода невозможен, что самый действенный метод тут — своеволие, подчеркнуто индивидуальные ассоциации, солянка, в которой мешаются судьбы и стили, формальные эксперименты и политическая борьба, подробности интимной жизни и похороны президентов, долгие одиночества и тайные встречи.
Не подозревающие друг о друге люди делают похожие кадры — и так становятся частью одной большой истории.

Герои Дайера: Альфред Стиглиц, Эдвард Уэстон, Доротея Ланг, Андре Кертеш, Диана Арбус, Гарри Виногранд, Нан Голдин. В общем, все американские классики. Он не следует за траекториями их биографий и поисков. Еще меньше его занимает развитие фотоискусства как такового — жанры, направления, техники. В центре внимания Дайера, скажем так, ситуации фотографирования. Человек снимает город из окна своего дома, снимает забор, стену, другие ограничения пространства. Фотограф, сделавший своей профессией зрение, снимает слепого — того, кто уже никогда ничего не увидит. Один фотограф снимает другого — смотрит на того, кто привык смотреть сам. Что может таиться за съемкой любимого тела? Или, наоборот, за вглядыванием в еле различимый анонимный силуэт вдали пейзажа? Чем может стать дорога и кровать?
Каждая из этих ситуаций превращается в пучок сюжетов, ассоциаций, скрытых конфликтов и признаний в любви. Некоторые узлы Дайера выглядят довольно формально, другие действительно таят чудеса совпадений.

Есть ряд главных текстов о фотографии: Сьюзен Зонтаг, Ролана Барта, Джона Берджера. По широте замысла Дайер явно пытается пристроиться в этот ряд, но у него скорее не получается. Некоторые из его наблюдений и трюков и правда крайне остроумны и изящны. Другие — удручающе поверхностны и напыщенны. Берясь за "Самое время", стоит понимать, что книга эта не глубокое проникновение в историю фотоискусства, скорее легкое скольжение по ней. Но ведь именно так мы обычно и смотрим фотографии — на выставке, в альбоме или в интернете. В этом дрейфе Дайер может стать хорошим попутчиком.

Источник: Журнал "Коммерсантъ Weekend" №29 от 01.09.2017,








Рекомендованные материалы


21.09.2018
Книги

О человеке и человечестве

Парадоксальным образом в нашей стране «История одного немца» была прочитана как пугающе актуальная: казалось, что если поменять в книге некоторые детали и даты, мы получим самое исчерпывающее описание метаморфоз, произошедших с Россией за последние тридцать лет.

14.09.2018
Книги

Три книги современной русской прозы

И вот в этот мрачный час на помощь Кате приходит странное существо, живущее за плитой на кухне. Жутковатая желтоглазая кикимора с куриными ногами и носом-закорючкой, воплощающая темную и гибельно опасную силу, которая таится в доведенном до отчаяния ребенке, на один безумный день входит в жизнь девочки — и меняет ее до неузнаваемости.