Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

27.12.2013 | Общество

Путин ругает, а его не слышат

Деятельность собранных в зале высших чиновников государства сводится к получению растущего из месяца в месяц жалования

Главный начальник страны провел совещание с чрезвычайно смешным названием: «Совместное заседание Госсовета и Комиссии по мониторингу достижения целевых показателей развития страны». Потому что из речей, прозвучавших на заседании, следовало: никакого развития не происходит вовсе. Что поначалу придало выступлению Путина почти комический эффект.

«Отмечу, что в целом и федеральные, и региональные власти справляются с выполнением соответствующих поручений»,—начал президент за здравие. Но тут же продолжил с грустью: «Вместе с тем сама жизнь, и мы это с вами хорошо знаем, пока мало меняется». То есть с работой все справляются, но результатов нет. Стало быть, деятельность собранных в зале высших чиновников государства сводится к получению растущего из месяца в месяц жалования.

Дальше же президент выступил в чрезвычайно необычном амплуа. Буквально через слово стал жаловаться, что чиновники игнорируют его, президентовы, указания. Просто не Путин, Федор Иоаннович какой-то:

—Уважаемые коллеги, это просто недопустимо, это несерьёзная работа…

—И вообще, я уже сто раз об этом сказал: нужно уметь концентрироваться на наиболее важных вопросах, концентрировать и финансовые, и административные ресурсы…

—Много раз уже об этом сказали, все понимают, все кивают головой—да, нужно делать. Делается, но абсолютно недопустимо мало…

—Явно не хватает чёткости, определённости и конкретики…

—Это не просто так—поболтали языком и разошлись…

—Ни в коем случае, уважаемые коллеги, прошу вас не манипулировать цифрами…

—Профессиональнее работать нужно…

—И ещё раз хочу сказать: ничего личного! Просто мне нужно, чтобы работа была, чтобы выполнялись задачи, которые поставлены и сформулированы…

Так и ждешь, что вчерашний мачо заблажит и начнет вопрошать: «Я царь или не царь?» На самом деле путинских подчиненных бессмысленно что ругать, что просить. В результате беспощадного искусственного отбора за 14 лет на верхних этажах укоренились чиновники, органически неспособные производить. Они могут только отнимать и делить. Как, собственно, и сам Владимир Владимирович.

Вот на совещании он с крайним раздражением говорил об ужасной ситуации с расселением граждан из аварийного жилья: «План на 2013 год выполнен только на 4 процента, переселены чуть более полутора тысяч человек из запланированных 42 тысяч». Самое время вспомнить, как в 2007-м Путин создал специальный фонд, который должен был решить проблему за несколько лет. Президент с особой гордостью сообщил, что по его настоянию на благородную деятельность фонда были направлены 240 миллиардов рублей, полученных правительством в результате банкротства ЮКОСа: «Если когда-то эти деньги были украдены у народа, надо отдать их напрямую этому самому народу. Причем не просто какой-то массе людей, а конкретным людям — тем, которые оказались в наиболее сложных жизненных условиях». Через четыре года деньги ЮКОСа были успешно распилены, однако проблема решена не была. Как не решена она и по сей день.

Путину ничего не остается, как задним числом признавать неисполнимость своих указов, обещавших решительное улучшение жизни подведомственного народа: «Ситуация изменилась, и прогнозы тоже изменились: то, что планировалось раньше, к сожалению, достигнуто не будет». Ведь президент отлично понимает, что призывать подчиненных поработать совершенно бессмысленно. И вовсе не потому, что те не хотят трудиться. Они просто не могут…



Источник: "Ежедневный журнал", 24 ДЕКАБРЯ 2013,








Рекомендованные материалы



Почему «воруют сотнями миллионов»

Вспомним хоть Николая Павловича с горечью говорившего наследнику престола: «Сашка! Мне кажется, что во всей России не воруем только ты да я». Однако что Николаю, что Путину идеальной системой руководства представляется пресловутая вертикаль власти — некая пирамида, на каждом ярусе которой расположены трудолюбивые и честные чиновники, которые денно и нощно реализуют спущенные сверху гениальные замыслы, вроде нацпроектов. Но по какой-то странной причине никак не удается подобрать нужный человеческий материал.


Дедовщины — нет, а расстрел — есть

Как показывает опыт, после таких трагедий следует поток заявлений от тех, кто стал жертвой насилия. И, что гораздо хуже, начинается эпидемия расстрелов, когда одетые в военную форму мальчишки вдруг видят в убийстве сослуживцев выход для себя. Так было в 1990-х и первой половине 2000-х.