Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

06.03.2013 | Анимация / Интервью

Маленький пруд

Несколько слов о новом фильме

«Маленький пруд у подножия великой стены» посвящен последователю Ци Бай Ши, режиссеру Те Вею, оживившему в своих мультфильмах древнюю китайскую живопись гохуа. В начале 60-х Те Вей попал под гусеницы культурной революции, тогда, после первых своих фильмов, он был изгнан со студии и послан на перевоспитание, и свой следующий фильм снял только через 25 лет. У Геллера получился грустный фильм о старом художнике, вынужденном под окрики начальников и насмешки плебеев, работать на стройке, рисуя в своей коморке по памяти горы. Здесь снова, как часто у этого  режиссера, тихий мечтатель гибнет, столкнувшись с чужим грубым миром. Надо сказать, Геллер о своем посвящении до самого последнего момента не говорил ни продюсерам, ни своей съемочной группе, он хотел, чтобы в кино эта история выглядела не так конкретно, более «общечеловечески», но художница Анна Карпова рисовала печального корявого старика, держа перед собой портрет Те Вея.

- Вы сразу с ними договорились насчет второго фильма?



- Уже не помню. Помню, что с ужасом оттуда убежал и думал, что больше никогда… Все-таки тяжело это было и мне не очень нравился результат. Мне казалось, что слишком много компромиссов и это неправильно. Я тогда сидел ждал-ждал, пока начнется финансирование  у нас, его все не было, и через год эти продюсеры снова появились. Второй раз было уже не страшно – я уже все знал, работал с теми, кого знал. И половину кино я сделал своими руками. Из 40 людей, которых научил, я выбрал четырех лучших. Самое потрясающее, что к началу второго фильма они уже закончили институт. Я не знал, что они разъехались,  просто написал просьбу: найдите их, и с ужасом думал, что придется снова учить. И вот один мне пишет: я приеду из-под Пекина. Второй тоже. Оставили работу, приехали, сняли квартиру. При том, что в университете им же ничего не платят. То есть они приехали и 3 месяца жили на свои деньги. Если в тебя так верят - это окрыляет.

- Во второй раз вы опять ничего им не объясняли?



- Нет, теперь я всю историю им с начала до конца рассказал. Упуская скользкие моменты про культурную революцию. Вот художник, он работает на стройке, но хочет рисовать. Только они были не в курсе посвящения Те Вею.

- То есть они не знали про кого снимают?



- Его имя все равно мало кто знает. Он не снимал ничего оппозиционного,  ничего социального, но так как он пострадал, его имя замалчивается. В этот раз я даже давал им ощущение что они сами придумывают этот фильм. Я когда чувствовал, что они совсем устали, начинал им рассказывать историю и говорю: а продолжение придумывайте вы. Они очень оживлялись. Все равно же желание сделать самому во всех сидит.

- А то, что они придумывали, как-то использовалось?



- Нет, но я с ними обсуждал, что хорошо, что плохо. Все же начинают делать себя, все равно характер хочешь-не хочешь появляется. И когда было удачно, говорил – давай-давай, это смешно, ярче сделай.

- Какой смысл для университетских продюсеров приглашать вас, если это не является учебой студентов?



- Они получают деньги у государства, снимают кино и таким образом делают рекламу своему заведению. К тому же, я думаю, что они получают на это денег больше, чем тратят. Как у нас. Это просто экономически выгодно. Плюс, если фильм удачный, они получают еще какие-то бонусы. Но когда я начал с этими своими четырьмя лучшими работать,  я первый месяц был в ужасе. Что с ними случилось, они разучились?

- А как же китайцы делают западные сериалы?



- Результат мы видим на экране. Видимо, за это время они уже успели где-то поработать и все забыли. Так что мне их еще заново учить пришлось.

- Как же получается, что такое количество специальных учебных заведений, а учат плохо?



- Их слишком много, профессиональных преподавателей не хватает.

- Но ведь университеты все время приглашают знаменитых иностранных профессионалов?



- Человек приезжает и занимается максимум с 40 студентами 3 месяца, а студентов 10 тысяч. В Чан Чуньском университете – тысяча преподавателей. Причем, есть и государственные, и частные университеты, которые занимаются анимацией, еще в каждой провинции есть Технопарк – такой центр развлечений (всякие 4D кинотеатры и прочее), совмещенный с анимационной школой. Государство им помогает.  Надо ж людей чем-то занимать.

- И что, неужели теперь снова поедете к ним, третий фильм снимать?



- Нет, я наконец-то дома запустился. Дали финансирование на 15-минутный









Рекомендованные материалы



Мне бы хотелось, чтобы мои фильмы были как дневник и способ общения с близкими.

В 2017-м высшая российская анимационная премия «Икар» назвала Дину Великовскую за фильм «Кукушка» лучшим режиссером и лучшим сценаристом года. В 2018-м – ей вручили премию президента РФ для молодых деятелей культуры, в том же году 2018 Ди­на по­лучи­ла приг­ла­шение войти в состав ос­ка­ров­ской академии. А в 2019-м году ее новый фильм «Узы», удивительным образом соединяющий объемную и рисованную анимацию в инновационной технике рисования 3D ручкой, получил Гран-при Суздальского фестиваля.


Лучшие мультфильмы фестивалей в Анси и Загребе

Анси с каждым годом разрастается все шире, при нем проходит огромный кинорынок, и бизнес невольно накладывает свой отпечаток не только на атмосферу, но и на программу фестиваля, ее публику, и даже победители тут часто выглядят более «коммерческими» и попсовыми по сравнению с Загребом, который гораздо меньше по масштабу, но сохраняет «авторский» характер с особенным интересом к арту и экспериментальному искусству.