Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

11.05.2012 | Общество / Религия

Вакханалия продолжается

Напуганные возможным осуждением общества родителеи спешат "переделать" своих "неправильных" детей-геев

Очень не хочется добавлять новый штрих в «кампанию против церкви» — но, что поделаешь, события валятся одно за другим, и все более чем красноречивые.

В понедельник в Мосгордуме состоялся круглый стол по поводу принятия нового закона о запрете пропаганды гомосексуализма. Выступивший там протоиерей Всеволод Чаплин предупредил собравшихся, что авторов закона (шагающего по просторам нашей родины благодаря многолетним усилиям патриархийного авангарда, заметим) могут обвинить в том, что они ввергают общество «в пучину средневековья», однако такие утверждения не соответствуют действительности.

А действительность возьми да сыграй с протоиереем злую шутку: отец Ивана Харченко, узнав, что его сын гей, закрыл 16-летнего юношу в частной клинике Маршака со словами «Лучше ты будешь овощем, чем геем».

Решил полечить его от гомосексуализма, после того как попытки изгнать из Ивана «гомосексуального беса» у целителей центра Виноградова (об этом пишут одноклассники мальчика в ЖЖ) не удались.

Ну, церковь не отвечает за всяких безумцев, может сказать отец Всеволод. Нет, отвечает. Отвечает, поскольку с начала 2000-х целенаправленно долбит в одну точку: гей-парады-геи-гей-парады-геи... Как будто геи и все с ними связанное — это главная проблема нашего общества и нет у нас других забот. Но с другими-то проблемами нужно работать: нужно организовывать волонтеров, если это социальное служение и благотворительность (и волонтеры есть — но число волонтеров, рекрутированных православными организациями, категорически недотягивает до числа светских активистов), нужно биться за упорядочение законодательства в отношении церковных детских домов (патриархия кричит об этом уже который год, но, кажется, на деле вовсе в этом не заинтересована, слишком все это хлопотно и затратно), нужно создавать церковные центры по реабилитации алкоголиков и наркозависимых (их на всю страну раз-два и обчелся). А геи — это ж чудо что такое: языком поболтал, закончик принял — и уже показал себя оплотом нравственности! Геев меньше не станет? Так в этом ли суть? Мы отстояли свои «традиционные ценности», а там хоть трава не расти.

И ведь никто не мешает церкви объяснять, что гомосексуализм — это грех и зло. Но ты покажи человеку путь, как это зло преодолеть, если уж так в этом убежден. Однако тут опять нужно работать! Входить в какие-то отношения с людьми, с теми же геями, заставить их слушать себя, в конце концов. Не легче ли свалить все на государство?

Сращивание церкви и государства у нас происходит по большей части потому, что никто не хочет выполнять свое непосредственное дело: церковь вместо миссии и проповеди отделывается высоконравственными указивками, а теперь вот еще и молитвенными стояниями, про государство и говорить нечего. 

И все эти, да-да, средневеково-мракобесные идеи западают в головы мировоззренчески неустойчивых людей. А таких у нас немало, если не большинство, и все они смотрят на власть: что она там считает сейчас «нравственным»? Подворовывать? — отлично. Бороться с геями? — замечательно. И вот уже напуганные возможным осуждением общества родители спешат «переделать» своих «неправильных» детей или отделаться от них — церковь к этому стремится?

На том же круглом столе в Мосгордуме выступила член правления некоммерческого партнерства «Родительский комитет» Лариса Павлова, которая заявила, что с принятием закона опоздали лет на десять, дескать, «в образовательные программы уже внедрены элементы такой (гомосексуальной — С.С.) пропаганды». Что за элементы? Например, «безумный учебник для сотрудников МВД, работающих с несовершеннолетними, где автор называл педерастию нормальным явлением». Или психологические программы, реализуемые в школах, программы тестирования, где тоже есть «элементы пропаганды гомосексуализма» — видно, опять не содержится призыва всякого гея немедленно пригвоздить к позорному столбу, а возможно, даже есть совет относиться к нему как к обычному человеку.

Что предлагает накрученная церковными спикерами родительская общественность?

Или клеймить, или молчать. Вообще не говорить о проблеме, загнать ее в небытие, в подполье, сделать людей нетрадиционной ориентации как бы несуществующими. И ведь все церковные советы таковы — хотя, нет, не все. Вот с алкоголиками церковь худо-бедно научилась работать и что-то делает на этом поприще силами священников, профессионально разбирающихся в вопросе, и не пытается, например, запретить пропаганду пьянства среди несовершеннолетних — а проблема-то поактуальнее будет. Правда, пришлось бы запретить всю русскую литературу, но, в конце концов, ради пользы юношества чего не сделаешь? Между тем, пьянство для христиан тоже страшный грех.

Так, может, и с проблемой гомосексуальности лучше для начала ознакомиться? Тем более для церкви она не то чтобы умозрительная — гомосексуалисты есть и среди клириков, поговаривают даже о голубом лобби в патриархии, э-э-х...



Источник: "Ежедневный журнал", 26.04.12,








Рекомендованные материалы



«Мы мечтали, чтобы скорее была война»

Говорят, что такого не было еще. Что такое наблюдается впервые после окончания войны. Что выросло первое поколение, совсем не боящееся войны. Что лозунг «Лишь бы не было войны», долгое время служивший знаком народного долготерпения и, в то же время, девизом неявного низового пацифизма, уже вовсе не работает.


Полицейский реванш и его последствия

Власть воспользовалась тем, что москвичи, не удовлетворившись освобождением Голунова, попытались пройти по московским улицам, чтобы напомнить о многочисленных репрессированных по приказу властей — от Алексея Пичугина, который фактически остается заложником по делу ЮКОСа, до карельского правозащитника Юрия Дмитриева, которому упорно шьют дело по выдуманному обвинению в педофилии.