Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

02.09.2011 | Кино

Товарищеский суд

Вечная коллизия «я — начальник, ты — дурак» в комедии «Несносные боссы»

Публику, которая устремится на «Несносных боссов», ожидает как минимум потрясение, как максимум — шок. И по теме (террор со стороны нехороших начальников), и по составу актеров (весьма звездному, но не молодому) фильм рассчитан на достаточно зрелую аудиторию. Но переполнен сексуальными шуточками, какими прежде в основном славились только отвязные молодежные комедии. Одно с другим сочетается не слишком.

Фактически в «Несносных боссах» сосуществуют два параллельных сюжета, которые стоит рассматривать по отдельности. Первый сюжет собственно про гадов-начальников, точнее, про бывших школьных друзей в возрасте хорошо за тридцать, у каждого из которых — проблемы с непосредственным шефом. У одного босс — самодур, нарцисс и вообще монстр, который годами заставлял его вкалывать с шести утра и без выходных, обещал за это повысить, а в итоге кинул, причем подчеркнуто издевательски. У другого все было хорошо, и он уже видел себя новым президентом компании (после того как прежний, обожающий его президент уйдет на пенсию). Но босс внезапно помер и компания оказалась в руках его сынка — самодура, нарцисса, монстра, а вдобавок кокаиниста. У третьего ситуация и вовсе такая, что не приснится ни одному мужчине на просторах бывшего СССР. Его кошмар в том, что его домогается сексапильная начальница-дантистка, у которой он служит помощником. Зачем она его домогается, бог весть,— не то что не красавец, а вообще смотреть не на что. Но, наверное, домогается потому, что тоже самодурша, нарцисса и монстр. Он при этом отчаянно упирается.

Все трое, заметим, размазни. Возможно, тем самым фильм пытался отразить правду жизни: подчиненные, которые недовольны начальством (а недовольны, как известно, девять десятых подчиненных мира), далеко не всегда гиганты мысли и, вероятно, действительно заслуживают ежедневной порки. Но нам все-таки предлагают сочувствовать троице друзей. А они по совету опасного на вид экс-зэка афроамериканской наружности (которого по растяпистости приняли за убийцу, хотя он на деле видеопират и большой киноман) приходят к идее грохнуть несносных боссов. Чтобы сбить полицию со следа, каждый должен грохнуть не своего босса, а чужого.

Подобную комедию про героев-лопухов, которые только и способны, что попадать в новые смешные неприятности, в 70-80-е хорошо бы сняли французы. Для Голливуда 2000-х это жанр все-таки чуждый.

Историю можно было раскрутить гораздо смешнее. Впрочем, иногда все-таки хохочешь: например, когда персонажи, проникнув в дом к боссу-наркоману, опрокидывают огромную коробку с кокаином, пытаются собрать его пылесосом и один из них нечаянно нанюхивается до одури. Или когда все тот же нанюхавшийся пытается оживить при помощи шприца с антидотом другого несносного босса, у которого, как оказалось, аллергия на арахис. Шприц он втыкает в лучших традициях «Криминального чтива».

Забавно и то, что всех несносных боссов изображают известные актеры — и все не похожи в этом фильме на себя. Кевина Спейси, конечно, распознать легко — другое дело, что еще недавно он чурался столь придурочных ролей. Но Колин Фаррелл и Дженнифер Энистон загримированы столь причудливо, что в какой-то момент я чуть было не спросил себя: «А где же они на экране?» Джейми Фокса в роли того самого бывшего зэка, который киноман, я, кстати, тоже распознал не сразу.

О боссах — все. Теперь об охальности фильма, которая после русского дубляжа кажется особенно диковинной и дикой. (Реплика в сторону: уже не первый раз замечаю, что наши кинопереводчики иногда используют для обозначения интимных частей тела такие слова-заменители, каких в русском языке отродясь не бывало. Сидишь в зале и думаешь: а что вообще имелось в виду?)

Появление в последние годы голливудских фильмов с серьезными актерами, в которых постоянно упоминаются причинные места, большая загадка для автора этих строк.

Американская аудитория всегда считалась пуританской. Совсем недавно на глаза попадались свежие исследования, доказывавшие, что кинопублику в Америке, особенно возрастную, коробит всякое упоминание о сексе, что чем больше в фильме «про это», тем меньше у него шансов на прокатный успех.

Да, в 90-е вошли в моду нижепоясные комедии братьев Фаррелли, осознанно нарушавшие и представления о хорошем вкусе, и нормы политкорректности. Да, примерно тогда же возникла целая серия молодежных комедий про секс — от «Американского пирога» до действительно смешного «Евротура». Да, в недавних «Клерках-2» Кевина Смита звучали такие шуточки, что после просмотра вспомнилась фраза, произнесенная в какой-то давней комедии старой монахиней: «После услышанного я больше не могу считать себя девственницей».

Но это все картины, рассчитанные на иную — более молодую (а иногда одновременно и более интеллектуальную) аудиторию. Их появление логично. Возникновение лент типа «40-летнего девственника» (ставшего прокатной сенсацией 2005 года) или «Несносных боссов», в которых горячие шуточки предназначены для публики 30-40 лет, выглядит нелогичным абсолютно. Но вот они, смотрите. Только — мой совет — тщательно продумайте, с кем именно вы на «Боссов» пойдете. Фильм никак не для походов с детьми. Не для пуритан. И не для нежных романтических парочек.



Источник: «Московские новости», № 88, 3 августа 2011,








Рекомендованные материалы


Стенгазета
08.07.2020
Кино

Чего боится Джим Джармуш

Джим Джармуш создал киноколлаж из отсылок к поп-культуре, известным фильмам, актуальным проблемам и добавил в него немного самолюбования, замаскировав его под комедийный зомби-хоррор. Во многом режиссер цитирует сам себя, например, говоря об обществе потребления и продолжая то, что начал в «Выживут только любовники».

Стенгазета
17.06.2020
Кино

А дали правду

Главный герой «Гив ми либерти» - мигрант Вик. Он живет в штате Милуоки и водит автобус для транспортировки людей с ограниченными возможностями. В один из дней, когда Вик и так везде опаздывает, в автобусе вместе с американскими инвалидами оказываются русские пенсионеры-мигранты и все – хаос, столкновение менталитетов, абсурдные ситуации и главный герой, повторяющий в рацию мантру: «Буду через десять минут».