Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

08.08.2011 | Театр

Вчетвером

«Враги. История любви» в «Современнике» – один из лучших и самых пронзительных московских спектаклей нынешнего сезона

Роман Исаака-Башевиса Зингера «Враги. История любви» в «Современнике» поставил Евгений Арье – режиссер, двадцать лет назад с группой актеров уехавший из Москвы в Израиль и основавший там театр «Гешер». В прошлом году Арье поставил этот роман у себя в «Гешере» и, вероятно, постановка так понравилась Галине Волчек, что она пригласила режиссера повторить ее в «Современнике». Рассказывают, что для русского зрителя Арье решил все поменять, вплоть до того, что сделал новую инсценировку. Благодаря этому или нет, московский спектакль удался – пожалуй, более счастливых премьер тут не было давно.

История Зингера – это, как обычно, история еврея в изгнании: писатель Герман Бродер из Польши, чудом выживший во время войны благодаря прятавшей его служанке Ядвиге, теперь живет в Америке. Дело происходит в Нью-Йорке начала 50-х, на родине у Бродера осталась расстрелянная семья, здесь он из благодарности женился на неграмотной Ядвиге и пытается заработать, продавая книги и сочиняя проповеди для жовиального раввина. У Германа есть любовница Маша, яркая и несколько истеричная молодая еврейка, тоже прошедшая через нацистские лагеря, а потом еще возвращается Тамара – жена «из прошлой жизни», выжившая после расстрела, но потерявшая детей.

Такого мучительно рефлексирующего, мягкого, не умеющего сказать «нет» героя, мечущегося между своими женщинами, у нас называют Бузыкиным, но, конечно, история о выжившем в Катастрофе Германе куда сложнее и мучительнее, чем «Осенний марафон». 

Жалкий, усталый, мятый, загнанный, с собачьими глазами герой, которого тонко и точно играет Сергей Юшкевич, - живет в постоянном воспоминании о тех трех годах, когда он прятался от нацистов у Ядвиги на сеновале. Он просыпается в поту и, зайдя в ванную, лихорадочно думает, как здесь будет прятаться, когда фашисты захватят Америку. Он не может бросить доверчивую Ядю, которая без него останется в Америке совсем одна – Алена Бабенко играет робкую новую жену героя маленькой, простодушной и хлопотливой девушкой с милым польским акцентом. Но он же не может жить без Маши, красивой и заводной умницы -  Чулпан Хаматова с огненными волосами, уложенными в прическу 50-х годов, выглядит такой смелой, сексапильной и манкой, что глаз не отвести. 

Герман, похоже, вообще не может жить, он постоянно думает о смерти и живет в ее предощущении, и больно смотреть, каким разрушенным стал этот, видимо, когда-то победительный мужчина, которого до сих пор так любят женщины. Его прошлую жену, застывшую женщину с помертвевшим лицом, прошедшую через немецкие и советские лагеря, играет специально приглашенная Евгения Симонова, и эти четверо артистов -  мужчина и три женщины – стоят того, чтобы бросить все и пойти на спектакль в «Современник».

Все дело, конечно, в них,  этих четверых, и, прежде всего в Юшкевиче, который играет редкостно - пронзительно и сложно, что невозможно было предсказать по его предыдущим ролям. Но и в других актерах, ничуть не портящих мессу и отыгрывающих небольшие эпизоды уместно и точно (особенно хороша мало кому известная актриса Таисия Михолап в роли классической пожилой еврейской мамы, своей любовью не дающей жить красавице Маше). Да и весь этот спектакль, сделанный по-европейски лаконично, чисто и умно, не позволяет себе ни одного прокола вкуса, на который мог бы спровоцировать прекрасный роман Зингера, полный болезненно-мелодраматических сюжетных ходов. Сценография Семена Пастуха (тоже нашего бывшего соотечественника) расчерчивает сцену движущимися туда-сюда черными  ширмами, которые выгораживают островки-эпизоды то в доме у Маши, то у Германа или рава Ламберта. На авансцене в углу стоит телефонная будка, и когда герои звонят друг другу, она едет из кулисы в кулису, и кажется, что весь мир вращается вокруг них. Во время этих телефонных разговоров и в течение целомудренных постельных эпизодов, в глубине сцены открывается экран, где мы видим лица героев крупным планом. Выражение их глаз, кривящиеся губы, дрожащие подбородки – все то, что мы обычно не видим в театре – снова заставляет сжаться горло. И подтверждает, что тут нет никакой театральной фальши, все по-настоящему. И даже пресыщенная премьерная публика «Современника» замерла.

Кстати, театр уже объявил, что не хочет расставаться с Евгением Арье и ведет  переговоры о постановке нового спектакля в следующем сезоне.

Герман и Ядя (Алена Бабенко)Герман и МашаГерман и его жена Тамара (Евгения Симонова)

Источник: "Московские новости", 9 февраля, 2011,








Рекомендованные материалы


02.08.2019
Театр

Семь из двадцати двух

Чеховский фестиваль – один из самых длинных у нас, нечего и надеяться увидеть все. Так что сначала составляешь список самого желанного, а потом высчитываешь, на что попасть действительно удастся. У меня получилось семь спектаклей.

22.07.2019
Театр

Победа над хаосом

На представлении степного цирка «Байконур» из Казахстана, который театр «ARTиШОК» сочинил вместе с инженерным театром AXE, дождь лил с самого начала. Помост выстроили на площади Промышленности прямо рядом с ракетой, что очень подходило космической клоунаде, которую мы увидели.