Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

19.04.2011 | Общество / Религия

Дискуссия о дискуссиях

«Почему религии нет места в современных СМИ?»

Под таким, довольно странным, на мой взгляд, девизом прошло 12 апреля заседание экспертного семинара в Синодальном информационном отделе Русской православной церкви. С таким же успехом можно было спросить: почему поэзии (истории, алгебре, приборостроению, да даже экономике как таковой) нет места в современных СМИ. СМИ не имеют дела с абстрактными категориями, они занимаются каждодневной текучкой, тем, что здесь и сейчас, это вроде бы прописная истина. Когда религия (в любом ее проявлении) находит отражение в каком-то значимом для общества событии — будь то выборы патриарха, или перенос ценной иконы из музея в храм, или вот нынешняя история с выступлением ижевских священников — так СМИ, даже самые, казалось бы, не включенные в церковную тематику, еще как живо реагируют на эти события. Но

участники семинара подошли к проблеме c довольно неожиданной стороны.

Председатель Московского религиоведческого общества на философском факультете МГУ Ивар Максутов посетовал на «отсутствие религиоведческого дискурса в современных медиа, отсутствие религиоведения как бренда и религиоведов как экспертов». (Что говорит о его невнимательности: комментариев религиоведов в СМИ совсем немало.) Глава Ассоциации православных экспертов Кирилл Фролов высказал свои опасения, что происходит «фольклоризация православия». ( Может, и была такая опасность, да закон о передаче религиозным организациям имущества религиозного назначения, как мне кажется, напрочь ее отмел — многие музейщики мечтают о том, чтобы остаться живу, какая уж тут фольклоризация?) Писатель и телеведущий Александр Архангельский пожаловался, что давать комментарии в СМИ — «Это ловушка, подтверждение комментируемой глупости, даже если комментатор высказывает противоположную позицию». И хотя главный редактор журнала Russia Profile Андрей Золотов считает, что «положение дел с религией в СМИ несравненно лучше, чем оно было десять лет назад: и форматов, как это ни ужасно звучит, прибавилось разных, и людей прибавилось, и интерес к этой теме, безусловно, есть», чувствуется, что православные эксперты в общем и целом ситуацией недовольны. И их можно понять.

Дисциплина в церкви почище армейской: пошел против спущенных сверху установок — сразу неприятности. А

патриарх Кирилл после своего избрания сделал еще хитрый ход: призвал церковную интеллигенцию во всякие новые синодальные отделы, комиссии и комитеты, в то же Межсоборное присутствие, превратив тем самым многих в церковных функционеров.

Тут уж вообще корпоративный кодекс велит держать рот на замке. То есть поддакивать-то можно, а вот говорить на независимых площадках о жизненно важных для церковного сообщества проблемах, как того хотелось бы православным экспертам, уже труднее. А им хотелось бы. Эта тема поднимается давно, помню круглый стол еще 2007 года, на котором в то время ответственный секретарь газеты «Церковный вестник» Сергей Чапнин сетовал на ограниченность формата и жанров церковной журналистики, а также неспособность всерьез говорить с людьми о проблемах, которые их волнуют. С тех пор задача остается нерешенной, если послушать православных экспертов.

Но это не совсем так.

Некоторые православные СМИ ее не скажу, что успешно, но решают: во всяком случае, позволяют себе действительно острые и злободневные материалы, как, например, если брать последние события, обсуждение истории с ижевскими священниками. А православные эксперты все "ищут пути".

Глава Синодального информационного отдела Владимир Легойда, у которого не только отдельские ресурсы, но и целый журнал «Фома» в руках, он там главным редактором, продолжает рассуждать о том, что «сегодня крайне необходимы одновременно и статусные, и постоянно действующие дискуссионные интеллектуальные площадки, которые работали бы в периоды между большими церковно-общественными форумами и были бы абсолютно открыты для всех, кто хочет принимать участие в подобных дискуссиях». Информационный отдел готов «частично заполнить эту нишу, организуя такие мероприятия», подчеркнул Легойда. Но зачем же «мероприятия» городить, если речь идет о работе СМИ? Или все-таки хочется прикрыться статусом?

«Для того чтобы православие присутствовало в СМИ и обрело общественно значимый живой образ, — поделился с «Ежедневным журналом» своим мнением религиовед Роман Лункин, который тоже принимал участие в семинаре, — недостаточно ярких, порой парадоксальных высказываний отца Всеволода Чаплина и хамоватой напористости отца Андрея Кураева. В нынешних российских СМИ существует провал в освещении социальной церковной тематики — жизни приходов, монастырей, епархий и их социальных проектов и общественных акций, а также региональной православной жизни.

По-моему, это и есть главная проблема РПЦ — отсутствие интереса даже не к внешнему миру, а к своим же творческим людям, активным пастырям и их делам».

Ижевская история, на мой взгляд, во многом станет для православных СМИ проверкой на профессионализм. Обратившиеся к патриарху Кириллу с открытым письмом священники Сергий Кондаков, Михаил Карпеев и Александр Малых требуют церковного суда, отказываясь до него считать себя отлученными от церкви. Представители Синодального информационного отдела со своей стороны заявили, что в Русской православной церкви готовы к диалогу с удмуртскими священниками. Православная пресса, как мне кажется, должна приложить определенные усилия, чтобы довести это дело до церковного суда или хотя бы до открытого обсуждения с участием священноначалия, клириков и православной общественности. И объективно освещать все связанные с этим события, буде таковые произойдут. Тогда, думаю, у православных экспертов будет меньше поводов для вздохов. А уж что светские СМИ не останутся в стороне от этого обсуждения, нет никакого сомнения — до сих пор именно светские СМИ вытаскивали на всеобщее обозрение наболевшие церковные проблемы.



Источник: "Ежедневный журнал", 15.04.11,








Рекомендованные материалы



«Мы мечтали, чтобы скорее была война»

Говорят, что такого не было еще. Что такое наблюдается впервые после окончания войны. Что выросло первое поколение, совсем не боящееся войны. Что лозунг «Лишь бы не было войны», долгое время служивший знаком народного долготерпения и, в то же время, девизом неявного низового пацифизма, уже вовсе не работает.


Полицейский реванш и его последствия

Власть воспользовалась тем, что москвичи, не удовлетворившись освобождением Голунова, попытались пройти по московским улицам, чтобы напомнить о многочисленных репрессированных по приказу властей — от Алексея Пичугина, который фактически остается заложником по делу ЮКОСа, до карельского правозащитника Юрия Дмитриева, которому упорно шьют дело по выдуманному обвинению в педофилии.