Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

17.02.2010 | Кино

Личное дело арестанта Полянскогo

Полянский уже из тюрьмы сумел сказать Америке ответное «фак ю»

Юбилейный, 60-й Берлинский кинофестиваль (Berlinale), который проходит в эти дни (и подведет свои официальные итоги в субботу 20 февраля поздно ночью), презентовал последнюю картину Романа Полянского The Ghost Writer, что сподручнее всего перевести как «Литературный негр» (то бишь человек, который пишет книги за других). У нас, скорее всего, переведут элементарно — «Писатель-призрак».

Полянский считается одним из символов Берлинале, а фестиваль в юбилейный год особенно ценит и рекламирует свою историю. Полянский уже получал главный берлинский приз — «Золотого медведя» — в 1966 году за фильм «Тупик». Не факт, что он обретет его второй раз за «Тайного автора» (именно так мы пока будем субъективно интерпретировать название нового фильма). Но уверен, что фильм получит какой-то из берлинских призов — иначе, господа, Берлинале потеряет лицо — и что зал будет приветствовать эту награду Полянскому долгой овацией и стоя. Ведь мэтр завершал картину, находясь — с сентября — в швейцарской тюрьме. Куда был запрятан по запросу американцев, обвиняющих его в связи с несовершеннолетней, случившейся более тридцати лет назад.

Либеральная Европа не упустит случая, наградив Полянского, показать американцам средний палец руки. И редкий случай, когда я, стараясь быть политически нейтральным, скажу: да, из солидарности я тоже готов продемонстрировать этот средний палец. Потому что «Тайный автор» доказывает, насколько все-таки Роман Полянский необычный человек, требующий к себе особого отношения. Он все предвидел.

И заранее, осознав, что грядет американский удар, ответил сногсшибающим хуком.

Фильм, собственно, о том, что некое мощное лондонское издательство ангажирует известного в профессиональных кругах автора (из тех, кто ловко пишет книги за звезд; его изображает Эван Макгрегор), чтобы тот в рекордный срок и за рекордный гонорар дописал книгу бывшего британского премьер-министра (его играет Пирс Броснан). Этот экс-премьер однозначно ассоциируется в картине с Тони Блэром. Участь у него по сюжету иная, нежели у Блэра. Но на Блэра очевидно указывает то, что он встречается в телекадре с другим крупным политиком — из Америки, чернокожим, женского пола, который стопроцентно Кондолиза Райс (берлинский зал во время этой сцены дико заржал).

Писатель-призрак — циник. Ему плевать на политику и конкретно на британского экса, мемуары которого он подрядился дописать. Но с ходу обнаруживаются странные обстоятельства. Во-первых, «призрака» избивают на улице сразу после того, как он получил рабочую распечатку мемуаров (которую при этом похищают). Во-вторых, выясняется, что первый тайный автор мемуаров, долголетний советник премьер-министра, покончил с собой (но ясно, что его убили). В-третьих, экс-премьер обитает на острове вблизи Восточного побережья США и система охраны в его доме такая, какую не увидишь в футуристических боевиках. Причем строже всего охраняется оригинал мемуаров, который нельзя вынести из комнаты, где он содержится, иначе — громкий вопль тревоги и сбегается охрана.

Полянский, конечно, классик уже в том, как он относится к деталям. Некоторые детали быта в охраняемой островной резиденции экс-премьера таковы, что попросту вываливаешься из кресла от восторга и хохота.

Вскоре после приезда на таинственый, но обитаемый остров бывшего британского премьер-министра новоявленный тайный автор его будущих мемуаров понимает, что в них есть временные нестыковки. И умолчания. Экс-премьер при просьбе разъяснить непонятное явно темнит. Очень быстро тайный автор мемуаров придет к выводу, что его предшественника тоже мучили эти нестыковки и он пытался докопаться до правды — потому и был убит.

Слышал мнение, будто Полянский снял старомодное кино — в духе политических, разоблачающих спецслужбы фильмов Сидни Поллака 1970-х годов типа «Трех дней Кондора». Ну да, можно еще вспомнить фильмы итальянца Дамиано Дамиани, который до популярного в СССР сериала «Спрут» снял, например, «Я боюсь».

Но принципиальная разница в том, что фильм Полянского — очень ироничный.

И что Полянский, в отличие от Поллака и Дамиани, намекает в своем фильме на реальных людей —  на Блэра, на Райс — и реальные, начатые ими во славу демократии войны. На связь этих войн с интересами спецслужб (по ЦРУ Полянский проходится по полной программе). На связь этих войн с интересами бизнеса вооружений (смысл в том, что спецслужбы и бизнес вооружений сами, с помощью подвластных политиков, формируют «Аль-Каиду», чтобы потом развязать вселенскую войну со странами-террористами).

Что? Вы упрекаете меня в том, что я выдал сюжет? Ничего подобного. Я просто предлагаю некоторые объяснения. А сюжет такой, что вы до самого финала не догадаетесь, кто, что, почему и как. Настоящий триллер.

В любом случае Полянский уже из тюрьмы сумел сказать Америке ответное «фак ю». И это здорово. Они в Америке, а заодно в Швейцарии, которая готова на все, лишь бы ее не обвинили в хранении выдранных нацистами еврейских золотых зубов, не понимают, с кем связались.

А связались они с человеком, который мальчиком выжил в краковском гетто. Оказался одним из двух серьезных режиссеров Восточной Европы наряду с Милошем Форманом, кто сразу и принципиально уехал в 1960-е на Запад и не стал там подстилкой для продюсеров, остался верен себе. Кто снял, пожалуй, самый страшный фильм о сути Дьявола — «Ребенок Розмари». Кто пережил в конце 1960-х кошмар убийства в Америке звезды-жены Шарон Тейт, а заодно гостей и домочадцев бандой сатаниста Чарльза Мэнсона.

Именно это убийство, а также печально знаменитый концерт «Роллинг стоунз» в поле под Сан-Франциско, когда нанятая для охраны банда рокеров «Ангелы ада» убила одного из слушателей, негра, положили конец прекраснодушию 1960-х с их верой в человеколюбие и гвоздиками, которые хиппи втыкали в дула армейских автоматов. После этого началась эпоха спецслужб.

Что там конкретно случилось у Полянского с американской девочкой в конце 1970-х, обсуждать бессмысленно. Ясно, что он не педофил. Просто ребята гуляли. И не «просто ребята гуляли», а ребята образца вольных 1960-х, когда, обкурившись, не спрашивали у прильнувших девочек про паспорт и год рождения. Николсон гулял в той же компании — к нему почему-то никто претензий не имеет. Девочка, из-за которой весь скандал вокруг Полянского, давно стала многодетной матерью, получила от него большой куш, не только не имеет претензий к нему, а против всех претензий, потому что не желает, чтобы звучало ее имя. Полянский покаялся в документальном фильме, который два года назад показали на Каннском фестивале. Но дело, вероятно, в том, как заметил в разговоре во время Берлинале известный телеколлега, что оскорблено само по себе американское правосудие, ведь Полянский тогда попросту уехал из страны, нарушив подписку о невыезде, не веря в справедливый суд.

Правильно он делал, что не верил.

Про написание фамилии. Изумляет и бесит, когда пишут «Полански», то бишь трактуют фамилию нашего героя на английский манер, притом что он имеет отношение прежде всего к Франции и Польше. Лучшие специалисты по польскому и французскому кино, например Ирина Рубанова, всегда писали «Полянский». Я так пишу тоже.



Источник: Forbes Russia, 15 февраля 2010 ,








Рекомендованные материалы


Стенгазета
21.02.2022
Кино

Сцены супружеской жизни

Пожалуй, главное, что отличает «Надежду» от аналогичных «онкологических драм» – это возраст героев, бэкграунд, накопленный ими за годы совместной жизни. Фильм трудно назвать эмоциональным – это, прежде всего, история о давно знающих друг друга людях, и без того скупых на чувства, да ещё и вынужденных скрывать от окружающих истинное положение дел.

Стенгазета
18.02.2022
Кино

«Превращение» в «Паразитов»

Одно из центральных сопоставлений — люди, отождествляющиеся с паразитами, — не ново и на поверхности отсылает хотя бы к «Превращению» Кафки. Как и Грегор Замза, скрывающийся под диваном, покрытым простынёй, один из героев фильма будет прятаться всю жизнь в подвале за задвигающимся шкафом.