Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

04.09.2009 | Театр

Подсчет полков

В ожидании начала нового сезона

Уже который год перед началом очередного театрального сезона, подводя итоги предыдущего, критики принимаются сетовать на то, что нынче главные театральные впечатления связаны не с текущими столичными премьерами, а с фестивалями, и, мол, именно по ним надо подводить итоги. А то, что с помпой представляют публике московские театры, в следующем сезоне никто не вспомнит, да и самим актерам играть эту «текучку» без смысла и цели будет тягостно и скучно. С другой стороны, к декабрю, когда эксперты «Золотой маски» представят свой список лучших российских спектаклей прошлого сезона, окажется, что в нем московских премьер хватает.

Так что не будем выпендриваться, и, как бы нам ни хотелось сказать, что итогом сезона был завершивший чеховский фестиваль девятичасовой «Липсинк» Робера Лепажа, подсчитаем полки и вспомним главные московские премьеры осени 2008-го и зимы-весны 2009-го.

Начнем с того, что прошлой осенью в столице появилось два спектакля, как говорится, «фестивального уровня» -- «Рассказы Шукшина» Алвиса Херманиса в Театре наций и «Опус №7» Дмитрия Крымова в Школе драматического искусства. Оба они занимают верхние строчки в критических рейтингах («Шукшин» -- с большим отрывом), оба, безусловно, поездят по миру и будут иметь успешную фестивальную судьбу. Ни один из них не был принят безоговорочно: «Рассказы Шукшина» многие упрекали в гламурности, и действительно приподнятая нарядность, которая так шла музыкальному спектаклю Херманиса «Звуки тишины», несколько упрощала прозу Шукшина, хоть и придавала ей универсальности. «Опус №7», первая часть которого была посвящена печальной судьбе евреев в ХХ веке, а вторая -- Шостаковичу, тоже вызвал немало упреков. Говорили о чрезмерном надрыве и прямолинейности иных визуальных метафор, которые всегда удавались Крымову, хотя несколько мощных оригинальных сцен заслоняли неудачи. Но, в сущности, обсуждать проблемы и недостатки каждого из этих спектаклей, можно было только в их собственном контексте или на фоне других работ Херманиса и Крымова. Упрекать их хоть в чем-нибудь на фоне «текущих премьер» казалось нелепым: если уж «Опус №7» не удался, то что тогда говорить о каком-нибудь «Пиквикском клубе», одной из главных премьер мхатовского сезона? В общем, ясно, что оценивать итоги сезона приходится не по безусловным удачам, а по серьезности поставленных задач. Такие спектакли в нынешнем сезоне были.

Сейчас в Москве один из самых последовательно и всерьез работающих театров -- совсем молодая Студия театрального искусства Сергея Женовача. У нее были две важные премьеры: маленький, пронзительный и чистый спектакль по Платонову «Река Потудань» и «Три года» -- быть может, не до конца удавшиеся, но сделанные честно, без скидок на несценичность и трудную, заунывную интонацию чеховской повести. Масштаб задач, которые ставит Женовач перед своими юными учениками, дает им возможность важного актерского и человеческого роста -- это очень видно на сцене. Еще пара лет, и студийцы далеко уйдут от своих, когда-то много обещавших ровесников из других театров.

Еще один спектакль с большим замахом, хоть, на мой взгляд, и не удавшийся, -- шестичасовой «Улисс» Евгения Каменьковича в «Мастерской Фоменко». Гигантский многослойный роман режиссер попытался рассказать совсем просто, на пальцах -- «фокус» не вышел, но по-своему уникальную попытку нельзя было не заметить. В противоположность Каменьковичу Кирилл Серебренников для спектакля «Киже» в МХТ постарался начинить простой рассказ Тынянова таким количеством дополнительных смыслов, сюжетных линий и историко-литературных отсылок, что превратил его в произведение темное, тяжеловесное и путаное. Смотреть этот спектакль было тягостно, но «не считать» его невозможно.

Еще несколько московских театров в прошедшем сезоне показали первые премьеры своих новых худруков, видеть их надо было, чтобы понять, появилась ли в работе старых трупп новая внятная художественная линия или они так и будут жить на периферии художественного процесса, обеспечивая старыми советскими и новыми сериальными звездами хоть какое-то заполнение зала. Для Римаса Туминаса в Вахтанговском театре манифестом были шекспировские «Троил и Крессида», спектакль в духе этого режиссера прихотливый, перегруженный, не слишком внятный, но с некоторым количеством занятных парадоксов и остроумных решений. Важным казалось, что Туминас остается собой и не хочет меняться в угоду среднестатистическим представлениям о «вахтанговской традиции», к чему его толкали. Серьезным итогом нынешнего сезона оказалось и то, что литовский режиссер остался руководить Вахтанговским театром, несмотря на шумную подковерную возню. Если бы Туминаса до истечения срока контракта сняли министерским решением в атмосфере шовинистических пересудов в духе «почему это нашим всем позвали руководить какого-то литовца?», шлейф стыда еще долго бы тянулся за когда-то славным театром.

Театр имени Станиславского в качестве первой премьеры нового худрука Александра Галибина зимой предложил дюрренматтовскую «Аварию» -- спектакль не крупный, но вполне достойный, с хорошо разыгравшимися актерами старшего поколения. Особенно привлекало, что этим спектаклем открылась крошечная Новая сцена на задворках театра, та, где в конце 50-х располагалась студия Яншина, и вот эта апелляция к прошлому вместе с маленькой выставкой в фойе давала надежду, что Театр Станиславского воспрянет (пока, впрочем, она не оправдалась).

Еще два негромких, но достойных спектакля вышли на маленьких сценах «больших» театров: в Пушкинском -- минималистская «Крейцерова соната» в постановке Александра Назарова -- тут два актера разыгрывали толстовский сюжет на голых скамейках среди зрителей. А в Театре Ермоловой -- «Свадьба Кречинского», остроумно и ненавязчиво превращенная Алексеем Левинским в тюремную байку. Сегодня такие постановки -- вроде бы совсем рядовые по своим амбициям -- оказываются нежданными радостями и стоят отдельного упоминания, как удачи сезона.

Далее, никак нельзя забыть о том, что этой весной вышел новый моноспектакль Евгения Гришковца, давно не показывавшего своих фирменных «одиночных» премьер. Актер и режиссер, в последние годы в общем мнении превратившийся из автора в персонажа, «медийное лицо» и героя пересудов, должен был доказать, что он по-прежнему на коне и старое умение трогать публику за чувствительные струны не оставило его. Действительно, спектакль «+1» показал, что мастерство не ушло, Гришковец по-прежнему лихо закручивает композицию с частой сменой тем и перепадами от смешного к сентиментальному, отлично владеет залом и крутит им как хочет. Другое дело, что сам герой сильно изменился, стал мизантропичнее, раздражительнее, и идентифицировать себя с ним, как раньше, уже не получается, да и желания нет.

Ну и для завершения списка -- еще о двух спектаклях в театрах, находящихся на периферии основного потока зрителей, но зато в русле критических споров и актуальных боев за современную драматургию. В «Практике» Руслан Маликов поставил «Парикмахершу» Сергея Медведева в духе «картонного театра», и эта мелодрама имеет все шансы надолго сделаться хитом. В «Театре.doc» Михаил Угаров представил в условной форме читки вызывающе матерную молодежную комедию «Жизнь удалась» Павла Пряжко, но живость и парадоксальное обаяние этого спектакля тоже обещают ему жизнь куда дольше, чем обычно у экспериментальных постановок.

Этот список лидеров прошедшего сезона не пустой звук и для сезона нового, который только-только начинает открываться. В последние дни августа МХТ сыграет премьеру «Трехгоршовой оперы» в постановке Кирилла Серебренникова (в конце прошлого сезона ее уже сыграли пару раз под сурдинку), а уже в первых числах сентября Римас Туминас покажет свою очередную вахтанговскую премьеру: в чеховском «Дяде Ване» сыграют Людмила Максакова и Сергей Маковецкий. В сентябре же в Ленкоме сыграют «Вишневый сад» Марка Захарова. «Практика» обещает в новом сезоне выпустить спектакли по пьесам Евгения Гришковца, Ивана Вырыпаева и Владимира Сорокина и сыграть премьеру французского режиссера-драматурга Жоэля Помра. В октябре в ТЮЗе выпустят подряд две премьеры Камы Гинкаса: гоголевские «Записки сумасшедшего» с Сергеем Маковецким в главной роли и «Медею» по Аную и Сенеке со стихами И. Бродского, а еще «Кроткую» Достоевского в постановке гинкасовской ученицы Елены Керученко. Ну а если учесть, что фестивалей тоже никто не отменял и уже осенью на «Сезоне Станиславского» мы увидим премьеру «Идиота» Эймунтаса Някрошюса и «Чайку» Кристиана Смедса с Лембитом Ульфсаком в роли Аркадиной, а на NETе -- «Гамлета» Оскараса Коршуноваса и много другого интересного, то, может быть, жизнь театрала окажется нет так уж плоха.



Источник: "Время новостей", 21.08.2009,








Рекомендованные материалы


13.05.2019
Театр

Они не хотят взрослеть

Стоун переписывает текст пьесы полностью, не как Люк Персеваль, пересказывающий то же самое современным языком, а меняя все обстоятельства на современные. Мы понимаем, как выглядели бы «Три сестры» сегодня, кто бы где работал (Ирина, мечтавшая приносить пользу, пошла бы в волонтерскую организацию помощи беженцам, Андрей стал компьютерным гением, Вершинин был бы пилотом), кто от чего страдал, кем были их родители

Стенгазета
18.01.2019
Театр

Живее всех живых

Спектакль Александра Янушкевича по пьесе Григория Горина «Тот самый Мюнхгаузен» начинается с того, что все оживает: шкура трофейного медведя оборачивается не прикроватным ковриком, а живым зеленым медведем и носится по сцене; разрубленная надвое лошадь спокойно разгуливает, поедая мусор и превращая его в книги.