Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

04.09.2009 | Колонка / Экономика

Непостоянная черта бедности

Виноват - понятное дело - кризис

"Официальных" бедных - людей, чьи доходы не дотягивают до прожиточного минимума (или, как его еще называют, "черты бедности") в первом квартале этого года в России стало стало на треть больше. Если по результатам прошлого года их было 18,5 миллиона человек, то к апрелю цифра взлетела до 24,5 миллиона.

Виноват - понятное дело - кризис. Снижение спроса и кредитный кризис привели к падению доходов (а то и убыткам) банков и предприятий. Как результат - повсеместный "режим строгой экономии", который вылился в падение доходов населения, вызванный снижением зарплат и сокращением персонала. Все это понятно, предсказуемо и можно было наблюдать практически во всех странах, за исключением, разве что, Китая.

Однако это теория, которая хороша, когда подкрепляется цифрами. Среднемесячная номинальная начисленная заработная плата снизилась в России в первом квартале до 17,44 тысячи рублей с почти 19 тысяч в последнем квартале прошлого года. Средняя пенсия, правда, выросла с 4905 рублей до 5561 рубля.

Если учесть, что пенсионеры в России традиционно являются одним из самых малообеспеченных слоев населения, шестимиллионное пополнение армии людей, оказавшихся за чертой бедности, объяснить только снижением номинальных доходов населения никак не получается. Доходв пенсионеров наоборот выросли, причем более чем на 10%, а начисленная заработная плата упала, но не так существенно, чтобы вызвать настолько массовый рост бедности.

Объяснение тут довольно простое. Пресловутая "черта бедности" - прожиточный минимум - величина отнюдь не постоянная. И проследить, как она менялась, можно в том же отчете Росстата, из которого взяты остальные приведенные данные.

Еще в первом квартале прошлого года для всего населения прожиточный минимум составлял 4402 рубля, а для пенсионеров - 3508 рублей, то к середине прошлого года он вырос до 4646 и 3694 рублей соответственно. В третьем квартале было отмечено даже (сезонное) снижение - до 4630 и 3660 рублей, а к концу года цифры выросли до 4693 и 3712 рублей соответствено.

Несложно заметить, что за год средняя "черта бедности" сдвинулась вверх на 293 рубля, а для пенсионеров - на 204 рубля.

Зато к исхода первого квартала средний прожиточный минимум в стране был уже 5083 рубля, а для пенсионеров этот показатель составлял 4044 рубля. За три месяца средняя "черта бедности" подскочила сразу на 390 рублей (8,3%), а для пенсионеров - на 332 рубля (почти на 9%).

Эти средние для всех категорий населения 390 рублей или 8,3% оказались "рубежными" для 6 миллионов человек, отброшенных за "черту бедности". Чтобы понять основную причину столь резкого роста стоимости прожиточного минимума, гадать долго не нужно - достаточно вспомнить "плавную девальвацию" рубля конца прошлого - начала нынешнего года, которая вылилась в рост цен на товары и услуги в первом полугодии этого года.

Про разрушительный эффект девальвации для набравшей валютных кредитов экономики писалось уже довольно много, равно как и про не оправдавшиеся ожидания роста за счет импортозамещения, которыми оправдывалась девальвация рубля некоторыми теоретиками и чиновниками. А данные по самым незащищенным слоям населения подоспели только сейчас.

Было бы неплохо, если бы в следующий раз, когда кому-нибудь захочется порассуждать о пользе девальвации рубля, этот сторонник девальвации лишний раз взглянул на данные Росстата по соотношению доходов населения с прожиточным минимумом за первый квартал этого года.



Источник: Newsru.com, 28.08.2009,








Рекомендованные материалы



МРП

Все крепнет ощущение, что многие, очень многие испытывают настоящую эйфорию по поводу того, что им вполне официально, на самом высоком уровне, разрешили появляться на публике без штанов и гулко издавать нижние звуки за праздничным столом.


Поэтика отказа

Отличало «нас» от «них» не наличие или отсутствие «хорошего слуха», а принципиально различные представления о гигиене социально-культурных отношений. Грубо говоря, кому-то удавалось «принюхиваться», а кто-то либо не желал, либо органически не мог, даже если бы и захотел.