Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

15.04.2008 | Архив "Итогов" / Просто так

Господин с собачкой

Как они там? Добрались ли до Сухаревской?

Поздним воскресным вечером мы с дочкой ехали по Садовому кольцу в полупустом троллейбусе "Б". На Житной улице в троллейбус вошел подвыпивший мужик с собакой - видимо, породистой, похожей на боксера, но только раза в полтора крупнее. С первых же секунд их пребывания в салоне возникло ощущение какого-то несоответствия, неправдоподобности ситуации. Новый пассажир не источал неприятного запаха, не падал мордой на пол, не был агрессивен или навязчиво общителен, но явно не знал, как себя вести. Его четвероногий спутник начал неторопливый обход пассажиров, вежливо здороваясь с каждым по собачьему обычаю - тщательно, но без фамильярности обнюхивая.

Тем временем его хозяин растерянно стоял у пустого сиденья, пытаясь решить одновременно две нелегкие задачи: удержаться на ногах и вспомнить, что полагается делать в троллейбусе.

Распахнув дорогую куртку (из-под которой на свет выглянула массивная золотая цепь), он извлек из внутреннего кармана органайзер и попытался что-то в нем прочесть, но это то ли не получилось, то ли не помогло. Умный приборчик отправился обратно в карман, а его владелец наконец принял решение - повернулся ко мне и спросил:

- Я до Сухаревской доеду?

Я даже не сразу сообразил, что ответить. То есть, конечно, "Букашка" на Сухаревку идет, но долго - с учетом стоянки на троллейбусной станции у Курского вокзала чуть ли не час. Между тем от остановки, на которой сел мой собеседник, пять минут хода до "Октябрьской", а от нее до "Сухаревской" четыре остановки по прямой. Зачем же ехать в Клин через Берлин? Все это я и попытался по возможности кратко изложить.

То, что я услышал в ответ, сразу прояснило ситуацию, как монолог сыщика в конце детектива. Странный пассажир оказался "новым русским", неосторожно прокутившим всю имевшуюся при себе наличность. Денег не осталось не только на такси, но и на метро (куда к тому же с собакой не пускают), карточкой или чеком ни там, ни там расплатиться нельзя, а домой добираться как-то надо. Пришлось вспомнить про старинный коммунальный транспорт, на котором при необходимости пока что можно прокатиться и без денег.

Псу в отличие от хозяина вспоминать было нечего - он в троллейбусе не ездил никогда. Интеллигентное животное привыкло, что если в помещении присутствуют посторонние люди, то это знакомые хозяина, которых обязательно надо поприветствовать и запомнить.

Феномен общественного транспорта, в котором люди могут сидеть рядом, но оставаться незнакомыми и посторонними, оставался неизвестным псу до вечера нашей встречи.

...Мы вышли у площади Павелецкого вокзала и уже снаружи наблюдали еще один поворот сюжета: женщина, у ног которой устроилась собака, тоже собралась на выход, но никак не решалась побеспокоить животное, а ее робких намеков не понимали ни пес, ни хозяин. В последний момент ей все-таки удалось прорваться к дверям и покинуть троллейбус. После чего человек и собака оказались в привычной для них ситуации персонального транспорта - кроме них, в салоне никого не осталось.

Как они там? Добрались ли до Сухаревской?



Источник: "Итоги", №48, 1998,








Рекомендованные материалы



По первое число

Там, в фильмах, собирались на маевки и читали друг другу газету «Искра». Потом какой-нибудь смышленый мальчонка свистал со своей ветки в два пальца в том смысле, что жандармы уже тут где-то рядом. Тогда «Искру» засовывали за пазуху, из-за той же пазухи извлекалась бутылка с водкой, и все начинали изображать пьяных и нестройно горланящих «Когда б я имел златые горы». В поздние советские годы — и не в кино, а в грубой реальности — все происходило ровно наоборот.


Быстро, задом наперед

Это был триптих. Это было вполне концептуалистское произведение высокого уровня, созданное задолго до всякого концептуализма. Не исключаю, кстати, что этот «арт-объект» каким-то неявным образом повлиял на мою последующую поэтику. Тем более, что ни о каком Джоне Кейдже я в те годы даже слыхом не слыхивал.