Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

07.02.2008 | Колонка / Образование

Больной платит трижды

Платя деньги, пациент, как правило, не получает никаких гарантий

Согласно действующему законодательству, граждане РФ по-прежнему имеют право на бесплатное медицинское обслуживание. Степень несовпадения этой нормы с реальностью уникальна даже для России, где массовое нарушение любых норм и гарантий – дело привычное. Как известно всякому, кто имел дело с российской медициной, реально бесплатны в лучшем случае первичная консультация у врача в районной поликлинике, да еще услуги «скорой помощи». За все остальное надо платить: либо через кассу и с подписанием договора (зачастую с непроставленными суммами и сомнительным юридическим статусом), либо из рук в руки врачу или медсестре, либо сначала в кассу, а потом еще и врачу. Если учесть, что все государственные медицинские учреждения получают еще и бюджетное финансирование (т. е. деньги налогоплательщиков), то выходит, что пациент платит за свое лечение трижды – и это не считая выплат по обязательному медицинскому страхованию из кармана работодателя.

Впрочем, в развитых странах медицина тоже недешева, а смешанное финансирование ее (госдотации, страховые деньги, собственные средства пациентов) – обычное дело. Беда российской медицины – в том, что нелегальность или полулегальность выплат исключает какую-либо прозрачность. Платя деньги, пациент, как правило, не получает никаких гарантий – равно как и сведений о том, насколько обоснованы расценки, как они соотносятся с ценой аналогичных услуг в других клиниках и т. д. С другой стороны, полученные на таких условиях деньги не создают никаких стимулов персоналу работать лучше.

Самое удивительное – столь противоестественная с экономической точки зрения система не только существует уже около 15 лет, но и успешно отражает любые попытки реформирования. Последняя такая попытка – представленный весной 2004 года проект федеральной целевой программы «Повышение структурной эффективности системы здравоохранения» (документ, направленный не столько на изменение существующего положения, сколько на его признание и регламентацию) – столкнулась с резким неприятием как врачебного сообщества, так и общественного мнения в целом. Проект был отправлен «на доработку» и тихо канул в Лету.

Дело в том, что сложившийся порядок парадоксальным образом устраивает все стороны. Персоналу клиник он позволяет дополнять нищенские зарплаты нелегальными гонорарами. Главврачам – распоряжаться финансами по своему усмотрению, имея при этом какие-никакие гарантии поддержания инфраструктуры и не опасаясь конкуренции. Региональным и городским руководителям – держать в узде главврачей (на любого из них можно при желании «нарыть» компромат, достаточный если не для уголовного дела, то уж точно для увольнения), не неся при этом ответственности за состояние клиник.

Крайним в этой ситуации оказывается пациент, несущий все более тяжкие расходы и не имеющий никаких гарантий. Однако, как ни странно, большинство потенциальных пациентов этот порядок тоже устраивает – во всяком случае, куда больше, чем узаконенно-платная медицина со строгим контролем за финансовыми потоками. Не доверяя никаким учреждениям и структурам, российский гражданин видит в «левых» выплатах своего рода гарантию качественного лечения. И потому, с одной стороны, не приемлет никаких попыток ограничить юридическую бесплатность медицины, а с другой – с готовностью платит врачу, нередко сам предлагая такие отношения. И обижается в случае отказа.

Однако ратуя за сохранение существующей системы и разделяя миф о ее неоспоримых преимуществах (которым якобы не дает проявиться только недостаточное финансирование), россияне на практике стараются не обращаться за врачебной помощью без крайней надобности. Когда же перед ними встает выбор между скорой смертью (своей или близкого человека) и разорительными расходами, им уже не до анализа врожденных пороков отечественного здравоохранения.



Источник: "Другой взгляд", 2008,








Рекомендованные материалы



Поэтика отказа

Отличало «нас» от «них» не наличие или отсутствие «хорошего слуха», а принципиально различные представления о гигиене социально-культурных отношений. Грубо говоря, кому-то удавалось «принюхиваться», а кто-то либо не желал, либо органически не мог, даже если бы и захотел.


«У» и «при»

Они присвоили себе чужие победы и достижения. Они присвоили себе космос и победу. Победу — особенно. Причем из всех четырех годов самой страшной войны им пригодились вовсе не первые два ее года, не катастрофическое отступление до Волги, не миллионы пленных, не массовое истребление людей на оккупированных территориях, не Ленинградская блокада, не бомбежки городов. Они взяли себе праздничный салют и знамя над Рейхстагом.