Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

02.11.2007 | Кино

Too young to die

Запредельно смешная тин-комедия не столько о сексе, сколько об алкоголе.

Три перца 17-ти лет от роду ждут - не дождутся последнего в их жизни школьного года. Впереди – колледж и телки, которым ничего не известно о репутации друзей – лохов, ботаников, задротов и девственников.

Эван, романтический вибрант,  все время говорит об уважении к женщине и таскает с собой тюбик спермицидного лубриканта – на всякий случай.

Очкарик Фогель делает решительный шаг во взрослую жизнь и покупает себе поддельные водительские права на имя  25-летнего гавайского донора органов МакЛава (в как всегда гомерическом русском дубляже - МакТрахера). Самый толстый, лохматый, кривоногий, прагматичный и озабоченный, Сет, который вроде и не совсем девственник («начал рано, как Орсон Уэллс») строит пошаговые планы совращения кого-нибудь. Шанс предоставляется на уроке домоводства – напарница Сета по изготовлению яблочного пирога (намек поняли?) устраивает вечеринку. Нужно бухло. Кто спасет женщину?

Очередной продюсерский проект Джуда Апатоу («40-летний девственник», «Немножко беременна», «Рикки Бобби – король дороги») — это настоящая фаллическая комедия, практически канон и припадание к корням сатиры. Как в любом сочинении Аристофана «перцев» больше, чем в секс-шопе – так и тут. Спермотоксикоз толкает несовершеннолетних друзей к запретным дверям ликер-стора и дальше, в ночь, полную опасных приключений и выпивки.

Более того, кроме общей идеи «похождений зудящего члена», в «SuperПерцах» имеется и полноценное лирическое отступление, посвященное конкретно фаллосам (детали опустим). 

Вдобавок, фильм с самого начала развязно претендует на концептуальное кино для искушенных, беспорядочно, но смешно сообщая об уровне эрудиции своих создателей. До титров зачем-то светит текниколорными лучами старинный, образца где-то 1980 года, логотип Columbia. На титрах и дальше играет совершенно тарантиновский фанчок (Рик Джеймс, The Four Tops). Диалоги богаты вескими афоризмами: «Пистолет – это как второй член. Только этим  членом можно убить». На заднем плане творится абсурдизм высочайшей пробы - обратите внимание на маленького японца Мироки, с бастеркитоновской бесстрастностью изображающего киску. Во второплановых, но важных ролях порочных копов появляются люди из «Немножко беременной» - узнаваемый Билл Хэдер в интеллигентских очочках и неузнаваемый  Сет Роген в белорусских усах скобкой.

Все эти приятные мелочи хороши и, в общем, ни на секунду не дают разогнуться. Но величие фильма в том, что он действительно любит и уважает своих героев.

Под хи-хи и ха-ха, между падениями и блевотиной тут на редкость внятно и честно формулируется вечная трагедия нежного возраста. Too drunk to fuck, too young to die, как сказали бы сами Эван, Сет и Фогелль, если бы слушали рок-н-ролл, а не Рика Джеймса.



Источник: TimeOut, №38, 2007,








Рекомендованные материалы


Стенгазета
21.12.2019
Кино

Восхитительная жестокость

В комнате заставленной жуткими куклами (будто родственниками Чакки) и заклеенной порнографическими постерами на грязной кровати с некогда белым бельем лежит труп женщины. Пригубив шнапса, безобразный герой приступает к разделке тела.

Стенгазета
25.11.2019
Кино

* Говорит по-французски

Но даже тело Йоава против нового места обитания. Он сексуален, раскрепощен, для него важна телесность, а жители Парижа – холодные и отстраненные. Для горячего Йоава подавление своей сути, своей физиологии становится большим испытанием, чем даже голод.