Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

12.10.2007 | Еда / Общество

Мужчина на кухне

Интерес к готовке идет рука об руку с более утонченной культурой тела и городского досуга

   

Несколько лет назад  мы с мужем регулярно ходили в гости к Джону,  американцу-экспату, работавшему тогда в Москве. Прием  протекал по одному раз и навсегда заведенному порядку, поначалу немало нас удивлявшему. У входа нас встречал улыбающийся Джон, облаченный в солидный фартук. После обмена приветствиями он исчезал на кухне, а мы проходили в гостиную, где коротали время в беседе с его женой, потягивая аперитив. Примерно через полчаса начиналась кулинарная игра: Джон  торжественно вносил первое блюдо, а мы должны были не просто насладиться его стряпней, а отгадать, что же, собственно, у нас на тарелках. В своих рецептах он использовал довольно редкие ингридиенты -  помню, как мы долго не могли опознать суп-пюре  из карамелизованного лука-порея и кольраби -  а иногда полностью менял вкус привычных  продуктов с помощью специй или фантазийных сочетаний.  Застольные разговоры, естественно,  вертелись  вокруг еды, а Джон большую часть вечера готовил на кухне, куда жена допускалась только после ужина для мытья посуды. Хотя меню включало 6-7 блюд и завершалось рукодельным тортиком, мы уходили без неприятного чувства тяжести в желудке, настолько легкими и технологически выверенными были его творения. За  нашими гастрономическими посиделками  попутно всплывали весьма странные истории. Джон подписывался на  журнал Gourmet и тщательно следил за новостями в гурманском мире. Однажды он в очередной раз собрался на денек в Париж с единственной целью посетить ресторан, где готовил знаменитый шеф. Его жена  в тот вечер приболела, однако Джон невозмутимо оставил ее в отеле, и в одиночестве отправился дегустировать новинки. 

В тот период  все происходящее мне представлялось диковинной причудой западного человека, а сам феномен мужчины на кухне -  уникальным  (если не сказать патологическим) явлением. 

Но постепенно я поняла, что на самом деле для трудоголика Джона креативная готовка была единственным способом расслабиться и одновременно социальным  перформансом, для которого требовалась благодарная аудитория. К тому же, если вспомнить вошедших в историю известных поваров – Вателя, Ансельма Брийя-Саварена, маркиза Луи де Бешамеля, писателя Александра Дюма, –  ритуальное поведение Джона не покажется столь уж  исключительным. В конце концов, во Франции каждый второй мужчина прекрасно готовит. Однако вскоре я стала с удивлением замечать,  что дух деятельного мужского гурманства привился и в наших краях.

До недавнего времени у нас мужчина  должен был уметь сделать  шашлык на даче и уверенно разбираться в винах, а кухня по традиции оставалась женским царством. Неслучайно старинная книга Елены Молоховец называлась «Подарок молодым хозяйкам» -  готовка считалась недостойным  делом для «настоящих мужчин».

Даже если мальчик, допустим, интересовался стряпней, его непременно гнали из кухни: «Ну ты, кухонный комиссар, марш отсюда!», - говорили в детстве будущему знатоку кулинарии Вильяму Похлебкину.  Если раньше  вдумчивыми наставлениями Похлебкина зачитывались  интеллектуальные домохозяйки, то теперь и сильный пол прилежно штудирует гастрономические  талмуды. «Я тут запекал треску в сливках с сыром, авокадо и базиликом по рецепту Джейми Оливера», - делится один энтузиаст. «Апельсиновый соус к утиным грудкам – только по Эскофье!» - бьет себя в грудь другой. Третьи с придыханием цитируют новейшего гуру Сталика Ханкишиева – замечу, кстати, что программное  название его   труда  «Казан, мангал и другие мужские удовольствия» уже никого не удивляет: готовка прочно вошла в число престижных мужских хобби.

Отныне  уважающему себя джентльмену уже не пристало таить от публики свои кулинарные таланты.

Происходят неслыханные вещи: мужья, которые раньше проводили досуг на диване перед телевизором, активно оттесняют жен от плиты. В чем причина столь разительных перемен?

Проще всего это объяснить тем, что до нас наконец-то докатилась западная  мода на мужскую готовку – и тут как раз наш друг Джон был одной из первых ласточек. Но, на мой взгляд, дело обстоит сложнее: изменился модный тип мужчины. На смену прежнему патриархальному мачо сначала пришел богемный буржуа «бобо», любитель красивой жизни,  а затем новый герой нашего времени – метросексуал, который  серьезно интересуется своим имиджем,  покупает лучшие марки мужских кремов и шампуней, посещает салон красоты.  Метросексуалу приятно обсуждать  модную одежду и новые клубы, и, естественно, он обожает экспериментировать на кухне - настоящая находка для современных бизнес-леди, слишком занятых, чтобы простаивать у плиты. Таким образом,  налицо новый расклад мужских и женских ролей в обществе, а интерес к готовке идет рука об руку с более утонченной  культурой тела и городского досуга.

За такими стратегическими сдвигами, как правило, кроются весьма важные психологические нюансы.

Прикинем: для женщин  кухня веками выступала как место принудительного труда, а готовка служила символом домашнего рабства.  Роль домохозяйки нередко становилась альтернативой нормальной профессиональной жизни. Напротив, мужчины, которые по доброй воле встают к плите,  превращают стряпню в священнодействие, в средство свободного самовыражения. Для них приготовить удачное блюдо - значит выступить с праздничным  эффектным номером, снискать уважение друзей и близких, а заодно и приятно оттянуться. Ведь любое дело кажется захватывающе интересным, когда осваиваешь его как азартное хобби. Даже резку морковки при таком подходе можно превратить в гастрономический кунштюк, если осознавать, что это всего лишь шаг на пути к кулинарному триумфу. Вот тогда

готовка мгновенно превращается из повседневной прозы в повод для гордости и сферу престижной эрудиции. К тому же – добавим - представители сильного пола не одержимы идеей похудения, и удовольствие от стряпни для них не омрачается горестными размышлениями о лишних сантиметрах на талии.  

Когда я думала, чем закончить этот очерк, позвонил старый приятель. «Ты когда-нибудь пробовала жареный козий сыр с медом?», - проникновенно спросил он...



Источник: Robb Report, № 10, 2007,








Рекомендованные материалы



Закрыт последний клапан

Владимир Путин своим указом превратил Совет по правам человека из органа, неприятного главе государства, в орган совершенно бессмысленный. Под предлогом ротации оттуда изгнали людей, старавшихся инициировать разбирательства по наиболее вопиющим нарушениям прав россиян, полицейским расправам, махинациям властей на выборах.


Норма и геноцид

Нормальным обществом я называю то, где многочисленные и неизбежные проблемы, глупости, подлости, ложь называются проблемами, глупостями, подлостями и ложью, а не становятся объектами национальной гордости и признаками самобытности.