Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

16.05.2007 | Кино

Империя на замке

Уже сорок лет Дэвид Линч пытается отучить публику искать в фильмах сюжет или философию

«Внутренняя Империя» – первый полнометражный фильм Дэвида Линча после шестилетнего перерыва. И еще менее чем предыдущие он подвергается критическому насилию.

На протяжении сорока лет своей режиссерской карьеры Линч, как ни странно это звучит, занимается воспитанием зрителя - отучает его искать в фильмах любые способы защиты – будь то попытки следования за сюжетом, поиски идеи или цельной философии – защиты от того неназываемого Страшного, идеальным проводником которого оказывается кинопленка. Нет смысла называть это Страшное «бессознательным» или «злом» – в мире Линча подобные номинации так же условны, как меняющиеся посредине фильма имена персонажей.

«Внутренняя Империя» с самого начала выбивает у зрителя почву из под ног – вместо введения или хотя бы титров из скрежета граммофона вывертываются несколько сцен на польском языке с загадочным криминальным сюжетом.

Их сменяет телешоу из жизни кроликов. Кролики эти ходят по комнате и ведут между собой нервные и обрывочные беседы. Польская и кроличья линии переплетаются с чуть более четким основным повествованием. Актрисе Никки Грейс (Лора Дерн, игравшая у Линча в «Синем бархате» и «Диких сердцем») предлагают роль в новом фильме – кажется, довольно безыскусной мелодраме про супружескую измену. Съемки идут как-то странно. И через некоторое время режиссер (Джереми Айронс) рассказывает Никки и ее партнеру (Джастин Теру, игравший режиссера в «Малхолланд Драйв»), что фильм, который они снимают, – на самом деле римейк польской картины, так и не законченной из-за смерти обоих исполнителей главных ролей. В связи с этим сценарий считается проклятым.

Однако к середине фильма и этот достаточно условный сюжет отменяется. Борьба Линча со зрителем переходит на новый этап.

Трехчасовой фильм полностью снят ручной цифровой камерой – в основном, дрожащими крупными планами. Таким образом Линч добивается сходства то ли с дурной мыльной оперой, то ли с любительской видеосъемкой. А ведь нет ничего более фрустрирующего, чем глупые сериалы и чужая домашняя видеохроника!

Кстати о сериалах: передача о кроликах во «Внутренней империи» – это почти «Мышеловка» из «Гамлета». Грызуны разговаривают типичными фразами линчевских фильмов, вроде «Когда-нибудь мы узнаем, что это значит» или «Там был человек в зеленом пальто» (двух из них даже озвучивают Наоми Уоттс и Лора Херринг – главные героини «Малхолланд Драйв»). И странное воздействие, оказываемое кроликами на героев «Внутренней империи», сходно с тем, которое оказывают на нас фильмы самого Линча.

Хотя «Внутренняя Империя» выглядит как фильм без ключа (а мы могли бы научиться по фильмам Линча, что ключ если и есть, то лучше не искать дверь, которую он открывает), чертовски сложно удержаться от попыток найти разгадку в названии.

Впрочем, что такое «Внутренняя империя» так и остается неясно То ли это Голливуд, то ли Польша, то ли даже Страна кроликов. Но, скорее всего, речь идет об очередном воплощении Черного Вигвама, Синей Коробки из «Малхолланд Драйва», того места, откуда к нам стучится Страшное, с каждым фильмом все настойчивее навязывая свои правила игры.



Источник: "Другой взгляд" №3, 17.05.2007,








Рекомендованные материалы


Стенгазета
08.07.2019
Кино / Театр

Поезд дальнего исследования

Речь пойдет о фильме «Насквозь» Ольги Привольновой, выпускницы Школы документального кино и театра Марины Разбежкиной и Михаила Угарова. Почему “Насквозь” оказался ключевым фильмом для обозначения роли Школы в современном документальном кино и каковы возможности взаимодействия документалистики с литературой и театром.

Стенгазета
26.06.2019
Кино

Слон где-то рядом: от чего бегут герои современных фильмов.

Герои Ху Бо мечтают увидеть безмятежного слона, который находится в одном из зоопарков Маньчжурии, и этот слон становится для них символом иной реальности, в которую можно сбежать от жестокого и равнодушного мира. Куда (и как) еще бегут другие герои-беглецы?