Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

10.04.2007 | Колонка / Литература

Белла Ахмадулина в кругу друзей

Это она написала: "Свирепей дружбы в мире нет любви".

Белла Ахмадулина (отмечающая 10 апреля юбилей) из всех поэтических героев 60-х, заметно и всесоюзно прозвучавших тогда, одна счастливо избежала опасных извивов гражданственной поэзии, которые заносили бог знает куда ее более активных коллег. Она всегда была лириком, литератором сугубо интимным, и то, что оказалась в ту пору среди властителей дум, говорит не о ней, а о времени.

Сорок-сорок пять лет назад интимная лирика была столь же новаторским, революционным открытием, как космос. Как Запад, как правда о своей истории, как ироническая проза.

Оттепельное общество освобождалось по всем направлениям, в том числе – вглубь. До того лирика возникала в чрезвычайных обстоятельствах – например, военное симоновское "Жди меня". В 60-е вернулась забытая на десятилетия чистота идеи.

Парадокс гражданственной поэзии заключается в том, что чем чаще и последовательней поэт развивает общественные мотивы, тем меньше интереса для общества он представляет. Набор социальных тенденций ограничен, нравственное учительство быстро начинает раздражать, вырождаясь в фельетон. На этом осекся великий Маяковский. Тем более – поэтические бойцы 60-х, оказавшиеся не нужными в новую оттепель – конца 80-х, 90-х.

Лирика выживает, обеспеченная неисчерпаемостью самого простого – но непременно личного – чувства.

В этой подробно и детально разработанной (и мировой, и отдельно русской поэзией) сфере Белла Ахмадулина не потерялась – не только потому, что ее лирические стихи хороши, а еще и потому, что нашла свою особую тему. Наглядная и постоянная эмоция в ее поэзии – помимо любви – дружба.

Это разом и объяснимо, и удивительно. В 60-е раскололся монолит общественного сознания, и именно неформальные группы единомышленников были источниками свободного изъявления воли и сознания. "Свои" доверяли друг другу – друзьям. Ахмадулина дружить умела: "Да будем мы к своим друзьям пристрастны! / Да будем думать, что они прекрасны!" А вот – Высоцкому: "Хвалю и люблю не отвергшего гибельной чаши. / В обнимку уходим – все выше, все дальше, все чище... / Не скаредны мы, и сердца разрываются наши, / Лишь так справедливо. Ведь если не наши, то – чьи же?" Окуджаве: "Покуда жилкой голубою / безумья орошен висок, / Булат, возьми меня с собою! / Люблю твой легонький возок".

Это она написала: "Свирепей дружбы в мире нет любви".

Вот тут – после объяснимого – следует удивительное. Это чувство принято считать привилегией мужчин. Ведь речь идет именно о классической мужской дружбе.

Не зная, невозможно вообразить, что такие строки написаны женщиной: "Сегодня, став взрослее и трезвей, / хочу обедать посреди друзей".

Тут слышен даже некий кавказский акцент, джигит говорит. То-то у Ахмадулиной с Грузией такая долгая взаимная любовь.

Главный певец мужской дружбы – женщина. Белла Ахмадулина. Из тех, ее дружеских компаний и выросло российское общественное мнение – которого столь не хватает России сейчас: во многом потому, можно думать, что так заметно ослаб институт дружбы. Круг друзей, посреди которых хочется обедать.



Источник: Радио "Свобода", 8 апреля 2007 года,








Рекомендованные материалы



МРП

Все крепнет ощущение, что многие, очень многие испытывают настоящую эйфорию по поводу того, что им вполне официально, на самом высоком уровне, разрешили появляться на публике без штанов и гулко издавать нижние звуки за праздничным столом.


Поэтика отказа

Отличало «нас» от «них» не наличие или отсутствие «хорошего слуха», а принципиально различные представления о гигиене социально-культурных отношений. Грубо говоря, кому-то удавалось «принюхиваться», а кто-то либо не желал, либо органически не мог, даже если бы и захотел.