Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

08.10.2006 | Общество / Религия

Самое верное учение

ОПК оседлали силы, стремящиеся сделать на них политический капитал — и они давят, давят и давят

Продолжающаяся почти 10 лет война из-за основ православной культуры, кажется, вступает в свою завершающую фазу. Война эта с самого начала носила довольно странный характер.

При том что сторонники ОПК, представители церкви и православные активисты, постоянно обвиняли в противодействии злокозненных чиновников, чиновники-то как раз им никак особенно не мешали.

Бывший тогда замминистром образования Александр Асмолов (демократ и либерал, кстати, сторонник "вариантного образования") подписал письмо, легализирующее факультативное преподавание предмета в школах, еще в 1993 году. В регионах потихоньку создавалась инфраструктура, готовившая преподавателей, писались программы. Единственное, на что не соглашалось государство в лице министерства, так это сделать предмет обязательным (что противоречило бы всем законам) и заняться изготовлением учебника.

По сути в баталиях столкнулись интересы двух частей общества, это был (и есть) вечный спор между славянофилами и западниками. Но поскольку одна часть общества что-то делала, а другая только говорила решительное «нет», теперь накопленная энергия и инерция явно работают на сторонников ОПК.

На них же работает и политическая конъюнктура: идея православия как идеологии, цементирующей государство и нацию, ранее вдохновлявшая лидеров довольно узкого политического спектра, находит все большее распространение на всех уровнях власти и соответственно во всех сферах подотчетной этой самой власти жизни. Самым активным сторонником этой идеи был и ушедший теперь на покой митрополит Курский и Рыльский Ювеналий (Тарасов), по сути одним из первых, еще в начале 90-х, заговоривший о необходимости школьного православия и инициировавший этот проект в своей епархии в 1996 году.

Этим летом руководство двух областей, Белгородской и Брянской, объявило о решении сделать уроки ОПК обязательными для местной общеобразовательной школы.

Никаких пугающих вестей о межконфессиональной розни, которой опасаются противники ОПК, из обозначенных регионов вроде бы не доносится, а вот стали ли дети образованнее по части православной культуры, нравственнее, терпимее и «соборнее», за что ратуют сторонники ОПК, большой вопрос. Проблема в том, что споры о необходимости и законности предмета идут в основном в столицах, а преподают предмет по большей части в провинции. Сейчас вот, на пике полемики, некоторые издания отправили своих корреспондентов по городам и весям, впечатления у всех самые разные: у кого-то вполне положительные, у кого-то не очень. Депутаты, социологи, священники, журналисты, писатели и чиновники обсуждают горячую тему на круглых столах.

Но вот интересное дело: из-за учебника ОПК Аллы Бородиной пару лет назад был шумный скандал, разгорелась даже судебная тяжба (и многие претензии к автору были совершенно справедливыми), а сейчас на круглом столе в РИА «Новости» Алла Бородина на голубом глазу опять рассказывает о достоинствах своего пособия, правда, подновленной его версии.

Хотелось бы понять: кто-то всю эту разноголосицу мнений как-то учитывает? Разбирается в нюансах, сравнивает, какой учебник хуже, а какой лучше, обдумывает ошибки и отмечает удачи? Таких разговоров не слышно.

Правда, зампред комитета Думы по делам общественных объединений и религиозных организаций Александр Чуев на той же встрече в РИА «Новости» предложил сформировать специальную рабочую группу Министерства образования и науки, в которую войдут участники основных конфессий, и «вместе выбирать подходы к религиозному образованию». Но министерство и патриархия уже создавали Координационный совет, в результате его работы тогдашний министр образования Владимир Филиппов разослал по регионам примерную программу предмета ОПК, слово в слово повторяющую семинарский курс. Скандал тогда случился большой, министру свое письмо пришлось отозвать. Зачем же повторять старые ошибки: ведь все 90-е годы сторонники и противники ОПК предпочитали говорить или напрямую с властью, или с органами прокуратуры.

Если уж сейчас проблема обсуждается так широко, не лучше ли создать какой-то общественный коллегиальный орган, который занялся бы соответствующей работой? Надо же когда-то учиться договариваться с людьми пусть и не близких тебе взглядов, иначе за нас все и всегда будет решать власть.

Но круглый стол в РИА «Новости» опять закончился печальной констатацией, что разговор между сторонниками и противниками ОПК идет на разных языках.

Очередное обострение споров вызвано не только региональной инициативой, но и тем, что вот-вот будет готов учебник по истории религий, на преподавании которой настаивает Министерство образования. Министерские чиновники обосновывают свою позицию многоконфессиональностью страны, но, на мой взгляд, здесь есть и другая проблема. Понятно, как писать привычную историю религий — тут подходит наработанная религиоведческая методика, если ее освободить от обязательной в советские годы установки, что религия — изживающий себя предрассудок прошлого. Есть для этого дела и специалисты.

А кто будет писать курс ОПК? Где у нас носители православной культуры, способные представить ее как абстрактную учебную дисциплину? Боюсь, что таковыми не являются даже большинство священников.

Недаром же никто из них до сих пор не взялся за создание вожделенного пособия. Пишут все больше светские авторы, многие из которых познакомились с православной культурой месяца за два до того, как взялись за перо. Вот и получается, что под разговоры о культуре насаждается откровенное бескультурье.

По моему опыту общения с преподавателями ОПК, а я почти каждый год беседую с ними на Рождественских чтениях, процент вдохновенных энтузиастов, действительно грамотных и старающихся придать предмету нравственное измерение, примерно равен проценту экстремистов всех мастей, прячущих за "православием" свои человеконенавистнические убеждения, — и он невелик.

Основная масса — бесхитростные и добродушные училки, привыкшие чувствовать под ногами твердую почву единой и кодифицированной морали.

Кодекс строителя коммунизма канул в Лету. С демократическими правами как-то не заладилось — не любим мы признавать права других, особенно если они угрожают нашим интересам. Теперь учительские взоры обратились к «традиционным ценностям». Любимое занятие младшеклассников на уроках ОПК вырезать кресты и обклеивать ими все попадающиеся под руку поверхности, в старших классах рассматривают репродукции икон и выясняют, какому святому от каких бед молиться. Некоторые учителя просто читают детям сказки: «Знаете, детям теперь никто не читает, они даже про курочку Рябу не слышали», — сокрушенно жаловалась мне одна преподавательница.

Так что до времен, когда сбудутся мечты дьякона Андрея Кураева, мы доживем нескоро. В своей статье об ОПК он предлагает потенциальным авторам учебника ориентироваться на труды Алексея Лосева, Михаила Бахтина, Сергея Аверинцева, Юрия Лотмана, Арона Гуревича и др. Оно бы, конечно, отлично, но вряд ли это произойдет раньше, чем на них начнут ориентироваться авторы учебников литературы, которую преподают в школах с незапамятных времен, и прекрасно порой преподают, а вот до Аверинцева и Лотмана пока в массе своей не доросли.

Обвиняя в лукавстве изготовителей опэкашных методичек — «объявили "культурологию", изготовили "Закон Божий"», — дьякон сам лукавит. Думаю, можно и без Аверинцева и Лотмана создать пристойный учебник по основам, если ясно осознавать, что ты от него ждешь.

К сожалению, этого не осознает в первую очередь священноначалие, которое продолжает настаивать на том, что нельзя подменять ОПК историей религии, потому что история не учит нравственности, а «культурологический» предмет ОПК якобы учит.

Если культурологическое знание — научное (а только такое знание и может нести светская школа), то чем оно в смысле воспитания нравственности эффективнее научного же знания исторического? Загадка.

Иерархи твердят, что 80% граждан России православные и хотят изучать основы православия — опять лукавство. В пикет перед Общественной палатой, которая должна рассматривать региональную инициативу с обязательным ОПК в школах, даже пламенный борец «за права православных» Кирилл Фролов вывел всего 20 человек. Но это не помешало ему демагогически заявить, что православное сообщество не примет «секулярно-атеистический предмет "Основы мировых религий"». В городе Екатеринбурге, судя по всему, православного сообщества нет: там, согласно данным опроса, проведенного газетой «Школьная жизнь», 76% старшеклассников выступили против изучения ОПК. Впрочем, опрос газеты не вполне репрезентативен, а

где же маститые социологические службы, которым самое время заняться анализом ситуации? Молчат отчего-то, в очередной раз подтверждая слабость нашего гражданского общества.

Значит, как власть решит, так оно и будет. Центральная власть, судя по всему, не готова делать резкие движения. Так, министр образования Андрей Фурсенко не стал отменять нелегитимное решение региональных руководителей. Закон «Об образовании» разрешает местным властям самим определять содержание регионального компонента, но с оговоркой, что оно не должно противоречить постановлениям министерства. Министр попросил разобраться Общественную палату, которая пока думает. Однако

ОПК оседлали силы, стремящиеся сделать на них политический капитал — и они давят, давят и давят. Не без успеха.

Только что та же Общественная палата включила в список НКО, претендующих на государственные гранты, Союз православных граждан (СПГ), организацию, славную разве что скандальными акциями (в последнее время все чаще в кооперации с откровенными экстремистами — православными хоругвеносцами) и «бескомпромиссными заявлениями», призывающими «ко всеобщей православной экспертной и журналистской мобилизации, способной дать достойный отпор обнаглевшему антицерковному лобби». Впрочем, и член Общественной палаты епископ Ставропольский и Владикавказский Феофан считает, что «необходимо вернуть православие если не как государственную, то как народно-общественную идеологию», к чему, собственно, пресс-секретарь СПГ Кирилл Фролов и прилагает неустанно свои старания. А теперь государство, скорее всего, будет ему за это еще и приплачивать. Интересно, «мобилизаторские усилия» Кирилла Фролова станут от этого еще громче или все-таки тише?

В любом случае, непонятно, причем тут православная культура.

Непонятно и то, почему патриархия, так сильно озабоченная православным образованием, упорно не хочет тратить на него свои деньги.

Средства находятся на все: на строительство супермаркетов "в шаговой доступности от храмов", на развитие сети недорогих гостиниц, на восстановление развалившихся колхозов… Зато обучение на курсах повышения квалификации по специализации «Основы православной культуры» Московская духовная академия ведет на «благотворительные пожертвования» слушателей. Даже на семинарское образование, самый что ни на есть непосредственный источник православной культуры, централизованный церковный бюджет денег не выделяет, епархии отдуваются как могут. Ну вот теперь, глядишь, государство и на них подбросит.

А гражданам остается ждать решения Общественной палаты насчет обязательных уроков ОПК – оно покажет, каковы ближайшие перспективы идеологического православия.

Если ситуация действительно переломилась, то у всех нас скоро будет возможность на собственной шкуре испытать меру терпимости и нравственной состоятельности поборников «традиционных основ».  



Источник: "Ежедневный Журнал", 29.10.06,








Рекомендованные материалы



Боеголовка в подарок

Когда Владимир Путин в эйфории после специально для него устроенных испытаний заявил, что боеголовка «Авангард» — лучший новогодний подарок российскому народу, он абсолютно точно назвал безусловный символ уходящего 2018-го. Россия окончательно превратилась в страну победившего милитаризма.


Когда изоляционизм полезен

19 декабря, несомненно, стало тяжелым днем для Марии Захаровой, Игоря Конашенкова и сонма российских пропагандистов рангом пониже. В то время, когда Сергей Шойгу рапортовал президенту о победе в Сирии, а начальники стройкомплекса Минобороны сообщали о намерении «укрепить и расширить» российские базы в этой стране, неугомонный Дональд Трамп взял и объявил о полном выводе американских войск из Сирии.