Авторы
предыдущая
статья

следующая
статья

07.10.2006 | Театр

Главные из новых

Драматурги "новой драмы": Максим Курочкин, Иван Вырыпаев, Вячеслав и Михаил Дурненковы, Юрий Клавдиев

   

Максим Курочкин

Историка Максима Курочкина, живущего сейчас на два города - Москва-Киев - можно считать одним из первых «новодрамных» драматургов. О его пьесах говорили еще в середине 90-х, они казались ни на что не похожими, фантастическими и странно смешивали архаику с сегодняшним днем. Тексты Курочкина много ставят, переводят на европейские языки, они получают премии, но действительно знаменитым у нас его имя сделала пьеса «Кухня», в 2000-м заказанная Олегом Меньшиковым специально для своего спектакля. Второй такой же шумный опыт был у драматурга через год, когда он специально для Анастасии Вертинской написал «Имаго» - свою версию комедии «Пигмалион», которую поставила Нина Чусова.

Сейчас в Москве пьесы Курочкина идут в Центре драматургии и режиссуры и в театре имени Пушкина. А его новые пьесы, хоть и сохраняют всегда элемент фантастики, существуют в кругу проблем рефлексирующего столичного жителя. Например, «Водка, ебля, телевизор», спектакль по которой в Доке уже почти готов, - это ироничное разбирательство тридцатитрехлетнего писателя, который чувствует себя ужасно старым и усталым, с тремя главными составляющими его жизни, указанными в названии. Чтобы сохранить себя, как писателя, - считает он, - от кого-то из троих надо отказаться. Но каждая из персонифицированных зависимостей выдвигает резоны, почему именно с ней расставаться нельзя.


Иван Вырыпаев

Актер и режиссер из Иркутска, теперь живущий в Москве, стал знаменит четыре года назад, написав и сыграв на сцене Театра.doc свою пьесу «Кислород» - разложенный на два голоса рэп-монолог, по-своему трактующий десять божественных заповедей. Спектакль этот сразу назвали манифестом поколения. Появившийся через два года следующий спектакль, «Бытие №2» снова выяснял отношения с Богом и снова стал знаменит. Пьесы его, начиная с первых, написанных в 2000-м году «Снов», переведены на множество языков и многократно ставились в Европе.

Иван Вырыпаев в «новодрамном» кругу кажется антагонистом Курочкина. Против легкого, ироничного курочкинского диалога – жаркий и клокочущий поэтический монологизм, против сомнений, комплексов, самокопания – требовательное разбирательство с Богом, Жизнью, Любовью. Против игр с культурой – тексты, написанные так, будто до него никто на эту тему ничего не писал.

Сейчас Вырыпаев на сцене театра «Практика», где с нового сезона он служит арт-директором, выпускает монопьесу «Июль», играть которую будет Полина Агуреева, сыгравшая главную роль и в первом фильме Вырыпаева «Эйфория».


Вячеслав Дурненков

Историк и художник, живущий сейчас между Тольятти и Москвой, появился в «новодрамном» кругу несколько лет назад, но его необычные, мрачновато-ироничные пьесы (иногда написанные вместе с братом Михаилом), стали ставить в театрах только год назад. Сочетание абсолютной внешней серьезности с дикими смещениями, игры с языком, где в архаическую речь вдруг вплетается программистский сленг, а истории из девятнадцатого века вспучиваются сегодняшними реалиями и т.д. позволяют сравнивать его с Владимиром Сорокиным.

Сейчас в московских театрах идут три пьесы Дурненкова – написанный в соавторстве с братом «Культурный слой» в МХТ (спектакль «Последний день лета»), «Голубой вагон» в студии Алексея Левинского «Театр» и «Три действия по четырем картинам» в театре «Практика».


Михаил Дурненков

Бывший инженер, сейчас учится во ВГИКе, в сценарной мастерской Юрия Арабова. Автор нескольких пьес и написанного вместе с братом полнометражного киносценария  «Супротив человека», который сейчас находится в производстве. Одно из самых обаятельных произведений Михаила – сборник «Слесарных хокку», якобы рожденных на тольяттинском автозаводе: «Две мерки риса в столовой Мастер съедает сегодня Пахнет мазутом. Обед».

В московских театрах сейчас идут два спектакля по пьесам Михаила: «Культурный слой» в МХТ и «Красная чашка. 108 минут» в «Практике». Последний спектакль состоит из двух одноактовок, каждая из которых построена на драматургическом фокусе. В «Красной чашке» сюжет отталкивается от рекламы Нескафе с полярниками, которые оказывается всю жизнь вынуждены, как заведенные, повторять эту минутную сценку. А во втором рассказывается длинная история про террористический акт с захватом какой-то секретной лаборатории, и все это, оказывается, нужно для того, чтобы оживить Гагарина и спросить, что же он видел из космоса.


Юрий Клавдиев

Журнал Тайм Аут называет его бывшим тольяттинским скинхедом,  сам он предпочитает считать себя панком, на все ответственные мероприятия надевая металлические браслеты и ошейник с шипами. Сейчас живет в Петербурге, работает на телесериалах и пишет по заказу ЮНЕСКО пьесу про больных СПИДом.

Пьесы Клавдиева активно начали ставиться в этом году, весной в Москве одновременно вышли «Пойдем, нас ждет машина» в Центре драматургии и режиссуры и «Собиратель пуль» в «Практике». Как говорит драматург и руководитель Театра.doc Михаил Угаров: «Эмоциональный фон в пьесах Клавдиева – негодование. Основное высказывание его героев: «Мы убьем каждого, кто не хочет добра и справедливости». Чаще всего герои Клавдиева – униженные и агрессивные подростки. Но даже, если это взрослые люди, пьесы сохраняют подростковый тон, где жестокость соединяется с жаждой романтики и почти девической сентиментальностью.



Источник: «Эксперт» №35(529), 25 сентября 2006,








Рекомендованные материалы


Стенгазета
01.03.2021
Театр

Между пальцем и курком

Пьеса «Маузер» Хайнера Мюллера была написана в 1970-м году. В ее основе лежит эпизод из романа Шолохова «Тихий Дон» и мотивы брехтовской «поучительной» пьесы «Мероприятие». В этом произведении Брехт описал, как далеко могут зайти участники коммунистического движения ради своих идеалов.

Стенгазета
29.01.2021
Театр

Почему нельзя дотянуться языком до локтя? Театр «Практика» нашел ответ

Зрителю, не прочитавшему заранее описание постановки, в первые минуты будет сложно понять, почему герои, только закончив диалог, тут же начинают повторять его заново, каждый раз меняя концовку. Дело в том, что вариантов судеб главных героев множество, все они развиваются параллельно в разных вселенных.